Моя нелюбимая девочка

– Она за буйками! Пожалуйста, помогите! Она под водой!
Матерюсь про себя, молюсь, чтоб не наглоталась. Ныряю и со всей возможной скоростью, на которую только способен, подплываю к ней и тяну вверх. Она уже без сознания. Зажав в сгибе локтя ее голову под подбородком, гребу одной рукой к берегу. Когда понимаю, что уже могу нащупать почву под ногами встаю и беру на руки, а уже на берегу, опускаю на песок и тяну за собой. Она белая, расслабленная, будто не живая.
  
Спасатель подбегает к нам, но я говорю, что знаю, что делать и укладываю ее на большое полотенце. Приложив два пальца к шее, проверяю пульс – его нет. Начинаю непрямой массаж сердца. На ней раздельный купальник и я замечаю длинный шрам – от грудной клетки до пупка.
– Что с ней было? Откуда шрам? – кричу подругам, которые стоят над душой и рыдают.
– Она попадала в аварию. Ирадаааа, – мычат они еще громче.
Я еще в воде понял, что это та самая кучерявая девчонка, которая чуть не сбила меня с ног. Имя такое у нее интересное, никогда раньше не слышал.
Еще в школе я начал заниматься плаванием и даже дошел до чемпионата Республики. Как оказывать первую помощь при утоплении мы должны были знать, как таблицу умножения. Поэтому я до сих пор помню алгоритм.
– Двадцать восемь. Двадцать девять. Тридцать. Давай, – отсчитываю я, после чего снова проверяю пульс. Тишина.
Запрокинув голову, решаю делать искусственное дыхание. Зажимаю ее нос, открываю рот. Сам же набираю в легкие побольше воздуха и, обхватив рот девушки своим, делаю вдох, затем выдох. Отстраняюсь и вновь проверяю пульс и дыхание. На этот раз есть.
– Живая!
Ирада начинает активно кашлять, из ее рта вытекает вода. Подняв глаза, замечаю бегущих к нам медиков, а опустив, встречаюсь взглядом с девчонкой. Смотрит так, как будто привидение увидела.
– Ну привет, девочка. С днем рождения! – улыбнувшись, поздравляю ее с тем, что выжила.
Дорогие друзья! Добро пожаловать в мою новинку! Для тех, кто только присоединился: это роман об Ираде (сестра главной героини романа "Он. Она. Другая) и Аслане (друг главного героя романа "Две жены моего мужа")
Глава 2. Русалка
Ирада
Моргаю часто— часто, не понимая до конца, то ли Он – это игра моего воображения, то ли – настоящий, из плоти и крови. Грудную клетку распирает, звон в ушах не прекращается, а перед глазами огоньки мигают. Пытаюсь сесть, благо мне помогают а люди в белой форме. Они усаживают меня на шезлонг, что— то говорят и спрашивают по-английски, как я себя чувствую. Я же дезориентирована и плохо понимаю, чего от меня хотят. Кашляю, выплевываю воду, которой наглоталась.
Ребра сейчас треснут и сердце выскочит на песок – даже не от страха, что могла погибнуть на чужбине, а от того, как этот незнакомец смотрит на меня. Его я сразу вспомнила. Задела плечом, когда бежала в воду. Высокий азиат, похожий на наших. Я подумала все, что угодно: может, он японец, кореец, филиппинец. А он мне на чистейшем русском говорит: “Ну привет, девочка. С днем рождения!” Значит, наш. – Ирада! Ирада! – голос подруги Аружан приводит возвращает меня с небес на землю. – Фельдшер спрашивает, болит ли у тебя что-нибудь?
– Нет, – растираю рукой грудину, ищу его взглядом, но он видимо ушел, уступив место скорой. – Я в порядке.
– Все равно тебя осмотрят. Мало ли что.
– Хорошо— хорошо, – откашлявшись, отвечаю.
– Как ты вообще умудрилась? Ты же хорошо плаваешь. Еще и за буйки заплыла? – ворчит еще одна подруга – гречанка Афина.
– Судорога, – хриплю я. – Нога онемела. Дальше не помню.
– Хорошо мужчина тебя спас. Господи, и зачем мы тебя послушали и пришли на ночной пляж?! – сокрушается Аружан. – Ты же как всегда приключения на *опу находишь.
– Эй, тут вообще— то люди, – как могу, усмехаюсь я.
– Да никто все равно не понимает по-русски.
– Я понимаю, – застываю, услышав уверенный мужской голос. Он глубокий и сильный, как и его обладатель – тот, что стоит напротив. Он уже успел одеться, только волосы все еще блестят от влаги. Хочу отвести взгляд, но не могу – будто магнитом тянет. – Как ты, русалка?
– Хорошо, – сипло пищу я. – Спасибо большое.
– Не за что. Только больше так не делай, девочка.
– Я не девочка, – вздернув подбородок, с вызовом смотрю на него и чувствую, как голова начинает кружится.
– Хорошо, не девочка. Откуда ты?
– Из Алматы.
– Мы все из Алматы, – встревает в наш диалог Аружан.
– Землячки, значит, – уголок его рта ползет вверх и от этого у меня в желудке все сводит.
– Земля квадратная, за углом встретились, – шучу я, а он лишь усмехается. – Простите, не спросила, как вас зовут.
– Аслан.
Аслан…какое красивое имя, как и он сам.
– Ирада.
– Я знаю, – кивает мужчина.
Фельдшер скорой говорит со мной по— английски, а у меня в ушах совсем другие слова.
– Вам все— таки придется проехать в больницу. У вас упало давление.
– А может не надо?
– Надо, – строго говорит мой спаситель и обращается к медику по-английски. – Куда вы ее повезете?
Не могу разобрать названия больницы, но Аружан шепчет мне, что это частная клиника. Ну, конечно, я же турист. Только моя медстраховка в гостинице. Хотя нет, кажется в электронном варианте тоже есть. Надо срочно ее найти на почте и позвонить в круглосуточный офис.
Фельдшер помогает подняться и вот тут я понимаю, что мне действительно нужен врач, потому что перед глазами все кружится, и кажется, я сейчас упаду.
***
До клиники доезжаем быстро, а уже внутри приходится задержаться, потому что врач меня долго осматривает, потом медсестра берет анализы, куда— то уходит. Знаю, что девочки ждут меня в приемном покое. А Аружан еще и мужа своего вызвала. Подруга родилась в очень богатой казахской семье, училась в Америке, где и познакомилась с мальчиком Сережей из Минска. Когда ему предложили работу программиста в Дубае, он, конечно, согласился, а Аружан поехал за ним, как жена декабриста. Хорошего такого декабриста с очень высокой зарплатой. Они уже полгода здесь живут, и в марте мы с Афиной выбрались к ним в гости. Аружан нас везде покатала, все показала, а потом я предложила съездить на ночной пляж. И вот чем закончилась эта авантюра.
– Мисс Ки— би— ро— ва, – еле выговаривает мою фамилию доктор.
– Можно просто Ирада.
– Окей. Ваши анализы в норме, давление мы вам стабилизировали.
– Это значит, я могу ехать?
– Да. Только больше не ныряйте.
– Ой нет. Хватит с меня, – отмахиваюсь я.
– Тогда пройдите на ресепшен. Они скажут вам сумму за услуги.
Надеюсь, там не космическая цифра, а то я слышала, какая дорогая здесь медицина.
Оказавшись в приемном покое, ищу глазами друзей. Увидев меня, они подлетают ко мне, осторожно обнимают, наперебой что— то спрашивают.
– Аружан, что с моей страховкой?
– Они не отвечают. Мы звоним уже больше часа, но никто не берет, – виновато говорит подружка.
– Фу блин, нафиг тогда они вообще нужны, – обреченно вздыхаю и топаю к стойке, за которой сидят две миловидные девушки. Объясняю им свою проблему, называю имя и фамилию и жду, пока они пробьют меня по базе.
– Мисс Ки— би— ро— ва, – да, сложная у меня фамилия для англоговорящих. – Ваш счет уже закрыт.
– Как закрыт? – округляю глаза. – Не может быть. Мы же не дозвонились до страховой. Аружан, – подзываю к себе подругу. – Вы что с Сергеем закрыли мой счёт?
– Нет, – удивляется она. – Он только недавно приехал.
– А кто тогда? – спрашиваю у нее, а потом поворачиваюсь к девушке— азиатке. – А кто закрыл мой счет?
  
– Здесь был мужчина. Высокий такой, черноволосый.
– Ах! – не веря своим ушам, поворачиваюсь к девочкам. – Тот мужчина был здесь?
– Тот, кто тебя вытащил? Да, он следом за нами ехал. Сказал, что хочет убедиться, что с тобой все нормально.