"Фантастика 2025-193". Компиляция. Книги 1-31 (СИ)

Я со своей стороны написал обстоятельное письмо Эмельде Долеман с просьбой помочь устроится Трагоренам на месте. Пусть Михаэль с дочерью поживут первое время в замке у баронессы, девочке точно пойдет на пользу строгая дисциплина, принятая в этой достойной семье. Ну, а к лету, надеюсь, Трагорен уже отстроит особняк в нашей северной столице рядом с резиденцией губернатора. Средств у него на это явно хватит.
  
Возможно, Михаэлю Трагорену сейчас трудно пока понять мою жестокость по отношению к Одилии. Но придет время, и он скажет мне спасибо за то, что я помешал превратиться его старшей дочери в такое же жадное до власти и денег чудовище, как ее мать. У Гризельды хватило наглости и после суда требовать от мужа заступиться за нее и спасти от отправки в Обитель. А вот Одилия только тихо плакала и находилась в подавленном состоянии.
Трагорен нашел в себе силы попрощаться с дочерью. И подал на мое имя официальное прошение с просьбой разрешить ему сделать вклад в Обитель, где она будет содержаться следующие пять лет. Прошение я его удовлетворил, конечно. Но по поводу небольшого размера вклада остался непреклонен: не фига дочку больше баловать, пусть поработает на благо Обители. Глядишь – осознает свою вину и оценит, наконец, сколько сделал для нее отец. А еще узнает цену тому, что с детства доставалось ей без малейших усилий. Жалко глупую девчонку, но они-то с ее матерью нас жалеть не собирались.
Мое предложение назначить Трагорена представителем Совета Гильдий при губернаторе северной провинции, гильдейские восприняли с большим энтузиазмом. Должность, конечно, на первый взгляд скромная, но перспективы она открывает широкие. Понятно, что многое на севере Гильдиям сейчас придется отстраивать с нуля: начиная с добротных складов в порту и заканчивая постоялыми дворами вдоль всего северного тракта; с таможенных постов на границе и до удобных стоянок для купеческих обозов. Но зато потом, когда торговля через северные ворота княжества наладится, все их усилия окупятся с лихвой. А уж считать деньги гильдейские умеют, как никто другой…
  
Глава 10
 
«Приезжай скорее!». В записке, принесенной Эльзой с рынка, было всего два слова, но Бренну словно водой окатили с головы до ног, и сердце сжала тревога за Марту. Но беды, прислушавшись к своему ведьминскому чутью, ведьма не почувствовала. Ладно… значит с сестрицей ничего страшного пока не произошло. И то хорошо.
Но что у нее могло случиться…? И почему она назначила встречу не в городе, а попросила Бренну приехать к ней в деревню? Может, помощь какая нужна…? Завтра ведь полнолуние – никак ведьмочка редкое зелье задумала сварить? Вот же неугомонная девчонка…! Да, что с прирожденной травницы возьмешь – у нее только одни лекарства на уме. И ее любимые горшки…
Бренна достала из шкафа пузырек с безобидной настойкой, капнула несколько капель в стаканчик с водой. Выпила и прикрыла глаза, поднеся к сердцу зажатую в руке записку. Выровняла дыхание и постаралась настроиться на Марту, чтобы почувствовать настроение, в котором ведьмочка это писала. Чужие эмоции начали постепенно всплывать в голове, как проступают причудливые силуэты деревьев в утреннем тумане.
Страха в них нет… скорее волнение… даже какая-то заполошная радость, вперемешку с тревожным ожиданием… она что-то нашла… очень важное для нее, и для Бренны, видимо тоже. Но больше с такого короткого послания считать невозможно. Слишком уж быстро Марта писала записку, в спешке путаясь мыслями и перескакивая с одного на другое. Но запечатать ее воском с легким ведьминским заговором сестрица не забыла. И стоило Бренне выпустить записку из рук, как слова осыпались темной пылью с клочка бумаги. Девочка осторожна – это хорошо.
Что ж, надо собираться в дорогу… Йена в ближайшие дни все равно не будет – у него армейский прием в Замке, а потом он на охоту со своими генералами уедет. Ну, а к его возвращению она уже вернется домой. Да, и не надо ей сейчас по городу разгуливать – слишком много военных и магов в столице собралось. Что те, что другие, женское «нет» воспринимают болезненно, привяжутся – не отстанут.
Бренна достала из сундука скромное дорожное платье, в котором она приехала в Минэй, и разношенные удобные башмаки. Нанесла на лицо грим, приглушая яркую внешность, и довольно подмигнула своему отражению в зеркале – обычной горожанке. Потом накинула на плечи теплую шаль, спрятала на поясе потертый кошель с деньгами и подхватив небольшую корзинку, где лежал подарок для Марты, запечатала дверь своей спальни хитрым заговором от воров, наложив его поверх обычного замка. Спустившись вниз, окликнула служанку:
– Эльза, детка, мне нужно срочно уехать на пару дней. Дальняя родственница приболела, поеду навещу бедную старушку.
– А я только что пирог со сливами испекла… – расстроилась служанка.
– Ну, так заверни мне с собой половину. А вторую забери домой.
– Что вы госпожа, как можно…! – потупилась девушка. А у самой в глазах светится такая радость от хозяйкиной щедрости.
– Забери, я сказала. Побалуешь детишек. И курицу, что сегодня с рынка принесла, тоже забери, а к моему возвращению свежую на базаре купишь.
Дав последние наставления довольной служанке, Бренна вышла через черный ход в свой небольшой садик, и миновав его, выскользнула в неприметную калитку. Никто бы сейчас не узнал в ней известную ирутскую куртизанку. Скорее уж приняли бы за обычную служанку из дома зажиточных горожан. Ну, вот… теперь осталось добраться до площади, где обычно собираются извозчики, и нанять подходящую повозку, чтобы добраться до Бочагов…
– …. А здесь мило, понимаю, почему ты в город не торопишься переселяться!
Бренна крепко обняла смущенную Марту и придирчиво оглядела старый, но еще крепкий дом. Хмыкнула на ухоженный двор и пышно цветущий у калитки куст. Травница, она и есть травница… Разве у кого другого будут расти осенью летние цветы? Ведьма строго шикнула на назойливых ос, круживших над ее головой, и выпустила в них чуток силы, давая понять, что она нахалкам не по зубам. Наглых ос, как ветром сдуло. Вот то-то же, сторожа нашлись!
– А у меня для тебя подарок, сестрица! Ты же еще не передумала экзамен в Гильдии сдавать?
Бренна протянула Марте толстый лекарский учебник, который случайно увидела в одной книжной лавке. Был он изрядно потрепан, но стоил все равно немало, только травнице об этом знать не нужно, пусть думает, что за медяк куплен. Сама Бренна лечить животных и людей тоже умела, и зелье сварить при случае могла, но особой тяги к этому ремеслу не испытывала. Не её это – раны зашивать и ребятишек от соплей лечить.
– Может, и не почерпнешь из него ничего нового, но хотя бы будешь знать, по каким книгам учатся здесь гильдейские лекари.
– Да, это не помешает. И если что, я смогу на экзамене сослаться на этот лечебник. Спасибо тебе огромное! – Марта уже готова была засунуть любопытный нос в книгу, но Бренна тут же захлопнула ее.
– Потом посмотришь. Лучше скажи мне, что за спешка была?
– В дом пойдем, не на улице же нам разговаривать…
Ведьмочка показала глазами на соседский забор, из-за которого торчала любопытная женская голова, и ласково подтолкнула дорогую гостью к крыльцу, переходя на шепот.
– Так-то Ханна неплохая женщина, но любопытна до невозможности! Ей скоро рожать, тяжелого ничего делать нельзя, вот и слоняется целый день по двору. Я уже прятаться от нее начала, одно спасение – ос моих она боится, как огня!
Они посмеялись над назойливой соседкой и уселись за большой стол в кухне, накрытый вышитой льняной скатертью. Все здесь было опрятно и сияло чистотой – хозяйкой Марта была отменной. И посуда, которую ведьмочка выставила на стол, была необыкновенной – такой красоты Бренна раньше на базарах не встречала.
  
– Ух, какая посуда! Да, ты, сестренка, талантлива не только в лекарском деле – искренне похвалила ведьма зардевшуюся Марту, рассматривая разрисованные чашки и тарелки.
– Ох, Бренна, если бы ты знала, как я с ней намучилась… Печь для обжига оказалась никуда негодной, от старости внутри трещинами пошла и начала жар пропускать. Пришлось все исправлять. Благо видела, как отец с братьями это делают, и подходящая огнеупорная глина неподалеку нашлась. Вот тут деньги твои и пригодились, чтобы заплатить за работу мужикам! Без их помощи я сама ничего бы не смогла.