"Фантастика 2025-191". Компиляция. Книги 1-29 (СИ)

Грег понимающе кивнул:
— Согласен. За каутельянцев пока нет никаких данных, кроме слов Андре. Случившееся с Брендоном, действительно, может быть связано с адером Уве и делом неры Орвуд. Сегодня… — Грег посмотрел на большие напольные часы и поправился: — вчера Брендон больше ни с кем не встречался. Если только тайно, ничего нам не сказав. Пока под подозрением Орвуды, адер Уве и нежить Танцующего леса. Или все случившееся может оказаться случайностью.
  
Эван потер бровь и в упор посмотрел на Грега:
— Так… Я правильно понимаю, что искать Брендона…
— … поеду я и… — Грег бросил косой взгляд на все еще хмурившуюся, задумчивую Викторию: — Я хотел бы взять Викторию в качестве ищейки.
— Хорошо, — согласился Эван. — Если это адер Уве, то девочки Орвуд могут быть следующими в этом странном деле, так что я сейчас разбужу Брока и вместе с ним сопровожу нерисс Орвуд сюда — тут им будет безопаснее. Нером Орвудом я займусь утром сам. Он тоже может быть причастен. Мы о нем почти ничего не знаем, кроме трусости и склонности к изменам.
Виктория добавила, от волнения сжимая пальцами тонкую ткань халата:
— Надо попросить Брока проследить передвижения адера Уве — на всякий случай.
Грег еле сдержал зевок — время было позднее, и ему отчаянно хотелось спать:
— Я хотел отправить по следам Уве Одли. Броку и без Уве есть чем заняться. Впрочем, его можно пустить по следам нера Орвуда — пусть проверит на всякий случай. Эван, все?
Тот кивнул и лапидарно сказал:
— Будьте осторожны.
Виктория старательно честно улыбнулась:
— Постараемся. — Лгать она никогда не умела, так что было ясно: за Брендоном она шагнет и в пламя, и к каутельянцам, если это они. Только Вик права: каутельянцам нет смысла менять правила. Они рассеивали (или забирали?) души клятвопреступников. Вряд ли Брендон успел выйти на след этого ордена, да еще и поклясться им своей душой.
* * *
Город спал, купаясь в ярком свете электрических фонарей. Горели неоновые рекламы на ресторанах и кафе, но их двери уже были закрыты. В период между карнавалами Аквилита предпочитала высыпаться.
Ночные улицы были свободны, и Грег не нервничал, боясь забыться и вылететь на встречную полосу. Приблизительный путь Брендона по городу он знал, но нельзя исключать, что Брендон мог с кем-то встретиться в дороге, так что каждую сотню ярдов Грег останавливался и давал время Виктории выйти из паромобиля и долго принюхиваться. Вроде след Брендона она держала уверенно. Хорошо, что он приехал в Аквилиту на пароцикле: отслеживать следы паромобилей не умел ни один из констеблей-ищеек в управлении, а вот за пароциклом оставался четкий запах Брендона.
Выехав на Окружную дорогу, останавливаться пришлось чаще — Виктория выходила и проверяла след на каждом перекрестке. Дождь медленно накрапывал, грозясь вот-вот стереть все следы. Грег видел, как Виктории трудно: у неё на лице прорезались вибрисы, треугольные звериные уши стояли торчком, а кончики пальцев заканчивались острыми, загнутыми когтями. Хвост больше не прятался в спортивного кроя бриджах, и Грег старательно давился словами: его так и тянуло уточнить, удобно ли сидеть с хвостом. Только вряд ли такое любопытство Виктория оценит. Грег, сжав челюсти, молчал, Виктория тоже. Дождь резко усилился, заставляя Грега включать стеклоочистители.
Закончилось все неожиданно: на одном из перекрестков Виктория долго принюхивалась, а потом стала заваливаться на землю. Грег, решивший, что ей стало дурно, не успел прийти на помощь — вперед на дорогу вырвалась огненно-красная, юркая, как огонь, лисица и стремглав понеслась, даже не проверяя, успевает ли за ней Грег на паромобиле. Дождь без предупреждения перешел в снежный залп, заставляя Грега громко, с чувством ругаться. Переднее стекло тут же залепило снегом, щетки еле справлялись, а потерять Викторию в этой круговерти было нельзя. Оставалось только молится всем богам сразу, чтобы сегодняшний день все же закончился без страшных потерь.
Ночь.
Снег.
Мокрый асфальт.
Бешено колотящееся где-то в горле сердце.
Лес вдоль дороги, и несущаяся алая лисица в узком свете фар.
Сил даже ругаться не было. Только обливаться потом и крепко держаться за руль на резких поворотах серпантина Ветряной гряды.
Погоня за лисицей закончилась так же внезапно, как и началась: через полтора часа дикой гонки, когда снегопад почти стих, Виктория все так же без предупреждения рванула в лес. Грег до упора вжал в пол педаль тормоза — ногу судорогой чуть не свело: до сих пор никто не придумал, как можно усилить человеческое воздействие на колеса. Пока все зависело от силы человека. Тормоза его усилий не оценили — завизжали. Шины заскользили на мокрой дороге — уже редкий снег таял, не касаясь асфальта. Тяжелый паромобиль занесло и пару раз крутануло на, к счастью, пустой дороге. Грег дрожащими руками потушил топку и проникновенно выругался в небеса.
На ватных ногах, понимая, что Виктория может не отдавать себе отчет в том, как опасно быть одной в Танцующем лесу, Грег выбрался из паромобиля и, запустив над собой эфирный светляк, понесся обратно за лисой, сразу сворачивая с дороги в лес. Он не был уверен, как далеко его протащило по дороге на паромобиле — Виктория могла быть и в десятке ярдов, и в сотне. Грег чудом не упал и не переломал ноги в придорожной канаве: во тьме почти безлунной ночи — не за горами новолуние, — она казалась безобидной и неглубокой. Еле выбравшись из канавы, скользкой от влажной глины, он принялся осматриваться в поисках Виктории. Наугад помчался по кромке леса, заросшей высоким, ломким сейчас папоротником. За Грегом клубилась алая пыль шаррафы вперемежку с мелкими спорами. Лер Зонт с трудом поспевал за Грегом с головой исчезая в зарослях. Грег, высматривая лисицу — ей тут легко затеряться в хрупких рыжих ваях, — не понимал, зачем Брендон свернул с дороги и помчался в лес. Что или кого он тут увидел? И где сейчас искать Викторию, что гораздо важнее. Маяком Грегу стали множественные эфирные светляки, осветившие лес.
Виктория нашлась на покрытой пеплом поляне — оказывается, Грег не заметил небольшой съезд с дороги в лес. Она стояла уже в людском обличье и старательно делала фиксограммы. Грег видел, как по щеке у неё катилась одинокая слеза. Снежинки, больше похожие на огромных мух, медленно кружились в воздухе и таяли — земля была еще теплой после пожара. Кое-где трава тлела алыми искрами. Грег затушил их.
Брендона убили не каутельянцы и не адер Уве. Его убила не вовремя закончившаяся вода в баке пароцикла. Огромный выброс пара в результате оголения огневой коробки. Выжить практически невозможно.
Грег поднял руку вверх и подал эфирный сигнал: «место преступления!». Часа через три сюда приедут эксперты и судебный хирург.
Воняло гарью — не продохнуть. Сгорела вся лесная подстилка — хвоя, листья, резные ваи папоротников. Раскуроченные останки пароцикла разбросало на десятки ярдов. Обугленная рама влетела в ствол нелиды, сломав её. Деревья тут росли так близко, что макушка нелиды зацепилась за ближайшие березы и не упала на землю, до сих пор треща под порывами ветра. Разорванную в клочья топку закинуло на дуб. Колеса, с дымящимися шинами, валялись по разные стороны поляны.
Грег, заметив, что Виктория закончила съемку, рванул по пеплу в поисках тела. Пароцикл — не паровоз, сила взрыва не так сильна, так что что-то остаться от Брендона должно было. Даже пожар не сожрал бы его тело полностью.
Тела не было. Даже костей. Даже пряжки или священного треугольника — от паровозной бригады, упустившей воду и допустившей взрыв котла, находят именно их.
  
Грег выпрямился — он рассматривал раму пароцикла:
— Брендон погиб не тут. Возможно, взрыв был позже — он не загасил топку. Пароцикл взорвался без него.
Лер Зонт, полностью покрытый пеплом и прилипшими к влажной ткани купола рыжими спорами, покрутился на месте и неуверенно запрыгал прочь в лес. Виктория, уже собравшаяся с силами, принялась хищно принюхиваться, а потом зачихалась — в нос попал пепел.