Срочно выйду замуж (СИ)

Следом подскакивают другие родственники. Антон вырывается из их объятий, подходит ко мне, берет за руку и подводит к родне. Они принимаются обнимать и меня. Затем Антон представляет мне каждого. Я запоминаю только имена его родителей: Надежда Сергеевна и Николай Николаевич.
Мы садимся за стол. Родственники наперебой принимаются задавать вопросы: когда поженились, как, почему не сказали. Разглядывают меня с любопытством, как редкий экспонат в музее. Особенно мама Антона.
  
Постепенно моя нервозность проходит. Все очень доброжелательно к нам настроены. Нет ни скрытой агрессии, ни обидных шуток, как было при знакомстве с моей родней. Мне никто не устраивает проверок, как делали мои родственники с Антоном. В глубине души мне снова становится обидно и грустно за мою родню. Почему они такие? Но родственников не выбирают. И их необязательно любить. Они просто есть и все.
Через час застолья наступает время десерта, и я сама предлагаю маме Антона поменять посуду на столе. Она охотно соглашается. Мы с Надеждой Сергеевной уносим грязные тарелки на кухню. Она просит меня сложить их в посудомойку, а сама достает из верхних кухонных шкафов красивую посуду для торта и чая. Наедине с Надеждой Сергеевной ко мне возвращается неловкость. Я не знаю, о чем с ней говорить и как заполнить тишину.
— Нина, а как вы познакомились с Антоном? — она первой прерывает молчание.
— Мы давно знакомы. Мы вместе учились на экономическом. Но во время учёбы между нами ничего не было, мы даже не дружили. Мы пару месяцев назад снова встретились, и как-то между нами все слишком быстро закрутилось.
Я отворачиваюсь к посудомойке, чтобы Надежда Сергеевна не заподозрила мою ложь. Не могу же я сказать ей, что искала фиктивного мужа на сайте знакомств ее сына.
— Значит, ты и есть Нина Акатьева?
Вопрос свекрови заставляет меня замереть. Через несколько секунд шока поворачиваю к ней голову.
— Да. А откуда вы знаете мою фамилию?
Надежда Сергеевна грустно улыбается.
— Если у тебя однажды будет сын, и он будет страдать от невзаимной любви, ты тоже будешь знать, как зовут эту девушку.
У меня отвисает челюсть. А Надежда Сергеевна продолжает:
— Антон ночей не спал. Я в три ночи просыпалась от того, что он слонялся по квартире и страдал. Конечно, он не хотел ничего мне про тебя рассказывать. Но я и так поняла, что мой сын влюбился не взаимно. Таким грустным я его никогда не видела. Ну а потом уже со временем вычислила, кто эта девушка, которая разбила моему сыну сердце.
— Кхм, — я пытаюсь собраться с мыслями. — Да не разбивала я ему сердце. В универе мы почти не общались.
— Ой, — машет рукой, — в то время Антон был очень робким. Я не удивлена, что ты не знала о его чувствах. Это сейчас в тридцать лет он возмужал, поумнел и легко знакомится с девушками. А в восемнадцать лет сразу после школы Антон был совсем другим: стеснительным и неуверенным в себе.
— Знаете, мне очень жаль, что я не замечала Антона в университете.
Надежда Сергеевна качает головой.
— Не надо ни о чем жалеть. От судьбы не уйдешь. И всему свое время. Значит, тогда ваше время еще не пришло.
На кухню заходит Антон.
— О чем секретничаете? — он подходит ко мне и обнимает за плечи.
— Я говорю Нине, что очень рада, что вы поженились, — отвечает Надежда Сергеевна.
Антон прищуривается, не веря.
— Да неужели?
— Ага. Слава Богу, не прошли даром твои страдания. А то ты даже к сессии нормально подготовиться не мог, тебя чуть не отчислили с первого курса.
— Мама!
— А что, думаешь, я не помню, как ты слонялся по квартире и страдал? Не ел, не пил, к экзаменам не готовился. Хорошо сайт знакомств этот придумал, а то я переживала, что тебе дорога в дворники. Ладно, пойдемте чай пить.
Надежда Сергеевна берет торт и уносит его к гостям. Я не выдерживаю и начинаю хохотать.
— Это правда? — спрашиваю сквозь смех.
— Ага. Я же на грани отчисления был несколько раз.
— Почему?
— Несчастная любовь мешала учить билеты. Ты не обращала на меня внимания, и я страдал.
Я продолжаю смеяться и обнимаю Антона.
— Слушай, — говорю, отсмеявшись. — Я помню, что, когда ты сделал приложение для знакомств, ты сразу стал самым востребованным парнем, и девчонки за тобой толпой бегали. А ты очень даже с удовольствием купался в их внимании.
— Это было на третьем курсе, к тому времени я уже смирился, что ты меня не замечаешь.
Я целую Антона в губы.
— Зато сейчас я твоя жена.
Он улыбается и крепче прижимает меня к себе.
— Это стоило того, чтобы столько лет ждать.
Глав 47. Не спешить
Гости уезжают очень поздно. Потому что неожиданно празднование юбилея Надежды Сергеевны перетекло в запоздалое празднование нашей с Антоном свадьбы. Нам даже несколько раз кричат «Горько!». А потом включают медленную песню и просят исполнить танец жениха и невесты. Мы медленно крутимся вокруг своей оси в полумраке гостиной. Антон прижимает меня к себе, горячо дышит мне в шею, разгоняя по телу волны дрожи. А я представляю, что никого кроме нас нет. Но когда песня заканчивается, и нам аплодируют и свистят, я возвращаюсь в реальность. К полуночи мне удается запомнить всех, кто присутствует на праздновании дня рождения моей свекрови. Боже, как непривычно произносить это слово даже мысленно. Свекровь! У меня есть свекровь! Мама дорогая, держите меня семеро...
Среди гостей сестра Надежды Сергеевны с мужем, два брата Николая Николаевича с женами, а также несколько двоюродных братьев и сестер Антона. По словам моего мужа, больше родственников у их семьи нет. Мне становится смешно, когда я вспоминаю всю свою огромную родню, исчисляемую сотней человек. Кстати, двоюродные и троюродные сестры продолжают постить фото и видео со свадьбы Ани и Феди. Я просматриваю.
У меня вызывает смех видео о том, как двадцать девушек выходят ловить букет невесты и впоследствии дерутся за него. Цветы угодили в трех девушек, каждая из них начинает тянуть букет на себя. В итоге он ломается и не достается никому. На следующем видео у Ани крадут туфлю, и начинается торг за эту туфлю. Тетя Люба снова ругается с мамой Феди.
Там еще множество сторис от сестер, но я убираю телефон в сторону. Как раз родственники Антона начинают разъезжаться, и мы идем их провожать. Когда уезжает последняя машина, заходим в дом. Я принимаюсь помогать Надежде Сергеевне убирать посуду, Антон о чем-то разговаривает со своим папой.
И вдруг я чувствую какое-то очень светлое, теплое чувство. Как будто я там, где надо, с теми людьми, с которыми надо. У меня появляется четкое ощущение семьи. Вот я достаю из посудомойки чистую посуду и складываю грязную, о чем-то непринужденно разговариваю с Надеждой Сергеевной, и так легко на душе, как будто так и должно быть.
Мне приятно, что мама Антона отнеслась ко мне по-доброму. С ее стороны нет ни косых взглядов, ни едких комментариев. Она обращается ко мне ласковым «Ниночка», с искренним интересом расспрашивает о моей жизни, работе, хобби. Мне тоже интересно узнать семью Антона получше.
Его мама писательница. Вот это меня огорошивает. Я раньше не спрашивала Антона, чем занимаются его родители, поэтому, когда Надежда Сергеевна говорит, что пишет книги, я искренне изумляюсь. Мне никогда не доводилось встречать настоящих писателей. В моем окружении нет настолько творческих людей. А папа Антона занимается строительным бизнесом.
В час ночи мы расходимся по комнатам. Перед этим Антон проводит мне экскурсию по даче. У меня уже глаза слипаются, поэтому не особо внимательно смотрю. В его комнате я без сил падаю на кровать. Антон ложится рядом. Я смотрю в потолок, а он на меня. На эту ночь мы останемся на даче, Надежда Сергеевна попросила не уезжать. А завтра вернемся в Москву. Послезавтра понедельник, отпуск заканчивается, и надо на работу.
  
Несмотря на сильную сонливость, я чувствую необходимость поговорить с Антоном о нас. Хотя я очень устала и ужасно хочу спать, но больше нельзя откладывать разговор.