Шипы в сердце. Том второй (СИ)

В бассейне, пока мое тело, все еще как будто не до конца мое, режет прохладную, упругую воду, я чувствую, как с каждым гребком смываю с себя остатки вчерашней тоски. Я больше не пленница своих страхов, я — женщина, у которой есть сорок восемь часов свободы. И в сухом остатке я проведу их более чем продуктивно.
После бассейна домой совсем не хочется. Захожу в маленькое, уютное кафе на углу, заказываю ризотто с белыми грибами, огромную чашку капучино и достаю блокнот. Завтра — собеседование с нянями. Еще одно поле боя и тест на мою адекватность, поэтому я собираюсь как следует к нему подготовиться.
  
Открываю наш «Мамский спецназ» и бросаю клич о помощи.
Я: Девочки, завтра собеседую нянь. Кроме очевидного «Вы любите детей?» и «У вас есть справка от психиатра?», что еще важно спросить? На что обратить внимание?
Ответы прилетают со скоростью света, и я еще раз мысленно благодарю Лори за то, что подарила мне не просто чат, а целую армию поддержки.
Бананка: Спроси, что она будет делать, если ребенок орет три часа подряд, а она не понимает, почему. Если начнет втирать про «надо потерпеть» — гони в шею.
Викуся: ОБЯЗАТЕЛЬНО спроси, как она относится к соцсетям. Моя первая постила фотки Артема с подписью «мой сладкий пирожочек». Уволила в тот же день.
Лори: Самый важный вопрос: «Что вас бесит в детях?». Если скажет: «Ничего, они же ангелы» — врет. У всех есть предел. Наша честно сказала: «Меня выводит, когда они специально кидают еду на пол и смотрят мне в глаза».
Читаю эти бесценные советы, и мой страх постепенно сменяется азартом. Я выписываю вопросы в блокнот, добавляю свои, чувствуя себя не неопытной мамашей, а HR-директором, который ищет топ-менеджера для самого важного проекта в своей жизни.
Уверена, что в конечном итоге мы с Вадимом выберем самый правильный вариант.
После легкого позднего завтрака иду по магазинам. Безжалостно откладываю в сторону все бесформенные свитера и платья-балахоны, беру в примерочную только узкие джинсы — из плотного, правильного денима. Я такие сто лет не носила, потому что мои старые, добеременные, безнадежно малы. Тело изменилось — бедра стали чуть шире, округлее и более женственнее.
Разглядывая себя в зеркале и не нахожу там никакого «бегемота», а тем более — бесполый инкубатор. Я вижу там женщину. Другую, новую, но все еще остро на меня похожую. Конечно, мое тело нуждается в физических нагрузках, и я уже сплю и вижу, как смогу, наконец, забраться под штангу, сделать убийственный подход на дельты и «отшлифовать» все это тягой Т-грифа, но даже сейчас я не особо нахожу к чему придраться. Все мои страхи о том, что тело расплывется, оказались напрасными. Как и многие другие.
Я беру эти джинсы и еще пару других, брюки, несколько новых кашемировых джемперов и кардиганов. А потом, поддавшись импульсу, захожу в магазин нижнего белья и выбираю самый красивый и абсолютно непрактичный комплект из тонкого, почти невесомого кружева. Не для кого-то. Для себя.
После шоппинга — салон красоты часа на три. Ничего кардинально не меняю, потому что с моими волосами после родов, слава богу, тоже все в порядком (вообще, самое время помолиться своему ангелу-хранителю, что из тяжелого квеста под названием «беременность» я вышла почти без поврежедений). Просто подстригаю кончики, убирая тусклость и усталость, и добавляю несколько тонких, выгоревших на солнце прядей у лица. Когда мастер заканчивает, я смотрю в зеркало, и мне нравится то, что я вижу. Потом — маникюр, педикюр, маски, процедуры красоты.
И завершающий аккорд дня — массаж. Я лежу на теплой кушетке, вдыхая аромат сандалового масла, и сильные, уверенные руки массажиста разминают мои уставшие мышцы. Расслабляюсь, кайфую и мысленно желаю каждой женщине этого мира мужчину, который сможет подарить ей вот такие выходные.
Вадим на связи весь день. Ненавязчиво. Коротко. Присылает фотографии и короткие видео с Марком: спящего, со смешно раскинутыми ручками или удивленно смотрящего на слюнявую морду щенка, или просто его пятку в маленьком носочке, которую несмело держит рука его дочери.
Я отвечаю так же — чуточку сдержанно, но уже легче, мягче. Как будто… мы отмотали время назад и между нами снова та самая ничего не значащая переписка, когда мы бросаем слова друг в друга без длинных пауз и красных табличек «такое писать нельзя!» Эта переписка похожа на тонкий, едва заметный пунктир, который связывает наши раздельные выходные.
И от этого на удивление спокойно.
Ужинать я еду в «Reef». Сама. Выбираю это место сознательно. Это больше не место моей казни, теперь это просто ресторан с красивым видом на море. Беру с собой ноутбук и блокнот, надеясь спокойно и с в удовольствие поработать.
Официант провожает меня за столик у окна, через пятнадцать минут приносит бокал безалкогольного просекко и салат с морепродуктами. Открываю ноутбук и с головой ухожу в наш с Олей бизнес-план: ищу поставщиков, составляю смету, набрасываю идеи для постов в соцсетях, генерируя идеи на каком-то просто адском азарте.
Я настолько поглощена работой, что не сразу замечаю мужчину за соседним столиком. Скорее, сначала мое внимание привлекает официантка — слишком часто она к нему подбегает и слишком сладко щебечет, поправляя и без того идеальную скатерть. Я поднимаю голову от ноутбука и натыкаюсь на его взгляд.
Он не похож на тех, кто сидит за другими столиками. В нем нет хищности Вадима и лощеной самоуверенности сидящей неподалеку компании мужчин. Начало декабря, даже несмотря на начавший таки моросить снег, выдалось теплым, и на нем — простой, но явно не из дешевых, свитер крупной вязки цвета горького шоколада, и вельветовые брюки в тон. Даже сидя понятно, что он — высокий, а под тканью угадывается атлетичность и хорошее сложение. Длинные, до плеч, каштановые волосы, тронутые солнцем, вьются легкими волнами, и он то и дело небрежно заправляет их за ухо. Легкая щетина, бронзовый загар. И глаза. Невероятные. Янтарные, теплые, с золотыми искрами.
Он, определенно, красавчик.
Мне даже не неловко смотреть на него так долго, потому что ощущения такие, будто я разглядываю музейный экспонат. Сидит, откинувшись на спинку стула, и читает книгу в потертой бумажной обложке. Даже успеваю заметить название — «Кольца Сатурна» В. Г. Зебальда. Если бы книга «подходила» человеку как аксессуар, то это было бы идеальное совпадение. Хотя лично я в свое время так и не смогла ее дочитать.
Мужчина держит мой взгляд и слегка улыбается. Уголки его губ приподнимаются, и в янтарных глазах вспыхиваю искры любопытства. Я чувствую, как щеки заливает краска — за последний год я просто отвыкла от того, что мужчины обращают на меня внимание. Может, потому что сама перестала на них смотреть. Быстро опускаю голову, утыкаюсь в свой ноутбук, делая вид, что страшно занята. Но его внимание ощущается слишком сильно. Оно не давит, оно просто… есть. Легкое, ни к чему не обязывающее.
Я переключаюсь на работу, но все равно пару раз бросаю на него короткие, вороватые взгляды, но он на меня больше не смотрит, полностью погруженный в свою книгу.
Когда официант приносит десерт, я, наконец, захлопываю ноутбук, решив, что заслужила небольшой перерыв. И в этот момент красавчик встает — как будто только и ждал, когда появится возможность заговорить со мной без «третьих лишних».
Подходит к моему столику.
Улыбается. Кладет свою книгу на только что освободившееся от пустой тарелки место.
Я замираю с вилкой в руке, с которой медленно стекает ванильное мороженное и черничный джем.
  
— Прошу прощения, что отвлекаю, — голос у него очень под стать — теплый, с легкой хрипотцой и отдаленными нотками нашего приморского говора. — Мне кажется, это место создано для того, чтобы наслаждаться едой и видом, а не для бесконечных отчетов. Но вы так усердно трудитесь, что я начал чувствовать себя бездельником.
На подкат это совсем не похоже. В его словах скорее смесь легкой самоиронии и искреннего любопытства. Он смазано смотрит на мой блокнот, на мои столбики с расчетами, и в янтарных глазах нет ни капли снисхождения.