Эльф из Скайрима (СИ)

Но он забыл, что сам даровал людям прекрасное оружие против таких существ — Искусство Зачарования.
Сейчас же, когда у драконов не осталось даже преимущества их громогласных слов, что исторгают пламя и холод, они утеряли свою непобедимость.
— Сдохни! — яростно воскликнула Гормлейт, что несмотря на все свои многочисленные недостатки, была просто великолепна в бою.
Не стоит даже упоминать, что большинство нордов были влюблены в столь яростную воительницу, идеал для нордского мужчины.
  
(Да, это не арт по Гормлейт, но я примерно так её представляю)
Забравшись на голову одного из драконов невероятно ловким движением, она вогнала свой меч ему прямо в череп, пробивая тот и доставая до того, что эльфы зовут мозгом.
— Фус-Ро-Да!/Фус-Ро-Да! — раздался двойной Ту'ум, вылетевший из пасти другого дракона и самой Гормлейт.
Безжалостная мощь столкнулось в одной точке, создавая ударную волну, что откинула и дракона и Гормлейт, вынужденную перекувыркнуться в воздухе и вполне удачно приземлиться на ноги.
Резко поднявшись, она оттолкнулась правой ногой от лишенного снежного покрова камня, устремляясь к тому, кто назвал себя Салокниром.
— Гра-а-а-а-а-а! — раздался обычный рёв рептилии, со всей своей скоростью в атаку на Гормлейт.
Оставив другого дракона на троицу воинов, Феллдир и Хакон принялись помогать боевой сестре — молнии с одной руки и поток хлада с другой устремились в сторону чешуйчатой твари.
— Получи! — совершив немалых размеров прыжок, Хакон тоже не сдерживался и врубил Вуутрад глубоко в шею дракону.
.— О Кин! — поражённо воскликнул Феллдир, чей взгляд скользнул к Галтору, Сорри и Биркир.
Они сражались умело.
Они сражались достойно.
Но они не смогли предположить, что с яростным рёвом к ним спикирует гигантский алый дракон и испустит своё пламенное дыхание.
Воины умерли мгновенно от сильнейшего из огненных дыханий, что когда-либо видел Феллдир.
…А заодно ощутил то, от чего, казалось, избавился уже давно.
Чувство страха.
Мерзкими мурашками оно прошлось по телу мага, коих в будущем будут называть архимагами.
Но он был нордом.
Он так просто не сдастся. Это всего лишь ещё один дракон, которого стоит уничтожить ради свободы его народа.
— Гормлейт, Хакон! — рявкнул старик, вскидывая руки в воздух, из растопыренных пальцев которых тут же во все стороны ударили сильнейшие молнии.
Фиолетовые отблески магии проходились про чешуе драконов, разламывая её на части и буквально испаряя плоть за ней.
— Рий-Ваз-Зол! — болезненно, но всё-таки вскричал тот зелёный дракон.
Прямо на глаза троицы воинов их сожженные соратники принялись вставать на землю в виде неупокоенной нежити, вызывающей яростный скрип зубов у каждого норда. Проклятое искусство некромантии, заставляющее достойных воинов сражаться, когда им положено пировать в Совнгарде!
— Не дрожать! — резко раздался знакомый голос эльфа, что рухнул вместе с тушей одного из двух рыбовидных драконов. — Одавинг на мне! — на несколько секунд он превратился из размытой фигуры во вполне чёткую, а после чего сорвался к красному дракону, бывшему тут самый большим.
Не став отвлекаться на выражение согласия, Феллдир перенаправил все свои молнии на зелёного дракона, оставшегося последним им противником, тогда как Хакон занялся троицей воинов, а Гормлейт самим чешуйчатым.
Бой продолжался.
* * *
Там же.
Спустя пару секунд.
Вспышка света и огня на миг разделила нас с будущим помощником Последнего Драконорождённого.
Это там, через тысячи лет, в возможном и уж точно далёком будущем он может помогать тому, кто наделён душою дракона. Я же не был таковым, и этот Дова был воистину выдающимся противником и желал меня прикончить даже более прочих своих сородичей.
— Ты силён! — прорычал мне дракон, как только пламя рассеялось под воздействием Бури Кин. — Но всё ещё смертен!
— Меньше… — быстро начал я ответ, готовя собственную атаку в ответ на его нагревающуюся пасть. — Болтай!
Странно это слышать от меня, почти что самого известного болтуна среди снежных эльфов, но слова Одавинга действительно помогли мне создать атаку сильнее, чем его неполное дыхание.
За ведущиеся минуты боя я двигался столько, что акавирская боевая магия меня усилила более чем в три раза. А вместе с повышенными физическими характеристиками она увеличивала и прочность тела, дабы то банально не разрывалось на той скорости.
Вкупе с благословлением Аури-Эля…
Неудивительно, что я оказался возле шеи крылатого, и принялся работать фламбергом, решив поберечь магию, отчего клинок постоянно метался из руки в руку, оставляя глубокие раны на шее и голове алого дракона.
Тот закономерно попытался взлететь, но перед взмахом его крыльев я успел вогнать клинок обеими руками в шею и взлетел следом.
Чуть раскачавшись, я акробатическим трюком запрыгнул на дракона, и не сумев быстро высунуть меч, создал в руке ледяной клинок, да врезал его в место одной из ран.
— Слезь с меня, Фасну Фалил! — принялся крутиться в воздухе Одавинг, однако я вовремя ухватился за рукоять Фламментейна, что всё ещё был в шее рептилии.
В итоге своим кручением он добился лишь большего расширения ранения, однако клинок вместе со мной всё же вылетел из него. Впрочем, находясь не слишком высоко, я успешно приземлился на ноги возле одного из немертвых воинов, что продолжали бегать туда-сюда за нашим квинтетом.
И если нордов они были в теории догнать, нас с Вайси им приходилось подлавливать. А так как разум их был невелик, сделать это могли разве что случайно.
Прямо как сейчас.
— Фу… — попытался было Крикнуть один из них, но был тут же обезглавлен моим фламбергом.
Подоспевший Хакон с Вуутрад занялся остальными, а я очередным сальто ушёл от огненного дыхания Нуминекса, наконец-то оправившегося после огненного шара, попавшего прямиком в раскрывшуюся в рёве пасть.
— Вперёд, одноглазый! — крикнул я ему с азартом, направляясь прямиком по камням, ведущим от плоской части поверхности вершины Глотки Мира, к действительно самой высокой части горы.
— Граминдол Дилон! — прорычали мне в ответ, и явно заподозрив, что я собираюсь сделать, командир гвардии Алдуина резко взлетел в воздух вместо очередной атаки.
Ошибка.
Надо было бить его безжалостной силой.
Резко оттолкнувшись от очередного высокого и почти отвесного камня, я крутанулся в воздухе и прямиком во время верчения взмахнул фламбергом, и с него устремилась волна аэдрической энергии.
Энергии, что прошлась по крылу твари и вынудила её рухнуть на землю без всякого Драконобоя.
Приземлившись обратно на плоскую поверхность вершины горы, я замер на месте.
Глаза Нуминекса, казалось, расширились в страхе.
Мир замер.
Поток Времени потёк в обратную сторону.
Причина и следствие поменялись местами.
…Но прежде чем была нанесена рана, перед моим взором будто наяву возникло пробирающее ощущение.
Ощущение неминуемой смерти.
  
Мир насильно отмер.
— Гха-а-а! — выхаркал я кровь из-за резкой отдачи после столь грубого вмешательства в мою технику. — Явился, не запылился… — пробормотал я, языком слизывая солёную кровь.
Отпрыгнув назад, я поднял взгляд вверх, сразу же натыкаясь взглядом на черную чешую и алые глаза чудовищной пасти Пожирателя Мира.
Пасти, что мгновением позднее издала оглушающий рёв, содрогнувший всю Снежную Башню и взорвавший фигуру Первенца Акатоша.