Лик полуночи

Лицо Де-Лии стало решительным. Она вернулась к сестре, подняв меч.
Крона была уверена, что сделала ошибку. Самую последнюю ошибку в своей жизни.
Клинок обрушился на нее, но его острие едва задело нежную кожу на ключице Кроны. Плоской гранью он попал ей по руке в том месте, где она цеплялась за камень, отбросил руку и вырвал брошь из груди. Рубин вылетел из ее пальцев, упал на пол, заскользил по доскам, пока не остановился с глухим стуком у основания окна.
Крона опять закричала, потому что эти ужасные щупальца теперь выдирались из ее тела, разрывая мышцы и сердце с такой же болью, с какой проникали в нее.
Отчаяние покинуло ее, но ее затопило страхом, страх хлынул внутрь, скручивал в тугой комок внутренности, вызывая тошноту. Она попыталась встать со стула, споткнулась и рухнула на пол, когда сделала неловкую, но успешную попытку не прикоснуться ни к одной из других банок.
Думай, что тебе сказал мастер Уткин. Осколок внутри тебя необходимо раздробить – ты должна почувствовать ужас и дать ему раздробиться. Но она не была уверена, что поверила ему.
Я не могу, не могу, не могу. Он слишком большой. Его слишком много, сетовала она.
Это был не переодетый человек, а реальное и ничем не сдерживаемое чудовище. Ей хотелось потерять сознание, прикрыть голову руками, стоять, раскачиваясь взад-вперед, и просто желать смерти.
Но еще больше ей хотелось придушить Гэтвуда.
И из-за этого желания страх изменился. У него появились острые углы там, где ее обычный страх выглядел мутно и нечетко. В этот раз ею двигало не желание убежать вообще, а желание бежать к кому-то: к Гэтвуду, к Мелани. Она должна была выжить, чтобы выбраться отсюда, не только ради себя и не только ради Де-Лии.
Она преодолеет страх хотя бы по той причине, чтобы сомкнуть пальцы на горле Пророка.
Но одной ей отсюда ни за что не выбраться. Нужно начинать действовать. Сейчас.
Она закрыла нос и рот руками, зная, что таким образом варг может сожрать ее – неизбежно попытается разорвать ей горло. Но одних пальцев было недостаточно. Закрыться ими полностью невозможно.
Она стянула с плеч пурпурный шарф – тот, который Де-Лия дала ей, чтобы прикрыть маску Пат-Суна, и обернула его вокруг лица так, что едва могла дышать. На мгновение ей показалось, что она задыхается – сердце бешено колотилось, пытаясь доставить больше кислорода, хотя она и перекрыла себе воздух.
Варг, у которого теперь имелся богатый выбор пищи, смотрел то на одну из сестер, то на другую, оценивая добычу, и шерсть на его загривке вставала дыбом. Эта тварь не двинется с места, пока не будет уверена, что сможет разорвать одну из них.
Он не двигался туда-сюда, но клубился, наблюдая, ожидая подходящего момента, чтобы броситься на лицо и проскользнуть в горло. С низким хриплым рокотом он облизнулся, показав свои пока еще слабые зубы.
Крона пыталась подняться на ноги, внутри у нее все переворачивалось и извивалось, как куча дождевых червей.
Варг медленно двинулся к ней, воспринимая ее, как наиболее слабую из них двоих. Все верно, подумала Крона.
Что же делать? Как его сдержать?
Страх все еще сидел в ней и все еще был тяжел, но она справится с ним. Слишком много людей рассчитывали на нее.
Страх неудачи преобладал над всем остальным.
Она вспомнила тот день, который снова пережила только что – ужасный момент, когда умер их отец. Тогда ее спасла Де-Лия. Сестра пришла к ней на помощь, несмотря на варга. Де-Лия схватила пятизарядник своими детскими руками и выстрелила. Она сделала все, как надо, когда Крона не смогла.
Теперь настала очередь Кроны. Де-Лия спасла ее тогда, чтобы Крона могла спасти всех здесь и сейчас.
Подняв морду и наклонив голову, бесплотный варг нюхал воздух, пристально разглядывая свою цель. Осознав, что Крона в маске, он быстро отвернулся от нее. Де-Лия бессмысленно пялилась на чудовище. И лицо, и тело ее были расслаблены. Она не пыталась прикрыть нос.
– Мы должны сделать это вместе, Лия. Мне нужно, чтобы ты услышала меня. И не просто услышала, а действительно помогла мне.
Как же мне вернуть тебя в реальность?
Де-Лия так и не двинулась с места, чтобы попытаться скрыться от чудища, которое подобралось ближе. По воздуху разносилась его вонь – тухлый запах. Он еще больше усилится после еды, напитавшись смертью, свежей кровью из открытых ран.
– Эй, – закричала на него Крона, слабо размахивая руками над головой.
Ее руки болтались, как переваренная домашняя лапша.
– Иди ко мне. Ты же знаешь, я более легкая добыча, иди ко мне.
Он снова обернулся к ней своей полусформировавшейся мордой – сквозь клубящиеся части его призрачного тела уже проступали гребни черепа. Из открытой пасти капала слюна и испарялась прежде, чем капли успевали достичь пола, плавала в воздухе, снова становясь частью целого. Казалось, он насмехается над ней, наслаждаясь этой игрой ничуть не меньше, чем предстоящим обедом.
Крона решила прибегнуть к единственному доступному ей средству – слову-триггеру, которое использовал Гэтвуд.
– Мимулюся, – повторила она.
Слово вырвалось из глубины ее груди с силой иглы, вылетающей из пятизарядника.
– Мимулюся.
Де-Лия согнулась пополам, схватившись за виски, вонзив кончики пальцев в чисто выбритую голову.
– Крона, – всхлипнула она, и имя застряло у нее в горле.
Но Крону поразило не имя, а та подавленность, с которой Де-Лия выдохнула его. Непонятно, что подействовало на аннигила, но тот снова интенсивно заклубился. Его морда втянулась между сгорбленными плечами. Он отвернулся от Кроны и снова двинулся к Де-Лии, каждая черта и каждое движение которой напоминали поведение ослабленного животного, попавшего в ловушку.
– Да, это мой голос, – сказала Крона. – Слушай мой голос.
– Крона, я не хотел. Папа, я не хотела, чтобы…
Глаза Де-Лии яростно метались под веками, закатываясь и иногда обнажая яркие белки.
Варг двигался вперед, сокращая расстояние между собой и старшей Хирват с точностью хищника, который всегда знает, что он в одном прыжке от верной добычи.
На мгновение мир замер.
Крона не понимала, что еще можно сделать, и просто пыталась сбросить липкие остатки страха.
Этого нельзя допустить.
Благодаря этой единственной мысли она направила адреналин в другое русло, заставив его течь через мышцы, дав им команду двигаться, а не бездействовать.
Кровь заструилась по венам, суставы легко вращались, руки, ноги, бедра и грудь заняли необходимое положение, и Крона рванулась вперед. Она обогнула призрачного врага, немного споткнувшись, вжалась в пространство сестры, встала к ней лицом и схватила за плечи.