В слепой темноте (СИ)

Нащупав пальцами ангелочка с сиреневыми крыльями в межключичной ямке, в которой уместился этот крошечный кулончик, я открываю глаза, и покидаю беседку. Где-то на полпути к дому, решаю свернуть на правую гравийную дорожку, ведущую к огромному горному камню, что лежит у искусственного водоема. Белые и розовые кувшинки изящно плывут по водной глади, в прибрежной зоне растут ярко-желтые ирисы и незабудки с крошечными сизо-голубыми соцветиями. Я обхожу пруд слева, огибаю вулканический туф и по огромным базальтовым ступеням поднимаюсь вверх на самую верхушку высоченного валуна, сажусь на него, а потом просто откидываюсь на спину на прогретую солнцем плоскую и твердую поверхность. Поправляю съехавшую вниз тонкую лямку мандаринового сарафана и закрываю глаза.
Но мое уединение продлилось недолго. Некто ложится рядом со мной и замирает. Я поворачиваю голову и приоткрываю веки.
— Что ты здесь делаешь? — на удивление спокойно интересуюсь я, глядя в серо-голубые глаза, с любовью уставившиеся на меня.
— Не знаю, — шепотом и совсем близко.
— Это мое место. Только мое, — чуть подумав, добавляю я так же тихо.
— Мне тоже нравится это место.
— Как хорошо, что это мой сад, а не общественное место. И я в праве выставить за ворота любого, кто сюда нагло заберется, — с вызовом я вскидываю бровь.
— Да, я согласен, как хорошо, что это не общественное место, — невозмутимо отвечает он на мою реплику и переводит внимание на небо. — Наверно, ночью здесь очень красиво. Идеальное место для созерцания звезд.
— Ты прав, очень красиво. — Я тоже смотрю в небо.
На минуту наступает молчание. Игорь о чем-то раздумывает, хмуро поглядывая на проплывающие на восток белоснежные облачные фигуры.
— Зачем ты пришел? — спрашиваю я.
— За тобой, — с готовностью отвечает Игорь. Надо же, а в первый раз сказал «не знаю».
— В смысле?
— Алекс, ты мне нужна, потому что я люблю тебя. И я уже сказал, я ни за что от тебя не откажусь.
— Уже отказался, — напоминаю я, прослеживая взглядом крохотный пушистый островочек на голубом полотне.
— Нет, не отказывался, — уверенный голос. — Мне нужно было время — в этом и заключается моя главная ошибка.
— Тебе повезло, — равнодушно замечаю я, — сегодня запас моего гнева иссяк, и потому ты не станешь очевидцем моей неконтролируемой ярости. Тебе не вывести меня из себя.
— А мне это и не нужно.
Наши взгляды встречаются, и я вижу в его выражении лица непонимание предыдущих моих слов. Ну да, он еще ни разу не видел меня зачинщицей скандалов.
— Послушай, Игорь, я не хочу заново повторять тебе то, что ты и так от меня уже слышал. Просто уходи и всё. Без слов.
— Я не могу.
Сама себе удивляюсь, как это я умудряюсь спокойно, почти вежливо с ним говорить. День какой-то… совершенно необычный, богатый непредсказуемостью.
— Я тебя не люблю.
Слова на него определенно действуют, но Игорь быстро скрывает свою горечь и произносит:
— Я тебе не верю. — С опаской протягивает ко мне ладонь и касается холодной ладонью моей теплой щеки.
— Холодная — почему?
— Сердце без тебя не хочет излучать тепло. Больше нет рядом той, кому это тепло предназначено.
Еще секунду всматриваюсь в его грустные зрачки, а потом резко приподнимаюсь и встаю. Перешагнув через ноги лежащего мужчины, я спускаюсь вниз.
— Алекс, — он идет следом.
— Что?
— Помнишь, когда-то ты обещала показать мне сад? Ты не откажешь мне, если я попрошу устроить мне экскурсию? — пристроившись рядом, произносит Игорь.
Секунд десять я ничего не говорю, шагая по каменной разноцветной дорожке, потом украдкой посмотрев на своего спутника, говорю:
— Хорошо. Раз обещала, то покажу. Камень мой очаровательный ты уже видел. А теперь советую посмотреть налево. Это великий дуб со времен… да бог знает, с каких времен. Не знаю, сколько ему лет. Но ты и сам видишь: он огромен, и моих рук, да и твоих тоже, не хватит, чтоб охватить его ствол. — Мы подходим ближе к дереву. — А эти качели на самой толстой его ветке смастерила я сама прошлым летом. Вроде крепкие, ни разу не порвались с того времени. Я периодически здесь… летаю. — Усевшись на деревянное узкое сиденье, только теперь обращаю взор на мужчину: он улыбается.
 
— Покатать? — предлагает Игорь, взявшись за канат.
— Давай, — пожимаю плечами.
Не оглядывайся назад — там бездна,
И она может затянуть своей тьмой.
Там есть фальшь и дымовая завеса.
Не вылезешь оттуда, кроме как больной…
…Тьма ярче сияет, пусть и бессмысленно.
И как бы не было больно,
Тьма — частичка души и часть прошлого —
Продолжает гореть до последнего.
Глава 15. Это что, шутка?
29 июня 2020.
Понедельник.
— Красивый ангел, — замечает Игорь украшение на моей шее, когда мы после экскурсии по саду направляемся в дом. В моих руках легкие сандалии, голые стопы мягко щекочет ярко-зеленая трава — я решила сократить путь от дальнего конца сада и пройтись прямо по газону.
— Мне его подарили, — отвечаю я, невольно потянувшись к кулону. Хоть Евгений и просил никогда его не снимать, я бессовестно пренебрегла его просьбой, потому что напрочь забыла о его подарке, а вспомнив утром, надела вот.
— Твой дед? — предполагает он, и я с недоумением смотрю на него. — Мама твоя сказала, что он приехал вчера. Поэтому решил, что его подарок, — немного смутившись, объясняется мужчина и подозрительно косится в мою сторону.
Это что, он ревнует что ли? М-да. Не сдержавшись, закатываю глаза.
— Кулон мне подарил очень хороший человек.
Игорь с хмурым видом уставился себе под ноги. Впереди маячит крыльцо.
— Бывший моей тети, — чуть погодя добавляю. — Хотя… быть может, они снова вместе. Надо будет спросить, — озвучиваю я мысли вслух. А потом, повернувшись снова к Игорю, наталкиваюсь на улыбку. — Игорь, почему ты улыбаешься? И вообще ворота там, в той стороне. С какой стати ты идешь за мной? Это мой дом, а твой дом в пятнадцати километрах отсюда, — раздраженно бросаю я, взлетая вверх по ступенькам. — Пристал как банный лист!
— Извини, но теперь я частенько буду мелькать перед твоими глазами, — летит мне в спину. — Не убегай от меня, тебе всё равно не удастся.
Не обращая никакого внимания на наглого незваного гостя, я вхожу в дом. Мужчина за мной.
— Что тебе нужно?! — резко развернувшись, не выдерживаю я.
— Я пришел…
— Снова к моей маме? — скрестив на груди руки, я с вызовом гляжу мужчине в глаза. — Да что же вы не угомонитесь никак! Мам, к тебе пришли! — восклицаю я на весь дом, чтоб эта женщина явилась сюда немедленно, где бы та ни была, и избавила меня от общества этого… этого… моего бывшего! Да пусть хоть сутками напролет эти двое беседуют, чирикают, спорят, главное, чтоб он мне не докучал!
— Алекс, я не к ней пришел, — со всей серьезностью заявляет мужчина, крепко схватив меня за плечи. — Я тебе уже говорил, единственная причина, по которой я здесь, — это ты. Только ты.
— Так и есть, он здесь ради тебя. — Мама появляется в холле.
Я не успеваю и рта раскрыть, в следующую секунду из своего кабинета выходит возмущенный дед:
— Что за крики? Что здесь происходит? Я не могу сосредоточиться на плавных изгибах. Буквы выходят неровными.
— Добрый вечер, — вежливо приветствует Игорь домочадцев, благоразумно отпустив мои плечи.
— Добрый, молодой человек, — кивает дед, с подозрением уставившись на парня. — А вы, простите, кто будете?
— Я тот, кто любит это чудо, — Игорь переводит решительный взгляд на меня.
— Игорь, я устала тебе повторять, катись отсюда! — Во мне снова просыпается гнев. Какое я тебе чудо?!
— Игорь, значит, — подает голос дед и, прищурившись, начинает внимательно того разглядывать. — Наслышан, наслышан.
— Алекс, милая, дело в том, что Игорь некоторое время поживет у нас, — вдруг ошарашивает новостью мама.