Развод. Искушение Ангела и Беса (СИ)

Она не договорила, оказалась опрокинута на спину. Бестужев нависал сверху, прервав речь любимой самым приятным способом — поцелуем.
— Охренеть, как вкусно, — он оторвался от ее губ и довольно облизнулся. Удобно устроился на локтях, заключив Ангела в капкан из своего тела. — Это была дурацкая идея, но я к тому времени ужасно задолбался от капризов Натальи, и мне казалось, что идея с влюбленностью отлично выстрелит.
  
— И она выстрелила…
— Не то слово! Так выстрелила, что мне понравилось. И тогда понравилось, когда ты целовала меня на балконе, и в кабинете понравилась, а уж этой ночью залпы были просто крышесносными! — Бестужев уперся лбом в лоб женщины и тихо вздохнул. — Иногда делаешь глупость и становишься счастливым. В этом мире нет никакой логики, и это…
— Бесит? — Лина перебирала волосы на затылке мужчины, легко массируя кожу.
— Сбивает с толку, — уточнил Бес, прикрыв глаза. — Я так рад, что из всех женщин выбрал именно тебя…
— Кстати, а почему именно я? Потому что похожа на серую офисную мышь?
Где-то глубоко под кожей еще зудела обида за подобное сравнение. Девочки такие девочки, да.
— До сих пор обижаешься, да? — губы мужчины коснулись ее виска, дыхание обожгло чувствительную мочку уха. — Не знаю, почему именно ты, честно. Если начать рассуждать, то может быть потому, что ты — психолог, а значит я мог положиться на твою адекватность, а если… — в синих глазах черти с бубнами начали свой зажигательный танец. — А если отбросить логику, то у меня осталась только безумная версия…
Она снова повелась на провокацию Бестужева, и он был рад.
— Судьба или Ангел-Хранитель вмешался, душа сделала выбор, и хер с ней согласился, — сверкал взглядом синеокий соблазнитель. — Вариантов тьма. Выбирай, какой тебя устроит, и я подтвержу. В конце концов что главное?
— Мгм?
— Что ты здесь, со мной, в моей постели и в моей душе, — выдохнул Иван, перекатываясь на спину и притягивая женщину к себе на грудь.
Надо бы вставать, накормить ее завтраком, а он снова встал не тем местом. Требовалось несколько минут, чтобы прийти в себя.
— Халилов сказал, что вышел на меня через Наталью, — заметила Лина.
— Поясни.
— Там, в ангаре, он обмолвился, что в больнице она громко страдала о том, что тебя увела серая офисная мышь. Я так поняла, что он подослал к Наталье своего человека. Возможно, это была одна из медсестер. Она посочувствовала твоей бывшей жене, задала пару вопросов и узнала кто я.
— Понятно. С Халиловым я разобрался, так что можешь не беспокоиться…
— Как?
— Ну скажем так, — Бес осторожно подбирал выражения. Он не собирался подпитывать тревогу любимой, его задача была в обратном: успокоить, придать уверенность в завтрашнем дне, — у законников было много претензий к этому человеку, и я помог им, подкинул факты. Постарайся не вспоминать этот случай, ладно?
— Хорошо. У меня остался еще один вопрос. Можно?
— Давай.
— Что он хотел? Халилов что-то требовал взамен. Что именно?
— Чтобы я отказался от участия в тендере по одному из проектов.
— И ты…
— Я отказался. Ангел, если на чаше весов находится твоя жизнь и безопасность, я откажусь от всего, — Бестужев зарылся носом в светлую макушку и сделал глубокий вдох. — Ты пахнешь мной, и это — чистый кайф, потому что ты — моя женщина. Свадьба нужна?
— Что? — тема сменилась так резко, что Плотникова не успевала обрабатывать информацию. — Какая свадьба?
— Наша, Лин, наша. Я не собираюсь тебя отпускать, а быть любовницей — не твое, вот я и спрашиваю: свадьба нужна или просто отдадим документы на оформление, а сами рванем в путешествие?
— Так быстро? Ваня, а тебе не кажется, что мы слишком спешим?
— Не-а. Я не знаю, сколько времени у меня осталось в этой жизни, но я не собираюсь терять ни дня, — Бестужев перебирал тонкие пальчики любимой женщины. — Какой размер колечка? Шестнадцатый?
Если прошлый вечер был похож на адское представление, то новый день обрушился на светловолосую голову Плотниковой лавиной счастья, от которой она инстинктивно пыталась спрятаться.
— Шестнадцатый, да. А что значит «сколько времени осталось в этой жизни»? Ты что, болен? — переполошилась блондинка.
— Я здоров, как бык, можешь не волноваться.
— Ваня, мне еще с Сашкой поговорить надо, он не в курсе…
— Думаю, он уже в теме, Ангел. Вчера вечером я написал Артему, что забрал тебя к себе. Уверен, что парни уже обсудили, где будут жить и кому какая комната достанется.
Мда, кажется, кто-то чрезмерно активный не оставлял ей ни единой щели, ни шанса для отступления.
— Ваня…
— Мгм… значит так, — Бес аккуратно отодвинулся, под изумленным взглядом серых глаз сел в постели, а затем встал, повернулся лицом к женщине. — Пойми меня правильно… — он говорил, а Лина не могла отвести взора от стоявшего члена. Твердый, налитый, увитый венами и поблескивающий капелькой смазки на вершине головки, он покачивался, притягивал к себе все ее внимание.
— К черту слова!
Они выбрались из постели спустя час.
Пока Ангел сушила феном длинные волосы, Иван исчез на кухне. Аромат свежемолотых кофейных зерен обещал рай, круассаны с красной рыбкой, сливочным сыром и листиком зеленого салата радовали глаз.
— Ты и кашу готовить умеешь?
— Умею. Пока Артем не вырос, я частенько для него готовил. Я вообще-то не бытовой инвалид, могу готовить простую еду, знаю, как запускается стиральная машина, как отгладить рубашку и отпарить брюки. Ангел, я взял дело отца, но было всякое. И дно, и подъемы, — рассказывал Иван, помешивая кашу в маленькой кастрюльке. — Это для всех других я — Иван Бестужев, а для тебя буду просто Ванькой. Так устроит? — он притянул к себе женщину свободной рукой и довольно заурчал. — Только никому не говори, ладно? Мне нужно блюсти репутацию сурового мужика. Кстати, ты с чем кашу будешь? Есть изюм, тертый шоколад…
— Никому не скажу, клянусь, — засмеялась Лина. Контраст между альфа-самцом и Ванькой, помешивающим кашу, был колоссальным. Ее устраивали оба варианта одной личности. — Я буду овсянку без добавок.
— Отлично, я тоже. Если не сложно, нажми пару кнопок на кофемашине. Мне — эспрессо. И вообще, привыкай, осваивайся в квартире. Тут шесть комнат, для всех хватит. Думаю, сегодня нам успеют перевезти все твои вещи. В шкафах много свободных полок, выбирай те, которые тебе нравятся.
— Ваня…
— Не-а, никакие отговорки не принимаются, — Бестужев отодвинул кастрюльку с булькающей кашей в сторону и направился к входной двери. — Очень кстати…
Мужчина вернулся буквально через минуту. Плотникова не могла отвести взгляда от крутого мужика, облаченного в простую футболку и черные джинсы. Лаконичный черный фартук с белыми ромашками добавлял его имиджу особое очарование.
— Что случилось? Все в порядке? — встревожилась блондинка.
— Это ты мне сейчас скажешь, — Бес подошел вплотную, прижал к себе любимую женщину и развернул спиной к своей груди. Перед глазами Ангелины появилась его открытая ладонь, на которой сияло прозрачным камнем изящное кольцо.
— Ты выйдешь за меня замуж? Станешь моей женой?
Это было самое необычное предложение, которое она получала в своей жизни. Сделанное на кухне во время приготовления завтрака оно не теряло своей ценности.
— Да, — их голоса слегка дрожали от волнения, но это — нормально. — Ваня, когда ты успел…? Это кольцо…
— Не нравится? Камень маловат? — Иван осторожно надел украшение на тонкий безымянный палец правой руки. Оно пришлось впору.
— Дурачок! Я хотела спросить, когда ты успел его заказать? Я ведь все время была рядом.
  
— Не всегда. Ты уходила в душ, у меня было несколько минут.
Бестужев не стал рассказывать, что его помощнику пришлось договариваться с одним известным столичным ювелиром о том, чтобы тот раньше положенного времени покинул теплую постель, достал из сейфа украшение из своей последней коллекции… Ой, да ладно! Главное, что заветное кольцо было у него в руках!