Плюшевый: пророк (СИ)
В общем, ничего я про Герта не понял. Однако интуиция говорила мне — очень вряд ли он болен. Сора и Иэррей на пару отличные диагносты, вполне способны распознать серьезные неполадки в организме даже без привычных мне анализов и приборов. Да и вообще тут полна резиденция изучающих и практикующих медицину! Нет, речь идет о психологических загонах.
— Ну что, ты устал с дороги, или отчет выслушаешь? — весело спросил Герт после того, как крепко меня обнял. — Я тут немного приводил в порядок цифры…
— Слышал, что ты не «немного», прямо с головой в них ушел, — заметил я.
— Ну а как иначе? — Герт уселся на угол стола, развел руками. — Я же сущий желторотик в этом всем, край какой-нибудь четвертый ранг — а нужен уровень мастера, чтобы твоими делами в Тверне управлять! Эткин, конечно, помогает, Великий мастер тоже, но они все-таки… ну, не совсем наши, — он слегка смутился. — Я не имею в виду, конечно, госпожу Сорафию…
— Ты ее так и называешь «госпожа Сорафия»? — весело спросил я. — Слышал, она просила тебя называть ее просто «Сора».
— Просила, но одно дело, когда тетя Тильда ее так зовет или даже моя мама, а другое дело — я, — Герт как-то беспомощно передернул плечами. — Все никак не привыкну, что я больше не имею отношения к бойцовской иерархии, извини уж. Это все очень тяжело выбивается.
— Что значит «не имеешь отношения»? — спросил я его тяжелым тоном. — Ты — подмастерье Школы Дуба! Когда достигнешь уровня Эткина или хотя бы нашего Рейкиса, то есть когда тебе не будет требоваться помощь в управленческих делах, сделаю тебя мастером!
— Ты с ума сошел? — ласково спросил Герт. — Так нельзя! Меня уже на смех поднимали, как подмастерья…
— И что случилось с человеком, который так поднял тебя на смех? — так же ласково спросил я. — Ты ведь уже в курсе!
Герт чуть удивленно замолчал. Я вздохнул.
— Дорогой брат. Мир меняется. Помнишь, мы говорили, что есть разные роды силы? Это не значит, что ты должен забывать о той силе, которая у тебя всегда была. А ты пытаешься как будто полностью в другую шкуру влезть.
— Я учу детей! — воскликнул Герт. — Как мы договаривались! Правда, пока в основном детей Цапли, но ты же мне сам сказал, что это все равно.
— Ну да, — кивнул я. — А своим тренировкам внимания не уделяешь.
Герт поморщился, как будто я сказал о чем-то неприятном.
— Тяжело видеть, как вчерашние слабаки и неумехи сильнее тебя, да? — спросил я очень мягко.
Герт ничего не ответил.
— Но ведь есть еще и Рида. С ней ты тоже перестал тренироваться, а раньше ведь помогал. Быть слабее ее ты тоже стыдишься?
Снова пауза. Я не стал больше ничего говорить, позволил этой паузе повиснуть между нами.
— Тебе не стыдно быть слабее мастера Сорафии, — пробормотал наконец Герт. — Ты — Пророк, ты — лидер, за тобой все идут или хотят пойти, в том числе и глава Школы Цапли! Я тоже стараюсь… стараюсь стать сильнее в другом плане. Но я столько пока ошибок допускаю! Ты знаешь, как нас обворовали во время твоей свадьбы на одних только свечах⁈
— Примерно на восемь золотых? — прикинул я.
Герт вытаращился на меня.
— Восемь золотых и три серебряных… — пробормотал он. — Так ты знал⁈
— Ну, у меня не было времени вникать детально, но счета я проглядел, качество и количество свечей тоже видел… Они, конечно, дорогие, но не настолько, и самых толстых было меньше сотни, — я пожал плечами. — Не бери в голову! Ошибки все делают. Пусть другие воруют — мне главное, чтобы ты не пытался меня обворовать… Впрочем, учитывая, что твоя доля в стоимости резиденции тоже есть, помнится, ты вложился…
— Восемь золотых — это не пустяк! — настаивал Герт. — И главное, вернуть их никак не получится, я уже узнавал. Они документы правильно все оформили. Причем они не Школа, а Гильдия, так что даже морду сходить набить по всем правилам не получится.
— Просто не будем больше обращаться к этим поставщикам.
— Придется! У них в Тверне монополия.
Я хотел было сказать ему, что это нормальная стоимость обучения менеджера высшего звена и впредь он просто не совершит той же ошибки, как вдруг мне пришло в голову, что мы обсуждаем совсем не то.
Я вздохнул.
— Герт. Можно я немножко окольно буду говорить?
— Да говори как угодно!
— В смысле, не обидишься, что я вдруг с тобой не напрямую?.. Нет? Ладно, тогда слушай притчу. Мне ее плюшевый мишка как-то… приснил. Говорит, это случилось взаправду, но давным-давно, во времена Эремской империи.
— О, уже интересно! — у Герта неожиданно разгорелись глаза. А я и забыл, что он гик насчет истории, пользуясь привычными мне терминами. — Слушай, а ведь, получается, Истинный Бог может через мишку тебе показать, как там взаправду все было?
— Может, но почти не показывает, — я покачал головой, — только то, что имеет отношение к нам. Вот и эта история имеет, я только до сих пор не понимал, почему, а теперь вдруг понял. Так вот, жили-были два друга. Они вместе служили эремскому императору, дослужились до высоких чинов. Помогали всячески, не раз спасали друг другу жизнь и вообще были между собой ближе, чем многие братья.
— То есть примерно как мы с тобой? — усмехнулся Герт.
— Примерно, — кивнул я. — Только не родичи. Один был наследником рода, и когда умер его отец, женился и взял на себя заботу о фамильном поместье. Но службу Императору продолжил, как продолжали все его предки. Другой был не из такого знатного рода и наследства не получил. Вместо этого он стал родоначальником бойцовской Школы, одной из первых. И так прославился, что союза с ним искали многие семьи, и он вынужден был взять в жены ни одну, ни две, а целых пять женщин.
— Целых пять⁈ — глаза у Герта округлились. — Ну счастливчик! Или нет?.. — он задумался. — Даже сказать не могу!
— Да, все вокруг прямо не знали, жалеть беднягу или завидовать ему, — усмехнулся я. — А ему и дела ни до кого не было. Как-то он так уладил дела между женами, что они вдобавок стали между собой как сестры, во всем друг другу помогали, и каждая родила ему по сыну, а некоторые двоих или даже троих детей, и не делили этих детей на своих и чужих. Еще и приемных воспитывали!
— А мишка точно уверен, что это было на самом деле? — фыркнул Герт. — Что-то чем дальше, тем неправдоподобнее звучит!
— Что привиделось, то и пересказываю, — развел я руками. — Земли первого друга и новой бойцовской Школы оказались по соседству — друзья специально так устроили. Их дети дружили между собой, дети аристократа обучались вместе с детьми главы Школы.
— Дай угадаю, дочь аристократа влюбилась в сына главы, но отец-аристократ не захотел ее выдавать замуж за человека ниже статусом, и друзья поссорились? — перебил Герт.
— Нет, — покачал я головой. — Дети действительно влюбились, но спокойно поженились, и все у них было хорошо. История не об этом. Аристократ все время отлучался по службе, его сыновья также поступили на службу Императору, его жена вела дела в поместье одна. Однажды, когда они были уже стариками, на поместье напали разбойники, все сожгли и убили ее.
— И бойцы из соседней Школы не пришли на помощь? — удивился Герт.
— Не успели. Увидели столп дыма и зарево огня, прискакали — и опоздали. Аристократ добрался домой еще раньше них, понял, что случилось, бросился в погоню за разбойниками… Но он был уже стар, и его тоже убили. Его друг с сыновьями потом нагнал разбойников и отомстил за него. Бойцов-то было много, и они лучше умели драться, чем бедняга аристократ.
— Странная история, — Герт нахмурил брови. — В смысле, ничего такого уж странного, если не считать пяти жен — которые тут вроде бы вовсе ни при чем! Но не могу понять, к чему тут мораль.
— К тому, — сказал я, — что нужно уделять внимание не только работе, но и семье. Один друг с пятью женами смог поладить, другой и свою единственную не сумел охранить — потому что был слишком занят.
Я удивился горечи в своем голосе — хотя, по здравому размышлению, не стоило бы. Удивительно не то, что эта история вылезла наружу! Удивительно то, что я рассказываю ее Герту… а может, и нет. Соре-то не могу. Она опять начнет: «Ты здорово передергиваешь, милый! И вообще, это не ты меня туда затащил, это я сама решила лететь…»