Интервьюировать Нильсена (СИ)

— Зацепила, да? — проницательно кивнул Нильсен.
— Зацепила? — вскинулся я. — Да она надо мной издевается! Как будто мысли читает! Недавно вроде решил забить и даже приостановил расследование, но вчера мне пришло от нее сообщение!
Схватив телефон, я почти ткнул им Алексу в лицо. На экране был открыт диалог, где неизвестный абонент сообщал: «Долго ищешь, герой. Я соскучилась». Прочитав эти сакральные строчки, Нильсен заржал как конь. Ожидаемо. Можно подумать, от него дождешься сочувствия…
— Ты понимаешь! Она реально издевается! И номер никак не отследить. Одноразовый, купленный на откровенно липовый и такой же однодневный паспорт.
— Ну тут она даже в чем-то права, — задумчиво протянул Алекс. — Нехорошо заставлять леди ждать.
— Нильсен, — зарычал я. — Ты… да хрен с тобой, — махнул я рукой. — Рассказывай, что у тебя за дела.
— Простите покорно, — дурашливо поклонился он. — Оговорился. Не дела, а дело. И ты идешь на него со мной, — предвкушающе сверкнул он глазами.
Мне не хватало острых ощущений в жизни? Кажется, я погорячился с этим заявлением!
***
«Дело» Нильсена находилось в типовой многоэтажке не в самом фешенебельном районе Лондона. Нет, откровенными трущобами это место нельзя было назвать. Обычно в таких домах живут люди, которых можно классифицировать как «чуть ниже среднего класса».
— И что мы здесь забыли? — спросил я, заходя в лифт.
— Не что, а кого. Нехорошо так презрительно обращаться к человеку, причисляя его к предмету мебели, особенно если ты его не знаешь, — назидательно проговорил он, заставив в очередной раз закатить глаза. — Я буду проводить воспитательную беседу, — все же расщедрился Нильсен на пояснения, а когда мы вышли из лифта, добавил. — А вот тебе лучше постоять здесь.
— Ты адекватный? Ну и нахрена ты меня с собой тащил?
— Всегда мечтал, чтобы кто-то постоял на стреме, пока я занят незаконной деятельностью.
— Какой деятельностью? — я чуть не подавился воздухом. — Нильсен, ты что, мать твою, собираешься делать?
— А вот мать мою вспоминать не стоит, а то еще сюда примчится, — поморщился Алекс. — И я же тебе уже объяснил, я буду проводить воспитательные работы. Все, я пошел, стой здесь.
Нильсен быстро зашел за угол, постучав в ближайшую дверь. Я скрипел зубами, но выйти пока не решался. Несмотря на весь свой сволочной характер, за который его хотелось задушить минимум раз десять за один разговор, Алекс обычно продумывает свои действия. И велика вероятность, что если я выйду из своего своеобразного укрытия, поломаю ему всю игру.
— Роб Элмерз? — послышался голос Нильсена.
— Да.
— Я пройду, вы же не против.
— Э… Что?
После этого недоумевающего, и немного возмущенного возгласа дверь захлопнулась, а звуки стихли. Решив, что сейчас уже точно ничего не испорчу, я подошел поближе, прислонив ухо к небольшой щели между откосом и дверью. Но даже сейчас до меня долетали только обрывки фраз. Причем принадлежали они исключительно неизвестному Робу, который, в отличие от Нильсена, разговаривал на повышенных тонах.
— Я не понимаю… Да о чем… Какого хрена?
После нескольких минут односложных восклицаний, Роб наконец выдал то, что могло меня заинтересовать:
— А-а-а-а-а, — протянул он, как будто внезапно вспомнил что-то важное. — Черт, Агрест!
После этого послышался почти истеричный смех, который сразу же оборвался. А затем раздался звук, как будто кому-то очень смачно врезали по физиономии, и тихий вскрик.
После этого оставаться в стороне я уже не мог, влетая в незапертую дверь. Звуки борьбы привели меня в тесную гостиную, где Нильсен с упоением избивал какого-то темноволосого парня. Очевидно, Роба. Удостоверившись, что бьют не Алекса, я прислонился к стене и поинтересовался:
— Помощь нужна?
Нильсен с недовольством оторвался от своего увлекательно занятия, хмуро глянув на меня.
— Я же сказал, ждать меня за дверью.
— А еще ты сказал, что будешь вести воспитательные работы. А ты мордобоем занимаешься.
— Это новый, совершенно инновационный метод воспитания. Очень действенный, кстати. Правда, Роб? — он снова перевел взгляд на парня.
 
— Да ну нахрен! Я на такое не подписывался! Если она…
— Заткнись, — быстро перебил его Александр, сжав воротник в руке и почти перекрывая доступ кислорода. — А теперь послушай меня, — больше Нильсен бить его не стал. Наоборот, отпустил и поднялся на ноги, возвышаясь над ним. — Если я еще раз услышу хоть один намек, разговаривать мы будем уже не столь интеллигентно.
Посчитав на этом воспитательные работы выполненными, Алекс развернулся, спеша покинуть этот гостеприимный дом.
— Может, объяснишь, что это только что было? — поинтересовался я, когда мы вышли на улицу. — И главное — при чем здесь Агрест?
— Не бери в голову, — отмахнулся он. — Оказалось, у нас есть общие знакомые, — тихо добавил Нильсен и перевел тему. — Наверное, на сегодня мне приключений хватит. Запрыгивай, малыш, — Алекс приветливо распахнул дверь машины. — Подвезу тебя домой.
***
Закрывшись в своей квартире, я серьезно задумался о том, что сейчас произошло. Почему Алекс начал избивать совершенно незнакомого парня? А в том, что они не знакомы, я был уверен. Каким боком сюда влез его странный ассистент, который, кстати, совершенно вылетел у меня из головы. Черт, нужно чаще наведываться в особняк. Я ведь понятия не имею, что там сейчас происходит. Хотя… учитывая что в данный момент там гостит миссис Нильсен, и судя по хмурой физиономии Алекса в ответ на мой вопрос о ней, уезжать не собирается… Ну что ж, я могу только посочувствовать Харви.
Эта загадка заняла меня на какое-то время. Но на следующий день рутинные задачи все же заставили выбросить это из головы. Вернуться к размышлениям я смог только вечером. И снова, в то же самое время, мой мыслительный процесс прервали стуком в дверь. Да вашу ж мать!
— Нильсен, ты же говорил, что с тебя хватит! — практически прокричал я, открывая дверь, и на миг остолбенел, глядя на совершенно невозмутимую Еву, которая стояла напротив с легкой улыбкой.
— Прости, герой, с Нильсена, может быть, и хватит, а вот с меня — нет. И что это вообще значит? Только не говори, что я прервала какие-то ваши эротические игры?
Уже на середине ее речи я пришел в себя, схватил девушку за руку и практически затолкал в свою квартиру.
— Ой, какой энтузиазм. Похоже, не зря я решила зайти.
Она по-прежнему была чертовски спокойна. Как будто не воровала у меня телефоны, не пыталась выведать информацию, не приковывала меня наручниками…
Макото, что б тебя, не думай об этом!
Глубоко вздохнув, я невероятным усилием воли взял себя в руки и снова взглянул на наглую девицу, которую хотелось то ли придушить, то ли выпороть. Удивительно, но дыхательная гимнастика помогла. Гнев схлынул и включились мозги, которые у меня все же не получилось полностью убить алкоголем.
Злиться было бессмысленно. Мне просто нечего ей предъявить. Пугать полицией просто глупо, это я выяснил еще в прошлый раз. Угрожать физической расправой… даже не смешно. Да и если быть честным с собой, вредить ей не хотелось. Хотелось наказать, отплатить той же монетой…
— Вина? — предложил я ей с самым невинным видом.
— Что? — девчонка поперхнулась воздухом и глянула на меня с невероятным изумлением.
— Ну а что? — пожал я плечами. — У нас все равно каждая встреча одинаково заканчивается, так почему бы не начать ее как полагается ради разнообразия?
Если у меня и получилось выбить ее из колеи, то ненадолго. Осознав, что я только что сказал, Ева засмеялась, вольготно устраиваясь в том самом кресле, где когда-то лечила мою побитую и разрисованную тушку.
— Тащи свое вино, — кивнула она, а затем ехидно добавила. — Свечи зажигать будешь?
— Обойдешься, — буркнул я. — Могу только в церкви свечку поставить. За упокой.{?}[автор знает, что в католических церквях Британии не принято ставить свечи за упокой. Но авторский произвол никто не отменял]