Люблю. Целую. Босс

– К сожалению, думать «тихо» не умею. Близкие и друзья уже давно привыкли.
– И муж? Кажется, Вадим?
– Он тоже. Особенно он.
Вита, ты замужем, – напоминаю себе, прикасаясь к обручальному кольцу. Вспоминаю такое же, лежащее в ящике гардеробной квартиры Маркова. И его цена раз в сто больше. Вряд ли жена босса согласилась на самое дешёвое.
– Кстати, у вас очень простое кольцо. – Указывает на мою руку. – Хотя цена не имеет значения, если чувства настоящие. И брак не спасёт, если их нет.
  
– Ваш не спас. – Произношу утвердительно, и тут же корю себя за несдержанность. Сейчас он решит, что я рылась в его вещах с особой тщательностью. – Я искала галстук и случайно увидела ваше.
– Хотел от него избавиться, а потом… Кстати, Вита, а как избавляются от обручальных колец?
– Сдают в ломбард. Наверное, – пожимаю плечами, не понимая, какого ответа ждёт мужчина.
– А что сделали бы вы?
Затягивает галстук и надевает пиджак, чтобы устроиться в рабочем кресле и приготовиться к рабочему дню.
– Просто выбросила бы. Конечно, при условии, что оно вызывало бы во мне неприятные ассоциации. Странно хранить вещи, связанные с отрицательными эмоциями. – Кстати, именно так я и поступила несколько дней назад, когда решила, что собеседование провалено, а потом копалась в мусоре. – Но это при условии, что колечко стоит немного. Могу предположить, что у такого, как вы, стоимость ровняется десятками тысяч.
– Сотнями, – тут же поправляет меня, ввергая в замешательство. Мне в принципе всё равно, сколько стоят вещи у людей. – Юлианна настаивала на пышной свадьбе, большом количестве гостей и дорогих кольцах от известного бренда. Я же хотел скромное торжество.
– Но её пожелание исполнили.
– Потому что любил. Мужчина готов сделать многое, если женщина для него действительно важна.
Его слова приправлены прошедшим временем и сожалением в голосе. Марков отводит взгляд, проваливаясь в собственные мысли, но спустя минуту собирается и начинает перебирать бумаги на столе. Показатель того, что разговор окончен, а я могу вернуться на своё рабочее место.
– Вам что-нибудь нужно Александр Алексеевич?
– Нет.
Опускает голову, а я покидаю кабинет, чтобы оказаться в уютной приёмной. Есть ещё двадцать минут, чтобы сделать бодрящий напиток и насладиться тишиной, потому что уже скоро помещение превратится в проходной двор.
Что и происходит спустя полчаса, когда напротив, устроившись на диванчике, щебечут две женщины средних лет.
– Он освободился? – Одна из них, с высоким пучком на голове и очках в ярко-розовой оправе, показывает взгляд на дверь кабинета босса.
– Пока нет, – шепчет вторая, чуть наклонившись к собеседнице и прикрыв рот ладошкой, но всё же держа её на расстоянии, чтобы не коснуться губ, на которые плотным слоем нанесена красная помада. – Кеша не любит вдаваться в подробности, но всё же проговорился. Юлианна стоит на своём, не хочет продавать акции ему или родственникам.
– А так можно?
– Нет. Сначала она должна предложить пакет акционерам, и в случае несогласия искать покупателя.
Так, женщины говорят об акциях, которые жена Маркова не хочет отдавать ему, точнее, только не ему или членам семьи. И тут действительно попахивает местью оскорблённой женщины, которая стремится насолить по максимуму.
– И? Она предложила?
– Предложила, – ухмыляется та, что с красными губами, – только стоимость запредельная. Марков не потянет.
– Даже так?
– Только так. Она хочет развод, он хочет акции, а вместе они хотят подгадить друг другу.
– Марков?! – восклицает та, что в очках. Слишком громко, потому как обе косятся в мою сторону, прикидывая, слышу ли я. – Ты что-то путаешь, Свет. Не поверю, что он, – повторно указывает на дверь, – опустится до подобного.
– Ну знаешь, – шепчет собеседница, активно жестикулируя, – когда тебя бросает жена, и не до такого опустишься. Хотя, говорят, он уже утешился.
Смотрю на монитор, но всё моё существо сосредоточено не беседе сотрудниц компании, которые по глупости решили обсудить личную жизнь босса в присутствии его секретаря, наивно полагая, что у меня проблемы со слухом.
– И кто она?
– Не из наших.
– Правильно, не стоит плодить служебные романы. Чтобы другим не повадно было.
– Это ты о себе? – Подтрунивает «красная помада». – Прекращайте зажиматься по углам. Как подростки, ей-богу.
– Просто Виктор Романович – мужчина нетерпеливый, – женщина в очках смущается, видимо, не планируя делиться подробностями, а после показывает собеседнице, что пора замолчать.
Десять минут проходят в тишине, разбавляемой щелчками клавиатуры и телефонными звонками. А когда из кабинета босса вылетает зам, «красная помада» подскакивает и громко объявляет:
– Светлана Викторовна Лесовая, глава юридического отдела.
Поднимаю взгляд, позволив себе несколько секунд исследовать женщину, а затем оповещаю Маркова, который тут же принимает сотрудницу. Та, что осталась на диванчике, достаёт телефон и отвлекается, не обращая на меня внимания.
Я же думаю о том, что в компании не прочь обсудить личную жизнь Маркова, не стесняясь посторонних. Нет более интересных тем? По какой-то причине я всегда была равнодушна к офисным сплетням, да и мой предыдущий коллектив был немногочисленным. Мы общались больше, как хорошие знакомые, чем коллеги, но даже, когда возникали спорные ситуации, старались не доводить до абсурда, улаживая конфликт сразу. Да и спросить можно было прямо и получить такой же ответ. Интересно, знает ли босс, что тема его развода интересна подчинённым настолько, что обсуждается даже в собственной приёмной?
День пролетает незаметно, и сегодня на кухне никто ко мне подсаживается, позволяя спокойно употребить обед. Маркову заказала тот же набор, что и ранее, оставив в кабинете.
Прощаюсь с ним, предварительно оповестив, что ухожу, забегаю в отдел кадров и бухгалтерию, чтобы предоставить документы. Нервничаю, ожидая, что в меня прилетят вопросы об отсутствии штампа в паспорте, и уже мысленно готовлюсь произнести версию Лены, но на удивление никто не делает на этом акцент. Что ж, либо сотрудники невнимательные, либо я не столь значимая фигура, чтобы меня исследовать.
Первая короткая рабочая неделя окончена. Выходные кажутся спасением. В планах отдых, чистка костюма, который так и лежит на балконе, звонок маме и, конечно же, разговор с подругой. И чтобы не передумать, достаю телефон и пишу короткое.
Я: Я прошла собеседование. Работаю с Марковым.
Интересно, через сколько секунд Ленка перезвонит и забросает меня вопросами? Но звонка не поступает, а сообщение остаётся не прочитанным. Странно… В некоторой степени даже радуюсь, надеясь, что подруга решила не играть в шпионские игры, а поговорила со своим мужчиной через рот.
Выхожу на своей станции, поднимаюсь, заглядываю в магазин, а когда оказываюсь в арке дома, на меня кто-то налетает.
– Витка, привет.
Передо мной запыхавшаяся и растрёпанная Лена, которая согнулась пополам в попытке отдышаться.
– Ты что, бежала?
– Ага, – выставляет руку, показывая, что ей нужно ещё немного времени, чтобы прийти в норму. – Рванула после твоего сообщения. Смахнула верхнее меню, прочла и сразу к тебе.
– Могла бы дождаться вечера.
– Нет. Ты что, не понимаешь, что произошло?
Иду в направлении подъезда, а Ленка, повиснув на моей руке, семенит рядом.
– А что произошло?
– Ты теперь с ним работаешь! – Пищит, задыхаясь от радости. – Ты можешь всё-всё про него выяснить, понимаешь? Даже то, что он мне не рассказывал.
И пока поднимаемся в лифте, мне проговаривают список того, что по мнению Лены я должна узнать о её мужчине. Такое количество пунктов я вряд ли осилю…
  
– Вы что, вообще не разговариваете? – Подруга смотрит непонимающе, ожидая продолжения. – Ты хоть что-то о нём знаешь?
– О его работе всё. То есть, с кем встречается, куда едет, какие встречи проводит, а вот о семье… – мнётся, ожидая, пока я сниму верхнюю одежду и пройду на кухню.