Нелюбимый босс (СИ)
Плевать… Под нужды для парковки инвалидов выделен нехилый кусок, но я не вижу ни одну машину с табличкой.
Влетаю в здание больницы, к стойке регистрации.
— В какой палате пациентка Ставрина София?!
— А вы кто? Родственник?
Вообще-то ни хрена не родственник. Даже на седьмой воде не родня.
Но чтобы выбить встречу с ней, говорю другое:
— Отчим! Где Ставрина София?
— В триста седьмой, но вам… Мужчина, постойте! Вам нельзя!
Нельзя?! Черта с два! Можно!
Лифт ждать не стал, поднялся на третий этаж по лестнице, добрался до нужного этажа.
— Вы кто?! — в лоб спрашивает медсестра на посту. — Вам вообще-то сюда нельзя! Часы для посещения! — тыкает пухлым пальцем в табличку. — С четырех до пяти. Тогда и приходите!
— Мне нужно увидеть Ставрину Софию. Немедленно.
— Приходите в часы посещения, тогда и увидите! — толкает листочек со списком. — Тут написано, что можно приносить, а что нельзя. А теперь вон… Вам вообще сюда подниматься нельзя.
— Как она? Я должен увидеть!
— Как все, кто нажрется и попадает в аварии! Пьяным и дуракам везет, живчики! — грубо отвечает медсестра, заперев тучным телом проход. — На выход, мужчина. Не то охрану позову.
— Ну что вы, какая охрана. Приду завтра, в положенное время! — улыбаюсь, разворачиваюсь.
Медсестра с чувством выполненного долга разворачивается, шествует к своему посту.
Слышу пыхтение за спиной.
Миг!
Разворачиваюсь.
Проскальзываю в коридор, бегом к палате.
— Скотина! — материт меня. — Я звоню охране! Через пять минут тебя выкинут, негодяй!
Плевать. Мне и минуты хватит!
Рывком распахиваю дверь палаты, осматривая помещение.
Соне досталась палата на четыре кровати, но соседей пока нет. В помещении стоит отчетливый запах больниц.
Соня скрутилась под тоненьким одеялом. Спит?!
Вроде бы….
Но слух уловил судорожный всхлип.
Ревет.
Не спит, значит.
Подхожу к ней.
— Соня? Как ты?— спрашиваю, присев на край. — Что произошло?
Глава 16
Демьян
— Соня? Как ты?— спрашиваю, присев на край. — Что произошло?
В ответ она прячется под одеяло еще глубже.
— Зачем ты здесь?! Я же не звонила никому. Ни тебе, ни Алине. У меня нет семьи! Я никому не хочу мешать, оставь меня! — бубнит через слезы.
— Огрызаешься, значит, в норме.
— Уходи!
Бегло осматриваю силуэт под тонким одеялом.
— Переломов, как я понял, у тебя нет. В рубашке родилась.
Пытаюсь забрать одеяло. Она в него крепко вцепилась. Но все же удается стянуть его вниз.
Голова перебинтована. На скуле здоровенный кровоподтек и левая сторона лица припухла, глаз заплыл.
— Машина в хлам, но ты, кажется, цела. Как самочувствие?
— Мне плохо. Все пошло не так. Все ужасно! Пусть меня посадят…
— Посадят? За что?! Ты машину разбила. Обошлось без жертв. За такое не сажают.
Плачет.
— Мне надо в тюрьму! Там я никому не помешаю жить!
Хочу сказать ей дохрена всего. Прежде всего, что она мешает только самой себе, но сзади накатывает звук шагов.
— Вот он! Полюбуйтесь! — гремит в дверях голос дежурной медсестры, которая привела с собой двух охранников.
— Мужчина, покиньте помещение, — просит один из них.
— Не плачь. Все обойдется.
Успеваю поцеловать волосы Сони и даже под запахом дыма, выпивки и больничного амбре улавливаю запах ее кожи.
— Главное, ты жива. Остальное ерунда. Я приду завтра.
— Не надо! Оставь меня здесь умирать!
— Глупая….
Покачав головой, выхожу. Эйфория от того, что Соня жива, перекрывает другие чувства и мысли. Их пока нет.
На ходу вытряхиваю сигарету из пачки.
— Ах ты еще и курить собрался!
Боюсь, я могу получить по голове шваброй. Или чем похуже…
— Мужик, ну ты реально обалдел, — толкает за плечо охранник. — Сигареты убери.
Только оказавшись на ночном свежем воздухе, понимаю главное: где второй?! Подруга Сони сказала, что Соня ушла с вечеринки вместе с парнем, Макаром.
Но родители парня, чья тачка была разбита, кричали только о девушке, которая разбила чужую машину.
Куда испарился Макар? Не в Бермудский же треугольник он попал между началом и концом?!
Кажется, здесь что-то нечисто! Надо бы разобраться..
Жду звонка приятеля из органов, которого попросил проверить камеры в районе аварии.
Может быть, удастся найти что-то…
***
Следующие сутки пролетают как один миг. Беготня, звонки, суета выматывают!
Возвращаюсь домой.
Разряженный телефон — в розетку. Сам — прямиком в душ.
Через полчаса вижу на экране телефона просто куча уведомлений!
Сред них куча пропущенных Алины. Перезваниваю ей.
— Па! Я знаю, ты сказал, сидеть и ждать, но до меня доходят слухи! Соня попала в аварию?!
Тру переносицу пальцами. За прошедшие сутки я почти не спал.
Нужно было организовать кучу всего, в том числе, и содержание в больнице для Сони.
У мартышки при себе ничего не было, я не стал беспокоить Алину просьбами собрать вещи, купил мартышке новые, передал через медсестру.
Не сумел навестить ее в часы посещения, мне сказали, что Соня спит.
Наверняка провинившаяся мартышка просто сторонится меня.
Но рано или поздно ей придется со мной поговорить!