Душа Лань Чжаня (СИ)

На их семейных вечерах дядя еле сдерживал себя, видя, как его племянник съедал все, что бы его муж не приготовил, при этом всегда хваля и целуя руки. А ему всего лишь раз стоило попробовать еду, приготовленную Усянем, и он попал в больницу на несколько дней. Сичэнь успокаивал его и просил принять Вэй Ина ради Лань Чжаня. Как будто это было так просто. Три года холодной войны и почти полного игнора.
  
Все поменялось в один миг, когда на пороге их семейного особняка супруги появились вместе с ребенком. Дядя уже по сложившейся традиции даже не поздоровался с ними, но спустя некоторое время увидел, с какой нежностью и заботой Усянь относится к малышу. Он украдкой смотрел, как Ванцзи их поддерживает и просто светится от счастья. Его племянник стал улыбаться. В его глазах плескалась радость.
Наблюдая за их семейной идиллией, внутри Лань Циженя что-то щелкнуло. Наконец-то он принял выбор своего племянника. И также принял свое поражение, которое в итоге обернулось для него счастьем.
Дядя теперь постоянно забирал маленького Лань Юаня к себе на выходные и был очень недоволен, когда его опережала семья Цзян. Цижэнь самолично взялся за воспитание ребенка, даже позволив называть себя дедушкой. Чтобы проводить побольше времени с внуком, старший Лань официально вышел на пенсию, полностью оставив компанию на племянников. Он посвятил себя обучению А-Юаня на дому самостоятельно, вместо дошкольного образования.
Он так же был недоволен, когда Ванцзи с Вэй Ином решили отдать его в школу. Причем выбрали самую обычную, а не элитную, как настаивал дядя. Лань Юань моментально впитывал все знания, был добрым и вежливым ребенком, и Цижень гордился им также сильно, как и своими племянниками.
— А вот и я, — выбегая из спальни, улыбнулся Усянь, пересекая гостиную.
Он был в черном костюме и светлой рубашке. Пиджак был слегка притален и застегнут на одну пуговицу. Лань Чжань, как всегда, залюбовался своим мужем.
— Ты потрясающе выглядишь, — Ванцзи сделал шаг навстречу к нему, обнимая за талию и целуя в висок. А потом помог застегнуть еще одну пуговицу, поправляя полы пиджака.
— Ты всегда так говоришь, во что бы я не оделся, — сверкая глазами, ответил Вэй Ин.
— Потому что ты всегда выглядишь потрясающе.
— Лань Чжань, когда ты научился всему этому? — хихикнул Усянь, протягивая руки к сыну.
— Пап, я уже большой! Я сам могу ходить! Не надо меня постоянно пытаться взять на руки. Скажи ему, папа Чжань!
— Он уже взрослый, — мягко произнес Ванцзи. — Но иногда объятья нужны не только маленьким детям. Когда ты подрастешь, то сам все поймешь, — закончил он свою речь, глядя на сына. Дипломатическим навыкам Лань Чжаня можно было только позавидовать.
— Ладно, — согласился А-Юань и протянул руки к Вэй Ину.
В тот же миг он был схвачен в плен объятий Усяня.
— Не могу поверить, что ты уже вырос, А-Юань! Что ты уже идешь в школу! — немного дрогнувшим голосом произнес Вэй Ин.
— Если мы продолжим обниматься, то опоздаем, — все еще дуясь, ответил Лань Юань.
— Тогда побежали в машину, а папа закроет дверь, взяв все нужное, — вставая с колен, ответил Усянь, утягивая сына за дверь.
Школа была недалеко от дома Лань Цижэня. Они специально искали поближе. Так как ему было доверено забирать ребенка со школы. А также помогать делать домашнюю работу и проверять ее. Дядя Цижэнь с удовольствием принял на себя обязанности по воспитанию своего внука и главного наследника семьи Лань.
Поэтому, когда Karlmann King припарковался на школьной парковке, первым к нему подошел дядя, открывая заднюю дверь салона и помогая А-Юаню вылезти из машины.
— Доброе утро, дядя, — поздоровался Ванцзи.
— Доброе утро, дядя Цижэнь, — улыбнулся Вэй Ин.
— Вы вообще на часы не смотрели? — вместо приветствия возмутился старший Лань, — Ванцзи, неужели все, чему я тебя учил, ты растерял? Через пятнадцать минут уже начнется приветствие, а вы только явились! Не надо было вас слушать! Нужно было самому забрать Сычжуя еще утром.
— Дедуля, не ругайся. Мы же не опоздали! Папа Чжань обещал, что мы будем вовремя, — заступился за своих родителей ребенок.
Усянь с улыбкой подошел к мужу.
— Никогда бы не подумал, что твой строгий дядя превратится в курицу-наседку, — старался тихонечко произнести он, при этом хихикая.
— Безобразник! — возмутился на него Цижень. — Тебе бы рот с мылом не мешало помыть! Столько лет прошло, а ты так и не изменился в своем бесстыдстве!
— Вот вы где! — послышались голоса и быстро приближающиеся шаги.
Мадам Юй, Цзян Фэнмянь, Цзян Чэн, Яньли и Цзинь Цзысюань, держащий на руках сына, подошли к ним.
— Мы уже думали, вы опоздаете или совсем не приедете, — строгим голосом обратилась к супругам мадам Юй. — Лань Ванцзи, я надеялась, что вы прибудете пораньше. Хотя зная, как на вас действует Вэй Усянь, можно уже порадоваться тому, что вы все-таки здесь.
— Мы тоже рады вас видеть, мадам Юй, дядя Цзян, — супруги кивнули головой, — брат, сестра и ты.
— А меня? — раздался сердитый детский голосок маленькой копии Цзысюаня. Этот малыш унаследовал характер и нрав своих дяди и бабушки.
— Тебя, конечно, тоже рады видеть, А-Лин, — улыбнулся Вэй Ин и забрал его из рук Цзинь Цзысюаня.
— Через год я тоже пойду в эту школу, — гордо заявил ребенок. — Мама пообещала, что мы с Юанем будем учиться вместе.
— Конечно, будете, — Усянь отпустил его на землю.
А-Лин подошел к Лань Сычжую и взял его за руку.
— Пойдем, А-Юань, твоя семья проводит тебя в школу, — степенно и очень гордо произнес он.
Самыми последними шли Ванцзи и Вэй Ин, держась за руки, переплетя пальцы. Они смотрели в спины их большой и такой разной семьи.
— Лань Чжань, ты когда-нибудь думал, что у нас так удачно все сложится? — спросил Усянь.
— Раньше я и представить себе всего этого не мог. Если бы судьба не подарила мне тебя, я бы до сих пор не знал, что такое истинное счастье.