Влюбийство

Вдруг с ним что-то случилось?!
Кровоточащее сердце победило черствый разум. Сославшись на головную боль, я раньше всех покинула пикник, диктуя таксисту до боли знакомый адрес. Оказавшись возле дверей квартиры в той самой хрущевке, меня охватило странное предчувствие беды. Несколько минут трезвонила как сумасшедшая, однако мне так никто и не открыл.
– Девушка, вы к кому?! – старушка «божий одуван» высунула нос из соседней квартиры, с подозрением меня разглядывая.
– Тут парень живёт… Вы его не видели?! – поинтересовалась с надеждой.
– А, Ярослав! – губы пожилой женщины расплылись в понимающей улыбке. – Так он заезжал недавно – сдал мне ключи. Сказал, что квартира больше не понадобится. Это моя сестра сдает! – пояснила, вглядываясь в мое потерянное лицо.
– Спасибо за информацию.
Добравшись до дома, я выпила сильнодействующее мамино снотворное и проспала, как убитая, до самого утра. Каким-то чудом удалось не проспать в школу.
Перед началом урока я внезапно посмотрела в окно. Внутри что-то оборвалось, стоило увидеть одинокий силуэт парня на противоположной стороне улицы. Он смотрел на окна кабинета литературы.
Ярослав?! Возможно. А может, у меня поехала крыша, и это вообще не он?!
Я резко подскочила и понеслась из класса, сшибая одноклассников, не обращая внимания на трезвонящий звонок, однако Туманов словно сквозь землю провалился. Правильнее сказать, растворился в воздухе. Скорее всего, я просто ошиблась.
– Любимая? – Марк стоял посреди пустого холла, скрестив ладони на груди.
Он попытался меня обнять, но я отпрянула.
– Это ты подсуетился?
– Алис, ты о чем?!
– Ярослав исчез! Не пришел на мой праздник и…
– Я только что был у директора: они обсуждали, что Туманов забрал документы. Этот нищеброд больше не будет с нами учиться. Ну и черт с ним.
– Без тебя здесь явно не обошлось. Что ты сделал?!
– Понятия не имею, о чем ты, – спокойно парировал футболист. – Но не буду скрывать – я очень рад, что этот отброс свалил.
– Какой же ты урод, – процедила, болезненно улыбаясь.
– Эй, малыш, полегче.
– Ты мне противен. Вы все мне противны… – развернулась, вновь собираясь покинуть учебное заведение.
– Ну и катись! Я устал от твоих закидонов! Если сейчас побежишь за ним, считай – мы расстались!
– Да пошел ты! – выкрикнула, не задумываясь о последствиях…
– Ну иди, иди. Только впредь будете сами разгребать ваше дерьмо. Аривидерчи, Светлова!
Кулаки непроизвольно сжались, однако я продолжила свой путь.
– Алиса, постой! Алиса! – уже в дверях настигла меня Каро.
– Что тебе надо?! – я сглотнула комок слез.
– Он твой жених. Совсем с ума сошла?! – Карина покрутила пальцем у виска.
– Больше нет.
– Алис, ты с дуба рухнула?!
– Не-а. Можешь забирать его себе.
* * *
Наши дни
Некоторое время я молчала, придавленная гнетом тягостных воспоминаний. Максим не спешил прерывать образовавшуюся паузу: каждый из нас размышлял о чем-то своем. Вздрогнула, когда мой спутник, наконец, повернулся, всматриваясь в меня долгим пристальным взглядом.
– Клюев сдержал своё обещание? – словно догадываясь, что мы подошли к самой неприятной части повествования, Макс осторожно сжал мою ладонь.
– В полной мере. Через пару дней он демонстративно завязал роман с Каро, а я стала изгоем. Кстати, адвокат их семьи в последний момент отказался от дела. Мы проиграли суд, потеряв контрольный пакет акций семейного предприятия. Мама несколько месяцев со мной даже не здоровалась. А когда заговорила, то только и делала, что сводила с ума бесконечными обвинениями. Правильно говорят – беда не приходит одна: вскоре после смерти отца я потеряла маму, любимого и всех друзей…
* * *
Мы подъехали к дому Османовых лишь на рассвете. Макс сдержал обещание, доставив меня в целости и сохранности. Он оказался первым человеком, которому я доверилась: выговорившись, действительно стало легче, будто сняла камень с души.
Дом еще спал. Пробравшись на цыпочках в комнату, я залюбовалась рассветным солнцем, возрождающимся каждое утро, как птица Феникс. Нечто подобное происходило сейчас со мной.
Так как сна все равно не было, закутавшись в джинсовую куртку Макса, я выпорхнула на залитый золотистыми лучами балкон.
– Доброе! – хрипло поздоровался Яр, отсалютовав мне кружкой с дымящимся кофе.
Судя по красным глазам с залегшими под ними тенями он, как и я, провел ночь без сна.
– Привет, – уселась напротив, по-турецки подобрав под себя ноги.
Столько невысказанных вопросов вертелось на языке, но я, как всегда, предпочла промолчать. Мы так и сидели какое-то время, не произнеся ни слова.
– Хорошо повеселилась? – наконец, отчеканил Туманов.
– Великолепно. – Я слабо улыбнулась.
Кивнув, он отвернулся, однако я успела заметить – что-то во взгляде парня потухло.
– Будь осторожнее, – вдруг выговорил он.
– Это еще почему?!
– Ты совсем не знаешь моего брата.
Я поднялась с кресла, подходя к балконной перегородке вплотную.
– Мне кажется, это ты не умеешь разбираться в людях, – прерывисто выдохнула.
– Светлова, только не надо нотаций… – Яр прищурился, со злостью стрельнув глазами.
Страшно и одновременно жарко стало от этого откровенного провокационного взгляда. Сладкая дрожь ручейком побежала по позвоночнику. Словно прочитав мои потаенные мысли, парень приблизился и шумно втянул воздух: крылья его носа подрагивали, над бровями собрались капельки пота.
– Максим х-хороший… – пробормотала, лишь бы заполнить образовавшуюся паузу.
– И целуется он так же х-хорошо?! – передразнил, резко укутав меня в свои объятия.
Его хриплое рваное дыхание задевало за живое. Туманов одной рукой забрался мне в волосы, натягивая их у корней. Секунда, и его язык властно ворвался в мой рот, будто целовать меня – последнее, что он может сделать в этой жизни. Жесткие губы усилили напор, слизывая отчаянные тихие стоны. Мои стоны.
Земля, Земля, приём…
Меня словно током прошибло, на теле наэлектризовался каждый волосок: слишком сладко и остро ощущался этот краденый поцелуй.
– Он хороший. А вот я конченный… Сосусь с девушкой своего брата и борюсь с желанием закончить эти поцелуи в койке. Твоей или моей – без разницы. А потом отнести тебя в душ…
– Я… я…