Варщик 3

— Не знаю, пойдёмте в машину.
— Сайлок, тебя подвезти?
Ещё вчера Мейса навещала меня дважды. Немного рассказала про беспорядки в горе, но ничего конкретного. Стреляют, грабят и тому подобное. Вечером принесла еду. Одной врачебной заботой там не обошлось. Рис и рыба в домашнем контейнере. Свою что ли? Похоже. Я сказал, что мне и коктейль из глюкозы в вену подойдёт, но она настояла. Чем я удостоился такого внимания — без понятия. Сначала отдала свою еду, а теперь вот: «подвезти?». Впрочем, отнекиваться было не к месту:
— Было бы здорово.
Две медсестры потопали к фургону, а за ними — раненный в ногу мужик. Пока мы ждали машину, я хотел что-нибудь у него разузнать, но тот оказался в стельку пьяный. Оказалось, что он сын одной из медсестёр, а потому у него был безлимитный доступ к спирту.
Ухватившись за перила, я пошёл по ступенькам вниз. Первые три шага — более или менее, а затем — дикая качка и дрожь.
— Давай помогу! — Подхватила Мейса под руку.
Сиденья в фургоне стояли друг напротив друга. Мы с Мейсой заняли два по левой стороне, а другие медсестры — сидения справа. Та-а-ак… Что-то тут не то… Взгляды, которые я словил на себе, и близко не выглядели дружественными.
— Ну и чего ты тащишь его?! — Спросила медсестра Мейсу. — Разве мало, что мы…
— Просто подвезём человека в город!
Ага. Значит слухи обо мне всё же расползлись, а вот мнения сложились неоднозначные. Нужно как можно быстрее найти знающего человека и обо всём расспросить. В городе произошёл раскол. Чем быстрее я пойму, кто и на чьей стороне, тем лучше.
Водитель остановился, едва мы въехали в город и крикнул в салон:
— Пускай выходит!
Интересно. Встречаюсь с ним взглядами в зеркале заднего вида и вижу злость вместе с презрением. Ну спасибо, что хоть не на трассе между городом и рудником. Мейса попробовала за меня вступиться, но медсестры ей зашикали.
Открыл дверь и спустил левую ногу. Неплохо. Заранее подметил лавку и приготовился гнать к ней по инерции. Знал, что если отпущу ручку, то понесёт. Отстыковываюсь и рулю ватными ногами, носит из стороны в сторону, каждый шаг отнимает силы. Две трети пути остаётся позади, когда меня под руку вновь подхватывает Мейса:
— Пойдём, я тебя чаем напою.
 
…….
Квартирка у Мейсы маленькая, но чистая и уютная. Однокомнатная, но переделанная под двушку. Она завела меня на кухню и поставила чайник. Улучив момент, когда она пошла в комнату, я обратился к материи и соскрёб по сусекам силёнок. Моё состояние: рухнуть на пол и неподвижно пролежать часов двадцать. Но мне многое подарили авансом, чтобы я поступил с Мейсой так по-хамски.
От облика медсестры ничего не осталось. Домашние штаны, бейсболка, тапочки. Под халатом разглядеть её фигуру не представлялось возможным, да и не место был. А сейчас она кидалась в глаза. Мейса — эдакая простушка, худенькая и невысокая, зато с характером. Если бы не характер, то те две матёрые медсестры прогнули бы девчонку под себя.
— Значит это всё-таки ты? — Спросил она и поставила передо мной кружку.
— Что?
Она улыбнулась и собрала в хвост россыпь каштановых волос:
— Лучше, но ещё недостаточно.
М-м-мм. Спросить ещё раз «что?». Нет, промолчу.
— К тебе вернулись силы, и теперь ты задумываешься, прежде чем что-то сказать, — я думал официоза стало меньше, когда она появилась передо мной в домашнем. Но после этих слов, официоз выпнули пинками под задницу.
— Ну знаешь, — я закинул ногу на ногу и тут же пожалел. Столько сил спустил в никуда…, но убрирать не стал. Пока мне было непонятно, что за игра ведётся на её кухне, а значит нужно держаться невозмутимо. — Чего только не ляпнешь, выходя из наркоза.
— Ты не был под наркозом.
— Наркоз, кома, не одно ли?
— Нет, не одно, — она наклонилась через стол и сунула свою ложку мне в чай. — Позволишь?
— Буду благодарен.
Достала пакетик и положила рядом со своим на блюдце. Признаться, мне стало немного не по себе. Она, конечно, хозяйка и всё такое. Должна чувствовать себя уверенно, но…
— Выйдя из комы, ты быстро понял, о чём я тебя спросила, а сейчас переспрашиваешь очевидное.
Чего она от меня хочет? Ну, допустим я Крота грохнул, что это меняет?
— Хочешь? — прошептала Мейса и погладила под столом мою ногу.
— Э-э-э-э…
— Извини. Не бери в голову.
Слегка покраснев, Мейса вскочила из-за стола и ушла. Слегка охренев, я глотнул чая.
Её не было десять минут. Будь мои звенья восприятия на месте, я бы услышал каждое слово за стеной, но их не было… Хорошо хоть услышал, что за стенкой есть кто-то ещё.
Беглым взглядом я окинул кухню. Если порыться в полках, можно нарыть что-нибудь полезное. А толку? Что я сейчас приготовлю? Глазунью и вареные сосиски? Рассчитывать на нормальное зелье, когда ни одно вторичное звено алхимии не взросло, не стоит.
На кухню Мейса вернулась не одна. Рядом с ней стоял парень чуть постарше, лет двадцать восемь — тридцать. Неряшливая борода, угрюмый взгляд, скрещенные на груди руки с пятнами мазуты или чего-то такого.
— Уверена, что это он?
— Да, — Мейса покраснела ещё сильнее и отвела взгляд. — Я проверила.
 
    
Глава 2. Вахтовый
Брата Мейсы звали Дорох, но сам он представился Вахтовым. Кличка пошла от его запредельной работоспособности и желания работать по много смен без отдыха, чтобы больше заработать. Едва я его увидел, проскочила мысль, что попал в логово ко врагу. Вахтовой расправил плечи, хрустнул шеей и… протянул руку для рукопожатия.
Вкуривал я долго. Внутри у меня варилась каша из обломанных звеньев, а снаружи… фиг поймёшь. Какой-то эротический трюк Мейсы, её показная доброжелательность и брат, который пришёл на кухню и уставился на меня, будто я какой-то ценный экземпляр или бывши парень Мейсы, который сделал ей ребёнка, а сейчас отказывается от отцовства. Ну и мысли… Мне нужна была передышка, и мне её дали.
Вахтовой сел за стол и попросил Мейсу сварить ему кофе. Пока закипала вода, а затем в турке кипел черный напиток, я удостоился спокойствия и молчания. Вахтовой сверлил меня взглядом, что-то думал себе и изредка кривился. Я пил чай, смотрел в окно и крыл материю трёхэтажным матом, чтобы та отдавала все свои чёртовы запасы, иначе я просто сползу на пол.
— С кем ты работаешь?
Играть в дурака не к месту. Так или иначе Мейса мне помогла и приютила. Если они не собираются расчленить меня и съесть, то это уже лучше, нежели остаться одному на территории рудника, где развязалась война.
— У меня были с ним личные счёты. Я ни на кого не работаю и не участвую не в чьих провокациях. Крот попытался убить меня. Не вышло. Поплатился сам.