Плюшевый: пророк (СИ)
— Не встревай, — я снова пресек все это максимально холодным тоном. — Соннот, вам не нравится то, как я управляю Школой, кому я позволяю носить костюмы подмастерья? Вас не устраивают манеры моей невестки? Мне и держать ответ. Поединок должен быть между нами, а не между вами и ученицей Коннах.
Глава Ясного Полудня повернулся ко мне с хмурым, но гордым выражением лица. Я сразу почувствовал: со мной он драться не особенно-то хотел, однако в целом не возражал — то есть докапывался до Герта и Риды явно с намерением повздорить с Коннахами. И, судя по выражению лиц его спутников, для мастеров других Школ его намерение стало сюрпризом. М-да-а….
Ну, не везет, так не везет. Никаких мне мирных хозяйственных дел.
— Ну что ж, — сказал я. — Тогда пусть слуги займутся размещением ваших вещей и сопровождающих. А вы, если желаете драться немедленно, и все, кто хочет на это смотреть… прошу на площадку позади Школы, где мы проводили турнир. Там нам будет удобнее всего.
* * *
Первым, конечно, на меня насел Герт — прямо тогда, когда мы шли на плац.
— Ты не должен драться из-за меня и Риды! Мне правда не стоило надевать эту форму, — он скривился, дергая себя за рубаху. — Я больше не имею на нее права, пока не подниму уровень внутренней энергии!
— Вот сейчас ты говоришь глупости, — мягко произнес я. — Что было бы со Школами, если бы мы разжаловали из рангов всякого, кто оправляется после ранения?
— После обычных ранений уровень внутренней энергии вовсе не понижается, — пробормотал Герт. — Наоборот, это проблема, если кто-то долго не может тренироваться.
— Да, — сказал я. — Есть такое. Но я тебя лечил чудесным образом, так, как никого еще в этом мире не лечили.
— Ты меня оживил, если верить Риде! И сам ты только что сказал то же самое! Может ли… мог ли бог забрать мою внутреннюю энергию в уплату за это чудо?
— Бог не берет плату, хотя принимает жертвы. Но только такие жертвы, которые принесены добровольно. Поэтому не думаю, что дело в этом. Но мы обязательно разберемся. Пока же не переживай.
— Что значит, не переживай! Тебе придется сражаться с высшим рангом из-за меня — да еще и с таким, который явно сам искал ссоры!
— Я справлюсь, — спокойно сказал я.
Герт вдохнул, выдохнул. Тильда подошла с другой стороны, коснулась моей руки:
— Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, сын!
— Знаю, мама, — сказал я.
Я не стал говорить, что у меня, по сути, не было другого выбора — она и сама это понимала. Рида тоже полезла извиняться, но я оборвал ее:
— Они искали ссоры. Не волнуйся.
Трое моих мастеров, сейчас находящихся в Школе, запоздали — но, впрочем, появились до того, как мы достигли плаца. Я знал, что они явятся поздно: Он и Кеверт сегодня не имели дел в школе до второй половины дня, стало быть, утро, как и всегда, должны были провести у себя в резиденциях. Фиен отправился как мой представитель по делам в деревню Коннах — даже удивительно, как так быстро вернулся. Однако вот, собрались. Кеверт тут же начал возмущаться тем, что тут происходит, и что, мол, так дела не делаются.
Я только фыркнул.
— Ну что вы, мастер Кеверт, как раз только так дела и делаются! Я ожидал, что меня явятся проверять на прочность еще три года назад! Однако некоторые люди думают ужасно медленно — вон, только сейчас дозрели.
Кеверт хмуро поглядел на меня.
— Что значит «проверять на прочность»? Вы законный глава Школы Коннах!
— Я очень сильно выделился, особенно с этими событиями в Арнейдских горах, — пояснил я. — Разумеется, слухам не поверили… кое-кто. А кое-кто, наоборот, поверил, — я бросил взгляд искоса на главу Школы Летучей Мыши. — Вот кто-то явился искать со мной дружбы, а кто-то — ссоры, и одни перепутались со вторыми. Нормальная ситуация.
Фиен, слышавший этот обмен репликами, ругнулся.
— Не ожидал от Соннота! Он всегда был резким, но чтобы настолько…
— Ничего, дядя, — фыркнул я. — Его немного занесло на повороте, но он еще не знает, что бывает, когда меня заносит в ответ.
— Не смешно, Лис!
— А я не смеюсь, — сказал я. — Я плачу и рыдаю. Мне так не хотелось тратить день на такую фигню!
Про себя же я лихорадочно продумывал план действий.
Удар Черного Солнца — на первый взгляд, иного способа победить не оставалось. Но Сора сказала верно: десять минут концентрации — мой потолок. А бой с таким мастером, как Соннот, будет длится не больше двух минут, и то если мне повезет. Значит, единственный способ, — начать концентрироваться заранее. Но удар Черного Солнца приведет к потоку слизней (а может, и других монстров), которых придется убивать. Всеобщая паника сама по себе страшная штука, особенно в исполнении тренированных бойцов. Плюс Школа рядом — какие-то слизни могут упасть на здание и хозяйственные постройки. Даже повредить Тильде или, не дай Творец, Ульну с Бером. Они, конечно, сейчас должны быть под присмотром кормилиц и нянек, но одни демоны знают, где эти двое пострелят на самом деле носятся!
В общем, зажигать Черное Солнце прямо рядом с территорией Школы — такая себе идея. Хотя мой статус чудотворца перед мастерами это подтвердило бы, спору нет. И одновременно — наоборот, нивелировало бы эту самую чудесность. Стало бы ясно, что речь идет о некоем феномене, который можно повторяемо использовать. Почему я не собирался в принципе рекламировать связь Черного Солнца и магии. Пока в этом мире о ней и не подозревают — вот пусть до поры до времени и дальше так будет.
Хотелось бы придумать что-нибудь другое, поинтереснее. И повеселее. Эх, жаль, динамита я все еще не успел сделать — его бы, пожалуй, тоже удалось выдать за чудесное вмешательство… по крайней мере, на первых порах.
И все же, несмотря на все эти размышления, концентрировать энергию для удара Черного Солнца я начал — проигрывать мне было никак нельзя. Вообще-то, я невысоко оценивал вероятность, что этот тип решил меня именно убить. Тот факт, что он сначала цеплялся к Герту, потом к Риде показывал, что-либо его действительно оскорбил наряд Герта — кстати, мне показалось, что его возмущение ненаигранное — либо он намеревался унизить меня и род Коннахов в целом, поваляв мою невестку по плацу как Тузик тряпку. Значит и меня самого убивать вряд ли будет, даже если я проиграю.
Но «вряд ли» не то же самое, что точно. К тому же впервые видя Лидиса Соннота, я оценивал его как человека, склонного поддаваться эмоциям. А я бы не стал ставить себя в зависимость от доброй воли и логики даже более уравновешенного человека — без крайней на то необходимости, по крайней мере.
Однако, пока я пытался просчитать варианты и припомнить все, что я знал о боевом стиле Ясного Полудня (оружейная Школа, когда-то отпочковавшаяся от Школы Последнего Заката — или наоборот, они так между собой это и не выяснили), судьба решила за меня. Не успели мы подойти к плацу, нам навстречу вышла Лела Он, тоже одетая в оранжевый костюм подмастерья.
И она была не одна. С ней шагало еще множество народу — и старшие ученики, и младшие… Почти все мои «гвардейцы», кстати! То ли она их собрала, то ли сами прибежали. Лела решительно заступила нам дорогу.
— Тетя? — удивленно спросил я ее. — Что случилось?
Номинальная жена мастера Она стояла, широко расставив ноги и положив руки на широкий кожаный пояс. Поза готовности «стоять насмерть».
— Этот человек хочет убить тебя, — сказала мрачно. — Он одержим злыми духами! Теми самыми, которые охотятся за пророками, чтобы исказить истинное учение!
— Что⁈ — фыркнул Лидис. — Ты в уме ли, женщина⁈
— Я — подмастерье Школы Дуба, — холодно проговорила Лела. — А глава Коннах — пророк, осененный милостью Истинного Бога и нашего святого предка! Ты же привязался к нему по несущественному предлогу, превосходя в ранге, в опыте, в силе и в возрасте. Ясно — ты хочешь убить его! Погасить свет истинного учения, забрать у нас слово о настоящем, благодатном боге! Ты — злой дух!
— Коннах, тебе бы надо держать в узде своих… подмастерий, — фыркнул Соннот, поглядывая на меня. — И эта тоже, я гляжу, твоя родственница? Не хочу выражать неуважение, но…