Горбатый Эльф

Ты ведь слышала, что Джакоб меня из Дарнии привез? Моя семья там уже давно жила, отец когда-то в Дарнию коней на продажу гонял, а потом при них и остался – помощником королевского конюшего. Так что я выросла при дворце. Известное дело, слуги в господских делах разбираются получше хозяев, никакая новость незамеченной не проскользнет. А уж все, что Джакоба касается, я наизусть знала.
Он появился у нас восемнадцать лет назад, сопровождал знатную иностранку. Ее поселили в летней усадьбе старой королевы, там давно никто не жил. От столицы близко, но место уединенное, лес кругом. Девушку почти никто и не видел, кроме принца Альбина – он что ни день туда наведывался. А вот Джакоб к нам во дворец часто забегал по ее поручениям… – смуглые щеки Чанты зарделись, а в глазах вспыхнуло такое, что Тайра вдруг увидела перед собой не величественную госпожу Карис, а влюбленную девчонку с неукротимым нравом.
– В том году, когда Джакоб приехал, при кадарском дворе беда случилась – пропали без вести обе принцессы, про это каждая курица у нас знала. Почему девочки сбежали, тоже не было секретом: император Янгис к Лаэрте посватался, ему не отказывают, если хотят мира… А принцесса Лаэрта с детства была обручена с нашим Альбином. В общем, многие догадывались, что в лесном замке Лаэрта живет, даже о тайном браке поговаривали. Ну, это только сплетни…
Янгис тем временем над Кадаром лютовал, совсем страну разорил воинскими повинностями – мстил, что Лаэрта ему не досталась. А вот что дальше случилось – никто не знает. То ли до Янгиса слухи дошли, что его невеста в Дарнии скрывается, то ли у молодых неладно стало… Шесть лет взаперти сидеть, людей не видеть – только жених да дюжина слуг – так и умом тронуться можно. Но в один прекрасный день Лаэрта вернулась в Кадар, а вскоре отправилась в Ракайю и вышла за Янгиса. Уж своей волей, не своей, но теперь она – Ее Величество Императрица Ракайская.
Джакоб следом за своей госпожой на родину собрался, он хоть и остался без работы, но от кадарского двора ему было назначено содержание. Миррит тогда три года было, а Лумни еще не родился, легко было с места стронуться. Вот на содержание это, да на скопленное жалованье мы и набрали дарнийских тканей и другого товара, чтобы дело начать, Отец мой нам ничего не дал, он хотел, чтобы мы в Дарнии обосновались, а мы против воли его пошли.
Пока мы ехали из Дарнии в Кадар, Джакоб детство свое вспоминал, родителей умерших, брата младшего, Джана. Говорил, что весточку от него получил – брат тоже женился, и тоже дочка у него. Джакоб думал подзаработать, да забрать его из Ашеры, вместе поселиться. Только отчего-то не в Кадаре и не в Дарнии, а в Ликейе – объяснял, что страна приморская, торговая… Я-то позже догадалась, что к чему.
Ну а вышло совсем по-другому. Приехали мы в Карент, в гостинице остановились, а через два дня приходит мой Джакоб мрачнее тучи и купчую на дом показывает – но не в столице, а в Гарсине. У нас даже вещи не распакованы были, в тот же день и отправились. А в первую же ночь в новом доме Джана к нам привезли. Жена у него в реке утонула и руку он как-то потерял. Долго лежал, рана у него никак не заживала, хоть и лекарь хороший зашивал. Еле выходили – совсем не хотел парень жить.
А теперь о другой принцессе… это, конечно, мои догадки, только даже если они неправильные, дай слово, что будешь молчать о них.
– Да, конечно. Ты хочешь сказать, что моя мама была этой второй кадарской принцессой? – улыбка Тайры выглядела очень скептически, но голос неожиданно охрип.
– Откуда мне знать? Суди сама. Оба брата, Джан и Джакоб, служили стражниками в Каренте, при королевском дворе. Вряд ли в побеге принцесс участвовал один Джакоб. И куда он дел вторую девушку? А Джан в то же лето привез в Ашеру красавицу-жену неизвестно откуда, но уж очень непростую. Вторая принцесса, Литания, объявилась в Гарсине одновременно с Лаэртой, якобы они обе шесть лет жили в каком-то горном монастыре. Как раз тогда у Джана жена утонула, да тела ее никто не видал.
– Мою маму звали Лита… Как объявилась? Она что, жива?!
– Литания? Жива, конечно. Она же наша королева. Принц Альбин приехал в Кадар проститься с Лаэртой, познакомился с Литанией и через три месяца сыграли свадьбу.
– Как это? Ему было все равно, что одна сестра, что другая? И маме – тоже? Что мой отец, что этот ваш Альбин?
– Ну, Альбина понять легко – я сама Лаэрту не видела, но говорят, что сестры очень похожи. А Литания… Ее, мне кажется, заставили. У кадарского престола не было наследников, не заключи она брак с принцем – наше королевство стало бы вотчиной Янгиса.
– А ты видела королеву Литанию? Как она выглядит?
– Глаза голубые и волосы посветлее, а так – ты очень на нее похожа. Даже слишком. Думаю, поэтому Джакоб и не выпускает тебя из дома. Кому твой ракайский солдат сдался? Тоже, великая потеря…
– Не верю. Не могла мама за двенадцать лет ни разу не дать о себе знать. Она же…
– У королевы Кадара не может быть незаконной дочери от пастуха, ты это понимаешь?
– Я незаконная? А Альбина этого не смутило, что у его жены муж живой и дочка-пастушка? Это он отрубил руку моему отцу?
– Чтобы принц дрался на мечах с пастухом – ты себе это представляешь? Скорей всего, он ничего не знает ни о тебе, ни о Джане, Он еще в Дарнии был, когда Литания вернулась во дворец.
– И мама ничего ему не сказала? Что она замужем? Я не хочу так думать о ней.
– Ну что же, так, может быть, и лучше. Наверное, я и правда сказочница, слишком привыкла жить среди дворцовых секретов. Забудь. А за купца из Ликейи тебя никто насильно выдавать не станет. Не хочешь замуж – живи с нами. Все еще о том мальчике из Ашеры думаешь?
– Не знаю… Но если ты права – то мне не хочется подводить дядю Джакоба. Узнают, что у него живет незаконная дочка королевы, выйдет государственный скандал какой-нибудь…
– Да вряд ли эта история имеет такое уж значение, столько лет прошло, и что тут докажешь? Мало ли кто на кого похож. Просто Джакоб – человек осторожный и ответственный. Послушай, а ты помнишь свою маму? Могла бы ее узнать? Она не слишком изменилась за эти годы.
– У тебя есть ее портрет?
– Нет, конечно. Но ты можешь увидеть ее своими глазами. Через две недели будет день святого Велетия, в этот день в Гарсине в соборе Единого Милосердного совершается богослужение, потом будет праздничная процессия. Королевская семья всегда участвует и в том, и в другом торжестве. Люди съедутся со всего Кадара, так что в толпе тебя никто не заметит. Можешь к нашим соседям присоединиться, они тоже едут в Карент. Посмотришь на Литанию, вдруг и правда вспомнишь? А неровен час – и у нее сердце дрогнет, признает родную кровь.
Вот в это Тайра совсем не могла поверить. Двенадцать лет дочку не вспоминала – и вдруг вспомнит? До самого отъезда она почти не спала, раздираемая надеждой, обидой и совсем забытой детской тоской.
 
Глава 6. Семейные хроники
Они выехали до рассвета, но все равно опаздывали. Чем ближе к столице, тем медленнее становилось движение на дороге. На каждом перекрестке конные и пешие паломники, крестьянские повозки и скот вливались в общий поток, и пеший путник двигался быстрее еле ползущих упряжек. Увидев затор перед городскими воротами, Тайра соскочила с повозки и крикнула: