Прости за (не) любовь

– Я же сказал, что сам решу этот вопрос, – по голосу поняла, что Дилан нахмурился.
– Дай сначала попробовать мне, и если мне не удастся, то дело за тобой, – вздохнула я.
Ди помолчал немного, потом вздохнул и всё же согласился:
– Хорошо, пусть будет по-твоему.
Подходила к дому, где жила свекровь. Считать её бывшей не хотелось, она навсегда останется для меня очень близким человеком, после гибели родителей именно от неё я получила ту дозу любви, что не позволила мне упасть в пропасть и вернула к нормальной жизни.
Пока шла, старалась подобрать правильные слова, чтобы всё прошло без сучка и задоринки. Однако в случае с бывшим мужем такой исход скорее утопия, чем возможная реальность. Уж он-то не упустит шанса поманипулировать, зная, что всё сейчас зависит только от его согласия.
– Алиночка! – с порога воскликнула свекровь, – какая приятная неожиданность. Как дела?
– Здравствуйте, София Ивановна, – поздоровалась и я, улыбнувшись замечательной женщине, – и я рада вас видеть! А Серёжа дома?
Ответа ждать не пришлось. Бывший муж сразу вышел из комнаты.
– Привет, нужно поговорить, – обратилась я к нему.
Его глаза хитро прищурились.
– Конечно. Проходи.
Мы зашли на кухню. Сергей закрыл дверь, чтобы наш разговор не услышала София Ивановна, и сел напротив.
– Мне нужно, чтобы ты подписал разрешение на вывоз детей, – я сразу перешла к делу.
– К хахалю своему собралась, да?
Я, конечно, догадывалась, что он уже в курсе. Дети наверняка восторженно делились с ним впечатлениями после прогулки с маминым «другом».
– Я не собираюсь обсуждать с тобой этот момент, – спокойно, но твёрдо отрезала его язвительные колкости, – но надеюсь на твоё благоразумие.
– Почему это я должен отпускать своих детей к какому-то мужику?
– Ты отпускаешь детей со мной, – отчеканила я, чувствуя, что разговор явно заходит не туда, – как минимум, я хочу свозить детей на отдых, чтобы они как следует отдохнули. А в нашем с тобой случае мне нужно разрешение второго родителя.
Сергей спокойно встал, подошёл ко мне, наклонился так, чтобы наши глаза были друг напротив друга.
– Никуда они с тобой не поедут. Считай это расплатой за твои грехи.
От возмущения и гнева я забыла, как дышать.
– Что ты сказал?!
– Да, – торжественно произнёс он, – дети останутся здесь, со мной, и на этом точка. А ты убирайся к своему певуну. Но детей я тебе не отдам.
– Сергей, не перегибай палку, – вспыхнула я, повышая голос, – не заставляй меня напоминать тебе о твоих продолжительных походах налево. Или ты уже забыл?
– А это не имеет сейчас никакого отношения, – рявкнул бывший муж.
– Да что ты, – нервно засмеялась, – святой Сергей, не меньше. Кто из нас начал эту заваруху, или ты быстро предпочёл забыть про ту историю с твоей новой бабой? Знаешь, после гибели моих родителей, я не заметила, как ты заполнил собой всё моё пространство, я даже не поняла, насколько стала зависима от твоего мнения, лишаясь своего. Сейчас глаза открылись, и я многое осознала! Я стала для тебя удобной, мне некуда было пойти, не к кому обратиться. Думаю, ты стал изменять мне давным-давно, – по бегающему взгляду поняла, что попала в точку, – м-да…
Градус накалялся. Сергей вскочил и открыл было рот, чтобы что-то сказать, как дверь на кухню распахнулась, и внутрь вошла София Ивановна.
– Всё в порядке? – озабоченно уточнила она, оглядывая наши гневные лица.
– В полнейшем, мама, – сквозь зубы промычал Сергей.
Бывшая свекровь посмотрела на меня.
– Что у вас тут происходит?
«Почему бы не попробовать?» – промелькнуло в голове. Возможно, в присутствии матери бывший муж поведёт себя куда благоразумнее.
– Мне нужно получить разрешение вашего сына на вывоз детей, – сообщила ей.
София Ивановна глянула на сына.
– Ничего она от меня не получит! – гневно заорал он, – дети останутся дома и точка, а сама пусть убирается к своему любовнику!
Насколько низкий поступок – пытаться втоптать меня в грязь перед другим человеком.
– Не заставляй меня говорить это при твоей матери, – предупредила его.
– Серёж, – вздохнула София Ивановна, – она ведь не собирается навсегда увозить детей, ведь так?
– Она собирается переехать в Англию вместе с ними к своему новому хахалю, вот что, – прорычал он.
София Ивановна вопросительно посмотрела на меня.
Я просто кивнула, не став ничего отрицать.
Глаза женщины наполнились грустью. Разлука с внуками – большой удар для неё.
– Ну, а с другой стороны, Серёж, – сказала она после минутного молчания, – там у детей будет гораздо больше возможностей.
– Да мне всё равно, – перебил он мать.
Бывшая свекровь грустно вздохнула.
– Не думала, что воспитаю такого эгоиста. Когда же я умудрилась упустить этот момент?
До Сергея наконец-то дошло, что он явно перегнул палку.
– Прости, мам.
– Алина же не собирается увозить детей навсегда, – увидев мой кивок, она продолжила, – слава богу, самолёты летают. Какое-то время дети могут жить, к примеру, там, и в любой момент смогут прилететь сюда. Всегда можно договориться. А когда они вырастут, уже сами решат, где им комфортнее. Она не пытается лишить тебя детей, в первую очередь она думает и об их будущем тоже.
С этим аргументом было трудно поспорить.
– Зря ты думаешь, что Алина такая потрясающая и невинная, – неожиданно заявил он Софии Ивановне, а после, повернувшись ко мне, блеснул глазами, – поделишься с ней своими приключениями на Бермудах? Выжить она там пыталась, бедная несчастная…наверное, только и делала, что трахалась с этим жалким актёришкой, не так ли?
Находиться с этим человеком в одном помещении стало противно. Низко, подло…
– Сергей, да как ты можешь такое говорить, – ахнула пожилая женщина.
– Может, София Ивановна, – не сводя глаз с бывшего мужа, произнесла я, – он просто привык судить людей по себе. Пока, как он утверждает, я развлекалась на необитаемом острове, он изменял мне здесь направо и налево.
Лицо мужа перекосило от гнева. Кажется, я нащупала то самое «слабое место». Другого выбора он мне не оставил.
– Вы не знали? – повернулась я к замершей в ступоре женщине, – я думала, он хотя бы вам признался в истинной причине развода. Пока он вешал мне лапшу на уши о том, как сильно важна ему семья, сам в это время потрясающе проводил время с любовницей за завтраками на другом конце города.