"Фантастика 2025-183". Компиляция. Книги 1-15 (СИ)
— Командир, выбери денек, прилетай ко мне.
— Что-то серьезное?
— Даже не знаю. Я просто хочу, Рим, чтобы ты сам это увидел. — в голосе капитана Лугова Андрей уловил улыбку, потому сильно тревожиться и спешить не стал, но через пару дней оповестил ребят, что летит.
Пилотировал капсулу Марат, как самый свободный на данный момент — Рим по-прежнему чувствовал себя в воздухе отвратительно и не летал без сопровождения. Сослуживцы беззлобно подшучивали на тему о том, что настоящему императору обязательно требуется свита. Полет занял не так и много времени и, меньше чем через час Цинк уже сгреб Рима в объятия.
— Черт, все же я без вас соскучился! Разговоры разговорами, а вживую повидаться лучше. — Цинк улыбался так радостно, что у Рима окончательно отлегло на сердце.
— Ну, показывай, что ты тут придумал.
— Да это, Рим, не я придумал.
Задрот, Чук и Дзю, которые тоже вышли встречать гостей, с улыбками переглядывались, но сообщать, в чем дело, тоже не спешили.
Про себя Рим отметил, что ребята выглядят несколько утомленными. Все-таки почти на пустом месте они пытались внедрить те же изменения, которые сейчас переворачивали социум ацтеков. В чем-то им было легче — например, второй раз соотносить чужой алфавит с русским было немного проще, в чем-то им оказалось сложнее, поскольку верхушка майя четко раскололась на две части.
Часть людей пришлось устранять физически и это, увы, не выглядело в глазах майя так круто, как убийство Римом императора. Там, у ацтеков, была честная борьба, в которой победил сильнейший. Здесь, у майя — просто зачистка. Но в целом судя по докладам, команда Цинка неплохо справлялась.
Пирамиды майя были несколько примитивней ацтекских именно в силу того, что являлись копиями, дубликатами, простым подражанием. Тем не менее и Рим, и Марат до сих пор на этой территории не были и оглядывались с любопытством.
— Пошли, пошли — поторапливал их Цинк. — посмотрите, что вышло, а потом уж сядем поговорим. Вошли в одну из пирамид и Цинк, достаточно уверенно повел их по узким коридорам.
Зал, куда привели гостей, был не слишком велик и очень странной, треугольной, клинообразной формы. Он подсвечивался с помощью системы скрытых зеркал. Охрана, сопровождавшая Цинка и команду, застыла у дверей, не решаясь войти. Разумовский с интересом оглядывал каменные пьедесталы, на которых, в данный момент, отсутствовали статуи. Они начинались от самого входа и сходились клином в самом дальнем и узком углу. Вот как раз там, на гигантской каменной плите, было какое-то изображение, и судя по осколкам камней — или сделанное недавно, или, даже, еще не полностью готовое.
Подталкивая Рима ладонью между лопаток Цинк приговаривал:
— Двигайся давай, командир, самое интересное там.
Барельеф на плите изображал высокого, несколько звероподобного мужчину в сложном ритуальном одеянии. Как и принято у местных, одежда и убранство великана изобиловали сложными орнаментами и деталями, бесконечными бусинами, висюльками и шнурами. По обе стороны от него были изображены два мужчины, которые высоким ростом не отличались — центральной фигуре два мелких персонажа еле доставали до пояса. Часть их одежды была уже покрыта яркими красками. На полу возле плиты, стояли какие-то непонятные ящики, плошки и горшочки. Рим сообразил, что это краски, которыми сейчас раскрашивают камень.
— Ну, и что ты мне хотел показать?
Рим искренне недоумевал — такие и подобные фигуры были во многих храмах. В пантеоне местных божеств они так и не разобрались до конца — слишком много сущностей населяли этот самый пантеон. Не мог же Цинк притащить сюда Рима только для того, чтобы показать очередного местного божка?
За спиной командира, не выдержав, засмеялись Чук и Гек. Задрот несколько нервно шикнул на них:
— Хорош ржать, балбесы. И так непонятно, что с этим делать.
Цинк, усмехнувшись, сказал Риму:
— На лица посмотри, только внимательно.
Рим присмотрелся и неожиданно понял:
— Да твою же налево! Что, серьезно?!
Марат, которому за спинами капитанов изображение видно было не слишком хорошо, невежливо растолкал их и встал посередине. А Рим совершенно не представлял, как отнестись к этой картинке — глаза изображения справа были покрыты ярко-голубой краской, целиком, вместе с белками.
— Ну хорошо, я понял. Это — Задрот. Второй… — Рим кивнул на картинку и уточнил: — Второй, это, похоже, Дзю?
Изображение Дзю, если присмотреться, имело на груди стандартную армейскую татушку — группу крови, а под ней небольшой рисунок прыгающего с парашютом десантника. И купол, и фигурка были нанесены красками достаточно точно.
— А вот этот-то кабан — кто? Рим все еще не слишком понимал значение центральной фигуры.
— А это, Андрюшенька, император мира и окрестностей, то есть ты! — с торжеством в голосе объявил Цинк.
— Да ну… может быть, это ты? — постарался отпереться от такой «чести» Рим.
— Нет, дорогой. Видишь, на башке у него шапка с висюльками нахлобучена? Это, темный ты человек, местная императорская корона.
— Ну, так ты местный император. Значит…
Отрицательно помотав головой, Цинк с улыбкой сказал:
— Ничего это не значит, я же не ношу эту хрень. Корона так и хранится во дворце. Там на ней самоцветы, ну и потом, это местное искусство. Так что лежит она себе спокойно в какой-то комнате под охраной. В общем-то, ничего ужасного в этих изображениях нет, проблема только в одном… Пойдем-ка, гость дорогой, перекусим. За едой и поговорим.
За столом развеселившаяся молодежь без конца подкалывала Рима, пока Цинк не рявкнул на них. Затем разговор пошел уже серьезнее:
— Как бы мы и изначально планировали объявить себя богами, но меня, Андрей, тревожит то, что когда мы в анабиоз уляжемся, они ведь начнут новых идолов лепить. А потом, глядишь, и до жертвоприношений дойдет.
Определенная логика в словах Цинка была. Рим жевал надоевшую кукурузную лепешку и размышлял о том, что после ухода последнего фаэтонца прошло не так и много времени, как жрецы додумались приносить в жертву пленников и рабов, заливая ступени пирамид кровью. Да и науки поприжали так, что большая часть знаний осталась только у самих жрецов. Повторения не хотелось.
Проблему решили по-армейски четко:
— …в общем, ты прав. В исламе же запрещены изображения людей. Думаю, и у нас запрет сработает. — Цинк одобрительно покивал, соглашаясь.
— Какую-то хрень они все равно будут вырезать. Но пусть уж лучше мудрые цитаты «богов» пишут. Таким цитатам жертвы не нужны.
В целом, все понимали, что для того, чтобы решить эту проблему, Риму вовсе незачем было лететь к майя. Уже прощаясь, Цинк честно сказал:
— Соскучились мы без вас, ребята. Работы, конечно, до хрена, но выбрали бы вы денек на выходной, а мы бы к вам в гости мотнулись.
— Ладно, Костя. Прав ты. Я на место приеду, переговорю с остальными, выберем день. Медальоны, конечно, штука хорошая, но надо и вживую видеться.
* * *Осенью 1495 года команда в полном составе собралась в императорском дворце: подбивали итоги работы. После завтрака спустились в конференц-зал. Дольше всех рассказывала Фифа:
— …да в целом с медициной в порядке. Вы же местных знаете — они ни крови, ни смерти толком не боятся. Я, когда первый раз увидела инструменты их хирургические — чуть в обморок не упала! Но плюс в том, что божественный статус очень помогает: сказано — руки мыть, инструменты и бинты кипятить, лекарства делать только в чистой посуде — они так и делают. Спорить никто не осмеливается. Кроме того, там десятка три достаточно молодых ребят, лет по двадцать-двадцать пять всего, у них прямо настоящая научная школа. Я разрешила им трупы вскрывать и десяток писцов приставила, так что скоро у нас будет первый учебник по хирургии. Тут проблема не в знаниях, а скорее — в распространении их. Знаний-то у нас благодаря Фаэту — навалом. А вот по деревням до сих пор чуть не половина детей умирает еще при родах. Так что смотрите… — Анжела подошла к выведенной на экран карте и потыкала пальцем в одно из прибрежных селений. — Вот здесь нужно устраивать серьезную школу. Я смотрела, место там есть. Нужно выделить деньги и собирать туда местных лекарей хотя бы на краткий курс. — Она посмотрела на Рима и закончила, — Приказ отдай, чтобы разнесли по городам и весям. А я с роботами облечу окрестности и сама их перевезу. Ждать, пока они полстраны пешком перейдут, просто некогда.