Тьма. Том 9 (СИ)

И теперь Михаил шёл по улице, высматривая хоть кого-нибудь, с кем можно посидеть, выпить, присесть на уши… Ну и заодно выпросить пару рублей в долг.
Тоскливый взгляд Миши мазнул по летним беседкам «Пан или пропал». И наткнулся на ускользнувших от него сегодня девушек, Анну и Софию. Первая была всего лишь симпатичной. А вот вторая Мише по-настоящему нравилась. Было дело, он даже рассказывал всем, что София — его будущая жена… Но девчонка на его хитрости не поддалась. Отчего понравилась ему ещё больше.
  
— Последний шанс на сегодня! Последний шанс!.. — прошептал себе Михаил, через улицу наблюдая за щебечущими девушками. — И что бы им выбрать местечко попроще, а?..
Отдыхай подружки в дешёвом трактире, никто не помешал бы Мише подсесть. Обычно служащие трактира не бежали проверять уверенно сказанные слова «Меня ждут». А вот в «Пан или пропал», как назло, очень трепетно берегли уединение гостей.
Возможно, в Мишину хитроумную голову пришла бы мысль не лезть к девчонкам и отправиться дальше… Однако он, к сожалению, успел выпить, отчего потерял и трезвость мысли, и большую часть сообразительности.
А в результате, топтался на месте и не мог придумать, как бы попасть за стол к однокашницам. В этот момент к стоящей у входа в «Пан или пропал» бричке подошли два мужчины. Один, направившись к передней двери, что-то начал спрашивать у водителя.
А второй остался стоять у поребрика. Однако стоило водителю брички отвлечься на его приятеля, этот второй шагнул к машине, присел на семь-восемь секунд… А затем отряхнул руки и быстро сделал шаг назад.
— Чего это он? — удивился себе под нос Михаил. — Шнурки развязались, что ли?
А первый мужчина, о чём-то закончив говорить с водителем, отошёл к своему приятелю. И почти сразу же оба пошли дальше, в сторону перекрёстка. А бричка так и осталась стоять у трактира.
Когда Михаил, увлёкшийся наблюдением за этими двумя, перевёл взгляд обратно, на летнюю беседку трактира, столик Софии и Анны оказался пуст. Одна только девушка-разносчица собирала грязные бокалы.
— А… А где? — растерянно прошептал Михаил.
Он поглядел на двери трактира… И наконец-то увидел выходящих однокашниц. Направлялись они аккурат к бричке у входа.
И тут в голове у Михаила заскрипело. Он понял, что минуту назад видел что-то нехорошее в исполнении двух мужчин. Возможно, у машины теперь было проколото колесо. А ездить на такой бричке опасно.
Миша решительно поспешил через улицу к «Пан или пропал». Но тут вдруг слева выскочила машина и, взвизгнув тормозами, принялась гудеть. А парнишка, перенервничав, отскочил обратно к поребрику.
— Да вы задолбали пьяными бегать, дебилы малолетние! — орал водитель машины, высунувшись из окна. — Вон переход через пятьдесят метров! Идиоты! Правила учи!
Увы, пока этот обиженный успокоился и уехал, время было упущено. Да и сами девушки, заметив надоедливого однокашника, поспешили залезть в машину. Водитель мешкать не стал: завёлся и сразу отъехал от трактира. И даже в пьяном состоянии Михаил понял: догнать бричку не получится.
— Я ей позвоню! — решил он, доставая из кармана трубку и открывая список контактов. — Аня… Аня… Аня… А она какая Аня?
На экране высвечивалось сразу семь разных Ань. Причём сразу два варианта подходило той, которая сейчас ехала с Софией.
— Аня Батя или Аня Жопа? — задумался Михаил, пытаясь вспомнить, как исковеркал фамилию Поповой, будучи в очередной раз отшит. — София! Лучше ей позвонить!..
Список имён был очень длинным, и Михаил присел на поребрик, листая его. Благо, София оказалась записана однозначно, как «Женой Будет». Хотя бы здесь сомневаться было не в чем.
— Ага! — обрадовался он, нажимая вызов.
Трубка попиликала набором цифр, а затем, наконец, пошли гудки. Михаил поднял взгляд на бричку, как раз стартовавшую от светофора метрах в трёхстах.
— Да возьми ты трубку! — возмутился он, понимая, что вызов сейчас сбросится.
Бричка, уже практически проехавшая перекрёсток, разгонялась. И вдруг под её днищем сверкнула вспышка пламени, а во все стороны хлынул чёрный дым и брызнули осколки кузова. До раскрывшего в шоке рот Михаила долетел сначала грохот взрыва… А потом и мерзкий скрежет металла по асфальту…
И только одно колесо продолжало путь, бодро подскакивая по улице.
— Отэтазвездец! — выдал ошарашенный Михаил, отводя трубку от уха.
Конечно, первой его мыслью было кинуться на помощь. Но, судя по языкам пламени, изображать благородство было не только опасно, но и бесполезно.
«Умерла так умерла… — с лёгким сожалением решил Михаил. — А городовым всё в подробностях расскажу, как приедут!.. В память о Софочке…».
  
Глава 14
 
Сетевая волна «100», передача «Утро добрым не бывает»
— Доброе утро, сонное царство!
— И, возможно, оно действительно могло бы стать добрым… Но нет!
— А это опять мы, на волнах неумолкающего радио «Сто». С вами Александр Пискарёв!
— И я, несравненная Анна Лоскутова!
— Из Серых земель, где постоянно что-то происходит!
— … 
— В общем, Аня уже устала от происходящего, поэтому говорить буду я!
— Вовсе я не устала, Саша! Просто слегка притомилась. Столько всего происходит в последнее время. Вылазка, гости, взрывы, извержения, метеориты…
— Ну так я же помню, ты сама ожидала вылазки ишимцев в Серые земли. Было такое!
— Да, было. Ожидала! И радовалась новостям! Но начинаю уставать, понимаешь?.. Хочется уже проснуться, прийти на работу… И долго выдумывать, о чём бы интересном сегодня поговорить. А тут новость за новостью, и без передышки. Никогда у нас подобного накала событий в Серых землях не было… У меня ощущение, что голова сейчас взорвётся… Ну и, не знаю, наверно, улетит вдаль яркими метеорами!
— Ань, твоя голова и на месте неплохо смотрится.
— Да, я тоже сегодня заметила в зеркале: неплохая голова. И мне бы тоже хотелось, чтобы она на месте оставалась.
— В связи с чем ты требуешь перекрыть краник новостей, ага?
— Это было бы прекрасно! Ну или хотя бы маленькую передышку!..
— Увы, покой нам только снится. Судари и сударыни, переходим к свежим новостям! Зверьё идёт! Его по-прежнему много. Однако оно внезапно стало тупым. Так что не робейте, не мочите штанишки, а соберите волю в кулак и дайте изменышам последний бой.
— Всё, Саш, нас сожрут?
— Нет, Аня, мы их сожрём. После того как убьём, само собой. Похоже, история с гнёздами подходит к завершению. Не знаю, с чем это связано, но зверьё вдруг перестало понимать в тактику и стратегию. И теперь это просто очень злое и не любящее людей, но всё-таки зверьё.
— Скоро будут дешёвые шубки!..
— И артефакты подешевеют, ага! Ну а мы будем ждать, когда вихрь событий уляжется над нашими Серыми землями, и всё вернётся на круги своя.
— Охотники будут охотиться, землепашцы — землепашить, собиратели — собирать…
— Грабители — грабить, душегубы — душегубить, контрабандисты — контрабандить, а заговорщики — заговариваться.
— О-о-о-о! Саша! Прекрати!
— А ещё обязательно начнётся пара торговых войн. Ну а на Русь вернутся все те, кто пропадал здесь у нас, воюя с изменышами. И устроят там какой-нибудь весёлый междусобойчик!
— Нет! Я не готова это слышать, Саш! Не хочу междусобойчиков, не хочу торговых войн, не хочу новостей, даже с Большой земли!
— Ну… Тогда предлагаю послушать просто музыку!
— Просто музыку? Без слов?
  
— «Весеннее безмолвие» от ватаги «Тишина». Чтобы не только Аня, но и наши слушатели ушами отдохнули. Пусть сегодня утром звучит одна лишь музыка!
Мальчик Федя был недоумении. Я, к слову, тоже. В прошлый мой кризис на Феде-мелком, конечно, осталось много полезного снаряжения. Однако в этот раз я побил все рекорды. Тёплая куртка, моток верёвки, полные карманы патронов и верный «пушок»… Жаль только, одежда была вновь для мальчика Феди велика.