Будет по-драконьи!

— Не боись. Тут на барахло твоё никто не позарится, — по-своему оценила мой взгляд женщина.
— Там не только барахло, — недовольно дёрнула плечом, сбрасывая ощупывающую меня руку одной из помощниц.
Сара приблизилась и заглянула в тряпки, выуживая мешочек.
— Сколько здесь?
— Сто.
— Обманываешь? — заломила она бровь.
— Пересчитай. Сто — ни дирхама больше, ни меньше.
— Считай!
Я взяла в руки своё золото и под неотрывным взглядом банщицы пересчитала. Та убедилась и, кивнув головой, указала, куда положить мешочек. Пояснила:
— Никто не тронет. Личное имущество неприкосновенно — таковы правила даргонов.
Разобравшись с этим вопросом, банщицы взялись за меня в четыре руки. Сначала обмыли в тёплой воде. Следом отправили в парилку. А после снова обмыли и принялись массировать моё тело с маслом без выраженного аромата.
Ощущения были приятными. Я чуть не урчала от удовольствия, но постоянно вспоминала о том, что не стоит привлекать к себе лишнее внимание.
После интенсивного массажа Сара призналась:
— Никогда не видела таких крепких мышц у людей. Ты же не оборотень? Да нет, не похожа. Волос на теле нет. Чем ты их свела?
— От рождения такая, — хмыкнула, открывая глаза, и, повернув голову, встретилась взглядом с заинтересованной Сарой.
— И позвоночник твой не знает проблем. Крепкий каркас, — продолжила она перечислять мои особенности. — И кожа светлая и упругая, нежная, но совсем не остаётся следов от массажа. Видела я светлокожих, но не таких. У тех синяки оставались, стоило чуть больше прижать. Откуда ты, деточка?
— Издалека. Из шахтёров я, — выдала легенду и молча встала с лежанки.
Хотелось в контрастный душ для закрепления эффекта. Тут нашёлся только аналог. Горячая вода подогревалась в большом чане, но не так сильно, как требовалось мне. А холодная текла в виде небольшого искусственного водопадика.
Там меня оставили одну плескаться в своё удовольствие, потому что к этому времени хамам заполнили местные жительницы — наложницы дэсайев.
С их появлением в помещении стало шумно. Заиграла приятная струнная музыка. Появились служанки, несущие на больших подносах спелые фрукты и горки сладостей разного вида. Я только поморщилась, стоя под прохладными струями воды и рассматривая, как девицы жадно хватают руками сладости. Липкий ароматный сок стекал по обнажённым телам, ничуть никого не смущая.
К сладкому я была равнодушна, а вот есть уже хотелось — белковой пищи, желательно, животного происхождения. Каша за завтраком в доме Улы уже давно была переварена.
Я вынырнула из-под потока и привлекла внимание местных красоток. Ко мне приблизились трое, рассматривая, как диковинную зверюшку. Девушки, не таясь, обсуждали меня: и высокий рост, и белокожесть, и худобу. Всё это громко считали недостатками. Фыркали презрительно, пока их не окликнула девушка, первой поднявшаяся с тёплой лежанки после массажа.
— Что там? — надменно выгнув бровь, красавица приблизилась и в упор уставилась на меня. Я не смотрела ей в глаза — знала, что в любом случае я сильней её. Мой взгляд она не выдержит. Привлекать внимание к своей персоне больше, чем я уже умудрилась это сделать, не спешила. Поэтому больше слушала и интуитивно оценивала угрозы.
— Мариока, это та, что осквернила подол халата нашего господина своим грязным прикосновением! — страстно зашептала одна из хихикавшей надо мной троицы.
— Поди сюда, — приказала она.
Я мысленно ухмыльнулась, но решила побаловать самолюбие той, что считала себя выше других. Любимая наложница дэсайя? В тот же миг эта мысль вызвала волну злой дрожи, как бывает, когда приходится сдерживаться и не можешь избавиться от раздражающего фактора. Запах этой самки ярко путался в можжевеловом аромате дракона, и это было пугающе отвратительно. Запах второго дракона, друга наследника, тоже был переплетён с женскими, но такого яростного неприятия не вызывал. Он просто свидетельствовал, что передо мной дракон, и всё.
Приблизившись, я остановилась в трёх шагах, скользя взглядом по холёному молодому лицу женщины. Лет двадцать с небольшим. В отличие от большинства местных жительниц, Мариока была медно-рыжей с каре-зелёными раскосыми глазами, высокой грудью, тонкой талией и крутыми бёдрами. Я была выше её практически на голову, как впрочем, выше и всех остальных, и смотрела с высоты своего роста на недовольно кривящиеся губы, сжатые в тонкую полоску.
— М-да, и кто только таких рожает. И это нечто проникло во дворец! — возмутилась она совсем не наигранно. — На что только рассчитывала? Привлечь внимание нашего господина захотела?!
Все наложницы уже давно окружили нас плотным кольцом. Внимательно следили за своей предводительницей и поддакивали, кивая хорошими кукольными головками. Не учла я одного — провокации.
Я почувствовала спиной движение воздуха и отклонилась в сторону, отступая на шаг. Одна из наложниц хотела схватить меня за косу, которую я так и не расплела, пока принимала водные процедуры. Профессионально перехватив её руку, чуть придала ей ускорение и отпустила. Та вскрикнула и по инерции двинулась дальше и завалилась вперёд, сбивая с ног Мариоку. Обе девушки шлёпнулись на пол. Вокруг них поднялся страшный ор, но никто не спешил помогать им подняться. Наоборот, у многих глазки заблестели довольством и смехом, хотя глотки визгливо голосили совсем другие слова.
На шум набежали служанки и банщицы.
Сара крепкой рукой задвинула меня к себе за спину и, уперев руки в боки, грозно пресекла галдёж.
— А ну, прекратили крики! Раскудахтались, как песчаные крякогузки. Ещё перья друг другу выщипайте, как птички за гнездо. Здесь моя территория. Вот пожалуюсь на вас осаму Зибару, он быстро порядок наведёт.
— Мне никто не указ! Я почти жена дэсайя! — взвизгнула Мариока, поднявшись с помощью служанок с пола. — А ты… — она ткнула пальцем в сторону Сары, ну или меня, поскольку я выглядывала из-за её плеча, — твоей ноги никогда не будет во внутреннем гареме! Уж я-то позабочусь. Ты… — она вдруг скривила красивые губы и схватилась за живот, чуть ли не оседая на пол. — Лекаря! — прошептала и картинно закатила глаза. Вокруг поднялся шум и гвалт. Сара схватила меня за руку и быстро потянула к дверям. Всучив в руки мою одежду, затолкала в каморку и приказала быстро одеваться. Мокрые волосы неприятно отдавали влагу ткани, и очень быстро спинка платья оказалась полностью мокрой.
Старшая банщица вытолкала меня из хамама и вручила в руки сопровождающему стражнику. Вместе со мной она отправила свою помощницу с напутствием всё рассказать распорядителю. А мне персонально сказала:
— Лучше бы тебе было не переходить дорогу Мариоке. Она не одну наложницу… — осеклась и шумно выдохнула. — Для тебя сейчас лучше быть под надзором Тора. Иди и молись Духам, чтобы о тебе забыли. Мариока — фаворитка дэсайя.