Горбатый Эльф

Она еле успела это сделать, как в кустах залаяла собака. От подножия скал спускались две фигурки – девушка и мальчик в белой рубашке. Шмель вырывался: его с ума сводила эта собака с голосом, похожим на его собственный. Эрвин положил ему руку на лоб, и пес затих. Тайра вглядывалась в саму себя – какой она была год назад – со странной смесью жгучего любопытства и грусти. Одежда из черной шерсти, две длинные золотые косы. Такой она была – и уже никогда не будет. Девушка села на коня, мальчик взял его под уздцы.
– Эрвин, солдаты! – Брейд грубо встряхнул эльфа, – говори, куда идти!
Прямо навстречу всаднице и мальчику на склон горы поднималось войско. Но ведь тогда, год назад, никакого войска не было! Еще мгновение – мальчик и девушка на лошади исчезли, как будто задули свечу. Ушли в прошлое.
– А теперь – бежим! – крикнул Эрвин.
Они проползли по лазу на четвереньках, массивному Балтазару кое-где пришлось протискиваться, лежа на животе. В тоннеле зажгли факелы, их свет отразился в красных глазах какого-то волосатого существа, прятавшегося во тьме. Мужчины схватились за мечи – существо казалось не слишком опасным, но очень свирепым.
– Гииф! – завизжала Тайра, и бросилась обнимать гнома. На радостях она чмокнула его в единственное место, не заросшее волосами – в кончик носа. Гном насупился. Его никто не целовал уже сорок лет, с тех пор как незабвенная Гилка забрала сыновей и покинула пещеру, а он остался сторожить сокровище. Он смущенно высвободился из девичьих объятий и поклонился Литании.
– Ваше величество, я – Гиф, хранитель сокровища. Рад приветствовать вас в своих владениях.
– Благодарю вас за гостеприимство, Хранитель. Нас преследуют враги, и мы очень надеемся на вашу помощь.
– К вашим услугам, госпожа, – почти галантно поклонился гном.
Тоннель мало-помалу спускался вниз, и Тайра узнавала уже пройденный однажды путь. Скоро будет зал с летучими мышами, а немного погодя – коридор, ведущий к подземному озеру.
– Эрвин, а Гиф не может провести нас другой дорогой, как тогда, на обратном пути из грота? Неужели нам обязательно идти мимо Хогги?
– Может, но только тебя и Литанию, у остальных нет эльфийской крови. Ты что, даже не заметила, что в тот раз Гиф дважды протащил нас сквозь стену? И через время тоже только вы с ней можете ходить.
– Подожди, а как же Маяк и Шмель?
– Животные часто перенимают качества хозяев. Твоих можно смело считать полуэльфами.
Позади послышались невнятные, смазанные эхом голоса. Солдаты вошли в пещеру.
– Идите, не ждите меня, – Гиф нырнул в какой-то боковой проход, его не было довольно долго. Потом сзади раздался глухой грохот, пол вздрогнул, тугая волна воздуха ударила в спины, загасила факел. Тайра не удержалась на ногах, присела на корточки, ожидая, что обвал обрушит своды над их головами. Гулкое эхо стонало в пещере, стены и пол вибрировали, где-то впереди падали камни, рождая новое эхо. Но ничего, кроме густой пыли и ссыпавшегося с потолка мелкого песка, не коснулось беглецов.
Из щели выбрался гном, мрачно буркнул:
– Что мог, сделал.
– Они погибли? – спросил его Брейд.
Гном только плечами пожал. Эрвин прикрыл глаза, постоял, вроде бы даже не исчезал никуда.
– Трое мертвы, основная часть отряда отрезана от нас. Семеро идут за нами.
– Может, встретим их, дадим бой? – спросил Балтазар.
Эрвин покачал головой.
– Не сейчас. Нам надо пройти Хоггу, после битвы она станет сильнее нас.
Они по очереди выбирались на узкий карниз, и у каждого на миг перехватывало дыхание при виде разверзшейся под ногами бездны. В тот раз Тайра видела только бескрайний мрак, теперь далеко внизу можно было различить водную гладь, испещренную размытыми бирюзовыми пятнами. Тайра вгляделась – и поняла, что тусклое призрачное сияние исходит от сотен мертвых тел, человеческих и звериных, поглощенных озером за многие века. Под самой скалой сквозь толщу воды просвечивало огромное бледное туловище – может быть, того самого дракона, повелителя Хогги.
– Спускаемся, – сказал Эрвин, – Брейд, дайте руку Литании, Ланс – Тайре, Балтазар – Гифу. Ни в коем случае не отпускайте друг друга. И не обращайте внимания на голос, что бы вы не услышали, помните – это ложь.
Эльф пошел первым, с факелом в одной руке и веревкой в другой. На веревке он вел Шмеля, безвольного и покорного, кажется, вообще не видящего ничего вокруг. Карабкаться по изломанному краю плиты, держась за руки, было страшно неудобно. Факелы были только у Эрвина и Гифа, идущим в середине не хватало света, и они наугад нащупывали опору, не зная, что окажется под ногой – камень или пустота. То и дело цепочка рвалась, снова соединялась, они скорее ползли, чем шли. Обволакивающий холод поднимался от озера, оно светлело на глазах, покрываясь клубами тумана, как вода в закипающем котле.
Тебя ждет покой…
Тайра уже когда-то слышала этот шепот внутри головы, ему не надо верить, его не надо слушать. Что-то приникло к ее сознанию, вглядываясь в душу.
Джан и Зелла ждут тебя…
– Их здесь нет, – ответила Тайра голосу.
Я подарю тебе свободу, и ты встретишься с ними.
Своды пещеры раздвинулись, впустив луч, падающий с бесконечной высоты, и там, в вышине, стоял ее отец и Зелла. Один шаг в пропасть – и она полетит вверх по этому лучу. Но Ланс крепко держал ее руку, не давая вырваться.
Совсем рядом раздался странный, звенящий болью голос Литании:
– Нет! Смертью ничего нельзя искупить – только делами, – кажется, она тоже говорила с Хоггой.
Они ждут тебя, они скучают по тебе…
А здесь – мама, и Эрвин, и Ланс. Но рука Ланса дрожала и становилась все холоднее. Потом его пальцы разжались. Он – тоже? Может быть, прыгнуть с ним вместе? Еще бы маму позвать с собой…
Ланс что есть силы саданул кулаком по каменной стене, грязно выругался и тут же снова схватил Тайру. Почувствовав на коже горячую липкую слякоть, она очнулась.
В непроглядной тьме под куполом пещеры послышалась какая-то возня, змеиное шипение. Гулкий свист воздуха, рассекаемого огромными крыльями, падал прямо на них. Факел гнома высветил блестящее чешуйчатое брюхо. Растопыренные когти огромного, в два раза больше тех, что были на перевале, ящера, целились в Тайру. Ланс и Балтазар скрестили мечи над ее головой. Дракон пронесся над их головами и пошел на второй круг.
– Нет! Стойте! – закричал Гиф.
Тяжко хлопая крыльями, черная туша развернулась в воздухе.
Оскаленная пасть с пылающими глазами неслась к Тайре. Она вжалась в камень, беспомощно заслоняя локтем лицо, и все-таки увидела – крыло дракона прошло сквозь стену.
– Не трогайте его! Это морок!
Яростный рык – но это рычал не ящер, а Балтазар. Выпад в пустоту, еще выпад… Балтазар подпрыгнул, метясь в нависший над ним огненный глаз – и плашмя полетел в бездну. На месте его падения закружилась хищная воронка тумана, но он вынырнул и поплыл к берегу, окутанный синеватым свечением. Ему удалось сделать не меньше десяти гребков, хотя его тело с каждым движением становилось все прозрачней. И тихо ушел под воду с занесенной в последнем взмахе рукой.