Попаданка на заказ, или Ректор не ищет легких путей (СИ)

…Старик долго глядел на меня из-под густых бровей. Чесал подбородок.
— Ты, девонька, понимаешь, что ты с твоим талантом для меня — единственная «родная душа»? — поинтересовался он наконец. — Что ты для меня как лучик?
— Понимаю. Но вы еще не успели ко мне привязаться. А мама с папой…
— Н-да… Кгм… У меня тоже родители были…. Когда-то, — вздохнул он и закатил глаза вверх, словно хотел узреть их лики на потолке. Опустил голову. Потом опять поднял и решительно произнес: — Ладно, пошли.
  
— Куда? — растерялась я.
— К специалисту, который может тебя обратно отправить. Руку давай, дурная, пока я не передумал. И расскажи-ка мне пока, зачем ты этому огнебздуну рассказала, что ты попаданка? А? Чего, не хватило соображаловки промолчать? Вот дурная голова… Весьма милая, впрочем. Милая голова — это уже хорошо… Ха-хи-ха… Зачем, спрашиваю, ты этому козелку чешуйному рассказала, что ты из другого мира?
— Да не рассказывала я ему ничего! Он сам меня заказал! Это он меня сюда вызвал! Странно было бы, если б он не знал, что я из другого мира! — слегка вспылила я. — Нормальные маги, знаете, демонов вызывают! А он — меня!
В общем, да, Анадор даже не просил меня не рассказывать магистру Ануэю правду… Почему бы и нет?
Тем более что я, может, скоро отбуду в родной мир.
…Так и не став великим магом.
Никаким магом не став.
И не разобравшись в сложных чувствах к ректору…
И не покатавшись на драконе…
В груди подозрительно засвербело.
И Манечка, Манечка… И Боран с Гендвалином…
И главное — Пай! Мой пропавший без вести копызырь!
— Эээ… Ммм… Сам заказал? Этот огнебздун? — застыл на месте древний магистр и отпустил мою ладошку. — Хм… Зачем, спрашивается? Ха-хи-ха, это все меняет! Нельзя тебе обратно, если ты «попаданка по вызову»! Так зачем он тебя призвал, вызывальщик хренов… не сказал?
Я так и выпала в осадок.
Нет, не от вопроса магистра. Вопрос как раз вполне закономерный. Я бы тоже спросила! И клятву кровью, что ничего не расскажу Ануэю, я Анадору не давала. Даже хотела «заложить» его.
Выпала в осадок я от его фразы, что если я «попаданка по вызову» (хорошо хоть не «девочка по вызову»!), то мне нельзя домой на Землю.
— Это почему еще нельзя? — возмутилась я.
— Потому что если кто-то призывает попаданца или попаданку в другой мир, — проворчал дед, — то с какой-то целью. И если вернуть его или ее обратно в родной мир до выполнения этой цели, то там он помрет. Вселенские законы, понимаешь ли… Цель эта впечатывается в сеть взаимосвязей во Вселенной, перестраивает важные нити. И если вернуть в родной мир — то цель становится невыполнима. И тогда нити скручиваются так, что этот путешественник по мирам гибнет. Под повозку попадет или заболеет смертельно… Я потому и спрашиваю, зачем тебя огнебздун вонючий призвал. Теперь, хочешь не хочешь, а придется тебе его цель выполнять. Пока не выполнишь — идти домой для тебя смертельно опасно. Я тебя не поведу, и не проси!
Отвернулся и принялся что-то рассматривать на столе. Мол, как хочешь.
Я же обессиленно села на стул. Хотелось плакать.
А такой просвет был! Такая надежда! Теперь же все стало только хуже. Что же, выходит, пока я не выполню цели Анадора, мне и путь домой заказан?
— А вариант есть? — спросила я. — Ну, как-то обмануть этот механизм… Что это вообще за законы природы такие?
— Законы природы обжалованию не подлежат, — сварливо ответил магистр. — Какими Создатель их сотворил, такие есть. А обмануть…
— Ну, может, например, если тот, кто вызвал откажется от своей цели, то можно возвращаться… — подсказала я вполне реальный на мой взгляд и даже желательный вариант.
— Ну откажется — и чего? — проворчал Ануэй. — Цель-то уже вплелась в нити Вселенского баланса! Ее — ха-хи-ха— так просто оттуда не вытащишь! Ее можно только поменять… Но тогда придется исполнять уже новую цель. А в случае с твоим чешуйчатым козелком я даже не знаю, какую другую цель он может выдумать.
— Да что же все так плохо-то! — воскликнула я. — Но так или иначе… он у меня поменяет цель, если еще не поменял! Он у меня все поменяет!
Я вскочила, готовая побежать и устроить Анадору настоящий апокалипсис.
— Да сядь ты, ха-хи-ха! Пшш! Сядь, говорю! — рявкнул на меня Ануэй. — Я потому и спрашиваю тебя, что за цель была у огнебздуна. Скажешь? Если скажешь, наконец — подумаем, что с этим делать.
— Детишек он от меня хочет, — вздохнула я. — Считает, что женщина-человек из другого мира может родить дракона. У них там проблемы с деторождением, вы, наверное, знаете.
— Вот придурок! — почесал подбородок Ануэй. — Это что же, выходит, пока ты не родишь, домой отправиться не можешь? А зачем тогда учеба?
— Ну вы так говорите — пока цель не выполнена — не могу. Вернее, могу, но сдохну…
— Ты у меня повыражайся еще! — грозно потряс у меня перед лицом пальцем. — Это я могу на всех обзываться. А ты должна быть приличной хорошей девочкой. Сдохнет она! Не сдохнешь — а безвременно отойдешь в мир иной.
— Я и так уже отошла в мир иной — в смысле, в этот. Он иной относительно того мира, в котором я жила, — невесело усмехнулась я. — …А теперь, после того как я устроила то буйство Стихии в результате соприкосновения с ректором, он утверждает, что я его истинная пара. Что ему уже плевать на изначальную цель, и он просто хочет, чтоб мы были вместе. Может, цель уже изменилась, и теперь его цель — быть со мной? Это, конечно, тоже не здорово…
— Так ты истинная огнебздуна?! — взревел дед. На его ладони закрутился вихрь, которым он — опасаюсь — собирался запустить в меня. — Почему сразу не сказала?! Какой козел у тебя — такая ты и козлица! Пшш отсюда!
— Да подождите вы! — снова вскочила на ноги я. — Тут еще ничего непонятно. Как думаете, будь он моим истинным, стала бы я терпеть, как вы его огнебздуном называете?
Подумалось, что сейчас дед — мой самый могущественный и знающий «почти союзник». И я ни в коем случае не должна его потерять. С ним, конечно, тоже нелегко. Но, возможно, он единственный, кто может мне помочь.
— Хм… Кгм… Ха-хи-ха! А верно! Ну-ка… проверим! Ха-ха! Скажи сама «ректор Анадор — огнебздун чешуйчатый»! С чувством так скажи!
— Ректор Анадор — огнебздун чешуйчатый, ящерица крылатая, козел, в смысле, козелок, как вы говорите, неоднозначный… Так достаточно?
— Великолепно! Верю! — старик снова развеселился и потер руки в предвкушении. — Садись тогда снова. Пшш! Сядь, говорю! И рассказывай все подробно и последовательно. Обещаю не изображать, будто я засыпаю, как я это с козелком делаю. Будем с тобой думать, как устроить этому огнебздуну обнебздуневый обздец!
— Обздец? — не сдержала улыбки я. — Могу вам еще одно слово предложить, если мне все же будет позволено еще немного поругаться — «крендец»! В моем мире так говорят. И посредством этого выражения вы может блеснуть на любом светском рауте, на которые, уверена, не ходите. То есть — просто можете порадовать душу.
***
Агрит ин дер Варт 
Ни в тот день, ни в следующий мы не выбрались. Находились в полностью изолированной комнате. И я мог сколько угодно пытаться сдвигать камни, лежавшие у стены — никакой потайной ход перед нами не открывался.
Копызырь причитал и проклинал тот день, когда согласился висеть у меня на плече. И к концу второго дня (по субъективным ощущениям) я впервые подкормил его своей кровью. Малыш, хоть и был способен долго обходиться без пищи, явно сильно страдал от голода, и смотреть, как он мучается, мне совершенно не хотелось.
— А потом ты помрешь, и мне вообще будет нечего есть… — простонал он, облизавшись. Но, ясное дело, драконья кровь со всей содержащейся в ней силой ему весьма понравилась.
  
— Обещаю помереть не скоро, — невесело усмехнулся я.
А ночью я проснулся от того, что кто-то тронул меня за плечо…
Естественно, я подумал, что это копызырь! То ли придумал что-то, то ли просто ему не спится и ищет себе собеседника. Поболтать малыш очень сильно любит!