Моя мама - боевой лекарь

— Какого?
— Подростково-нехорошего, — ответил енот. — Эти вещи могут очень пригодиться взрослеющему хулигану.
— Там сигареты и алкоголь? — тут же спросила я, чувствуя, что от моей догадки волосы медленно становятся дыбом.
Кай ведь никогда бы не стал такого вытворять! Итан бы был против, даже главная на постоялом дворе, с которой мы перекинулись парой словечек, не позволила бы подобного.
— Нет-нет, ничего такого ужасного! Хозяйка, как вы могли так подумать, — укорил меня енот. — Это же ваш сын. Сын моей великолепной хозяйки не может быть таким ужасным. Сын моей хозяйки должен быть почти таким же великолепным, как и сама хозяйка! Там… там то, что соответствует естественному взрослению ребенка.
На минуту комната погрузилась в полную тишину. Я обдумывала сказанное енотом, шестеренки в моей голове крутились с таким скрипом, что я диву давалась, как этот звук не разносился по всему постоялому двору.
Неужели… неужели мой сын дорос до неприличной литературы? Рано! Это ужасно рано. Так. Я же читала когда-то давно книги по воспитанию подростков? Что там рекомендовали делать? Из всех пунктов я запомнила лишь один — не смотреть, не обсуждать.
— Енот, — сказала я суровым тоном.
— Да! — пискнул тот.
— Ни слова Каю о том, что ты там что-то видел, понял? — улыбнулась я.
— А что я видел? Я ничего не видел. Вообще. Я это… стихи учил! — понятливо затараторил енот. — Вот.
— Молодец, — похвалила я енота и погладила его по голове.
— Хозяйка, а можно…
— Что можно?
— А можно я те стихи, что выучил, прочитаю вам?
— Не нужно пока, я наслажусь ими тогда, когда буду чуть бодрее, — без зазрения совести соврала я. — Но нам стоит сделать кое-что другое. Причем срочно.
— Что же? — енот непонимающе посмотрел на меня, словно не догадывался.
Я широким жестом обвела комнату, где не заваленным бумагой остался, пожалуй, только потолок.
— Прибраться!
Кай и Итан вернулись как раз к тому времени, когда мы с енотом закончили уборку, выложив тетради ровной горой в углу комнаты. Оказывается, все это добро пришло еноту магической почтой, а не находилось в магическом инвентаре.
— Что вы, хозяйка, инвентарь фамильяров не такой большой, чтобы вместить столько вещей, — пояснил мне енот.
Я хотела сказать, что комната тоже не настолько большая, чтобы превращать ее в склад вещей, но пожалела енота. А потом на пороге появился Кай с Итаном. Или, точнее, Кай за Итаном? Без капли стеснений Кай стоял за спиной Итана как за щитом. Неужели мой сын так боялся разговора со мной? Неожиданно стало горько, а сердце болезненно сжалось, но я усилием воли выдавила улыбку:
— С возвращением.
— Мы вернулись, — сказал Кай. — Ты уже ужинала, мам? Или ждала нас?
Естественно, что я ждала своего сына на ужин. Иначе и не могло быть.
Когда отец Кая ушел, сказав, что больной сын ему не нужен… Ах, простите, он не ушел. Я его выставила за дверь, скинув чемоданы с балкона следом. Конечно, за свое поведение я получила приличный штраф, но за моральное удовольствие от этого поступка я готова была заплатить и большие деньги. Потому что не стоило мне тогда предлагать отправить моего сына под опеку государства. В любом случае, уход моего бывшего мужа нанес Каю сильнейшую травму. Мой сын сильно замкнулся в себе, а я потратила немало времени, доказывая, что он мне нужен и я ни за что его не брошу, ведь мы семья. Вот только Каю было очень трудно воспринимать нас двоих как семью. Тогда один хороший психолог подсказала мне интересную вещь: придумать семейные традиции, которые будут постоянно повторяться. Это поможет убедить Кая и даст ему ощущение уверенности в моих чувствах. Еженедельные совместные прогулки, ежедневные совместные пятиминутные просмотры мультфильмов по утрам. И, разумеется, ужины. За все то время с самого начала болезни мы с Каем ели вместе.
— Разумеется, ждала, — ответила я, осознавая, как легко забываются некоторые вещи.
— Тогда я сбегаю вниз и принесу сюда сразу три порции, хорошо? — бодро спросил Кай.
Его искренняя улыбка немного развеяла мои мрачные мысли.
— Хорошо, — я только успела сказать, как за Каем захлопнулась дверь.
Итан прошел к единственному в комнате столу и уселся на стул, вытянув ноги. Поразительно длинные ноги! Неудивительно, что он под два метра ростом, если не больше.
— Кьяра, — тихо позвал меня Итан.
— Что?
— Пока нас с Каем не было, тут что-то случилось?
— Ничего, кроме енота, разучившего стихи.
— И случайно приоткрывшего потайную дверцу, — обиженно добавил енот.
Кто-то абсолютно не умеет держать язык за зубами! Я грозно глянула на енота, но тот абсолютно не растерялся. Метнулся поближе к Итану, спрятался за его плечом, а после заявил:
— Ты говорила, что я только Каю не могу об этом сказать! Но Кая здесь нет. Поэтому же я могу?
— О чем он не может сказать? — тут же заинтересовался Итан.
Я вздохнула, а после спросила:
— Итан, скажи, а фамильяра продать можно?
— Теоретически, да. Но зачем? Если он мешает, то его можно отозвать. Просто подумай о том, что ты хочешь, чтобы енот вернулся в свой маленький домик, — посоветовал Итан.
— Эй, что вы…
Речь енота оборвалась, а сам он попросту исчез, оставив после себя лишь сноп золотистых искр.
— Он будет в порядке? — поинтересовалась я. Пусть фамильяр и доставлял неприятности, но я совсем не хотела причинить ему вред.
— В полном, — заверил меня Итан. — Так о какой потайной дверце шла речь?
Немного помявшись, я рассказала Итану все о шкафе и своих подозрения. В результате чего этот… «фей» разразился таким хохотом, что аж икать начал.
— Хочешь сказать, что я ошиблась в своих предположениях? — спросила я, не разделяя веселья мужчины.
— Именно. Спроси обо всем у Кая прямо. Думаю, он не посмеет соврать.
— О чем меня спросить? — поинтересовался Кай, который практически бесшумно вошел в дверь, а за ним вплыли три блюда с горячей едой.
— Хотя бы о том, как вы познакомились с Итаном, — сказала я, решив расспрашивать обо всем по порядку.
— Во время еды, — предложил Итан. — За едой любая информация идет намного легче.
Мы разобрали тарелки, и Кай моментально набросился на еду, опустошив тарелку меньше, чем за десять минут. После чего и приступил к рассказу:
— В этом мире есть… запретные места, которые посещать запрещается. Там можно умереть, поэтому заходить туда нельзя ни в коем случае. Чтобы дети случайно не забрели туда, наставники обычно показывают границы этих мест. Отбирают несколько учеников, вызывают сильного героя и подходят к этим границам в спокойный день, когда порождений тьмы там нет.