Поцелуй под дождем

Муж потянулся ко мне, обнял, прижимаясь щекой к щеке.
– Ты справишься сразу с двумя? – спросил он, и я всхлипнула. От счастья, потому что рядом со мной был именно он – единственный, понимающий, чуткий. Тот самый.
Я кивнула и улыбнулась сквозь слёзы.
– Ну тогда поехали забирать нашу старшую дочь, – подытожил Егор, вызывая на дисплее карту навигатора.
* * *
Правда, усыновление ребёнка оказалось не таким простым делом и затянулось на несколько месяцев. К моему удивлению, нам помогла Зоя Максимовна. У неё был знакомый чиновник в ведомстве. Пара звонков, и процесс значительно ускорился.
За эти месяцы мы очень привязались к Наденьке, хотя и видели её всего несколько раз. Я отсчитывала дни, когда смогу забрать мою девочку навсегда.
И в конце июня мы уже ехали забирать нашу малышку.
Её успели перевезти в порховский детский дом, где когда-то оказались и мы с Любаней. Здание обветшало и словно уменьшилось в размерах. Но при виде этого места в груди у меня сдавило и захотелось как можно скорей забрать Надю и убраться отсюда подальше.
К счастью, почти все формальности были улажены. И всё, что нам оставалось, это подписать несколько документов. Час спустя мы уже ехали обратно. И только в машине я поняла, что меня трясёт после посещения этого места.
Как Люба могла оставить здесь свою дочь?
Егор свернул на обочину и заглушил мотор. Отстегнул ремень безопасности.
– Иди сюда, – позвал он, и я с радостью уткнулась ему в плечо. – Всё будет хорошо. Теперь всё будет хорошо.
И я ему поверила.
Дома в детской стояли две кроватки. Через месяц мы ждали вторую нашу девочку – Зою. Это имя предложила я, решив не нарушать семейную традицию Воиновых. Егор не сразу, но согласился.
А Зоя Максимовна, узнав, какое имя мы выбрали для её внучки, засветилась удовольствием. Пусть она пока мне не улыбалась, но уже помогала в домашних делах. Даже няню для Надюши нашла свекровь, и я была очень довольна её выбором.
В августе в город пришла жара. Родители Егора предложили перебраться в их дом на пару недель. Муж сомневался, но я его уговорила. Наши отношения со старшими Воиновыми медленно, но верно двигались в правильном направлении. Я даже надеялась, что вскоре смогу убедить Егора совсем отказаться от охраны. Всё равно никуда не хожу.
Афина постучала в комнату и сквозь дверь сообщила, что обед готов. Через десять минут нас ждут на террасе.
Я потянулась и прижалась к Егору, засовывая нос глубже ему под мышку.
– Если не хочешь, не пойдём, – муж погладил меня по волосам. – Поспишь ещё.
В последние дни я стала совсем неповоротливая, а ещё ленивая. Постоянно хотелось спать. Да и сейчас чувствовала себя разомлевшим тюленем на лежбище.
– Нет, – помотала головой, – так я совсем ходить разучусь.
– Нестрашно, – успокоил меня муж, – я могу носить тебя на руках.
Я улыбнулась этой перспективе и поднялась с кровати.
– Пойдём, есть хочу.
Мы начали неторопливо одеваться. Привычку спать днём завела я, а Егор с радостью ко мне присоединился. Он сейчас был в отпуске и проводил со мной и Надей всё время.
Установленный доктором срок родов минул неделю назад, и вся семья находилась в режиме боевой готовности. Кроме меня. Почему-то я была спокойной, как удав, который проглотил кого-то целиком и теперь довольно переваривает, лениво наблюдая за окружающим миром.
На террасу, где летом накрывали стол, мы с Егором вышли последними. Думаю, мы даже опоздали на пару минут, но теперь за это нас не ругали. И вообще, Зоя Максимовна стала не в пример терпеливее и мягче.
– Вот и мы, – улыбнулся ожидающим нас родителям Егор, протянул мне руку, чтобы помочь переступить через небольшой порожек.
Я вложила свои пальцы в его, готовясь сделать шаг, и вдруг почувствовала, как по ногам потекло что-то тёплое. Растерянно посмотрела вниз, а потом подняла взгляд и столкнулась с расширившимися глазами Зои Максимовны.
Ой, кажется, началось.
– Петя! – заорала свекровь так, что услышала её наверняка вся усадьба. – Быстро давай машину, наша девочка рожает.
    
Эпилог
Два года спустя
– Тсс, – муж приложил палец к губам, а потом показал глазами на кроватку. Всё понятно, девчонки только что уснули.
Егор укладывал детей, потому что у него сегодня был законный выходной, а вот меня незапланированно вызвали на работу. С тех пор как меня повысили, приходилось решать множество вопросов, о которых раньше я и не подозревала. Если бы не Зоя Максимовна и Илья Егорович, мы бы точно не справились. Даже с няней.
В прошлом году родители мужа предложили насовсем переехать в их большой дом. И мы с Егором упирались совсем недолго. Зоя Максимовна, отбросив свою королевскую спесь, оказалась отличной бабушкой. Девчонки вили из неё верёвки. А она открыла для себя, что любовь воспитывает детей гораздо лучше, чем строгость и наказания.
Илья Егорович вышел на пенсию и попытался свыкнуться со спокойной жизнью, но ему не позволили. Через пару месяцев вызвали обратно в министерство, теперь уже в должности штатного консультанта. Всё-таки положительный тридцатилетний опыт в политике оказался востребован государством.
Макса осудили на двенадцать лет за непредумышленное убийство и отправили в колонию-поселение недалеко от границы с Казахстаном. Зоя Максимовна ездила к нему пару месяцев назад и до сих пор не пришла в себя.
Она очень изменилась за эти два года. Не могу сказать, что свекровь заменила мне мать, но наши отношения значительно потеплели.
Во многом благодаря нашим девочкам.
Я вдохнула особый запах детской, подошла на цыпочках к мужу и, поцеловав его, заглянула в кроватку. Вторая сиротливо стояла в углу. Малявки всегда спали вместе и устраивали концерты, если их хотели разделить. Вот и сейчас Зоя собственнически обняла Надюшку своей пухлой ручкой.
Мои сладкие малышки.
Я почувствовала, как муж обнимает меня крепче, и подняла лицо для поцелуя.
– Надо переодеться, – прошептала ему, – родители уже ждут.
– Угу, – откликнулся Егор, так и не двигаясь с места. Он, как и я, мог часами смотреть на спящих девчонок. Да и свекровь частенько была замечена в детской, склонившейся над кроваткой.
– Идём, – потянула Егора из комнаты. Продолжила уже в коридоре: – Иди к родителям, а я быстро переоденусь и спущусь.
Звонок застал меня в ванной. Чертыхаясь, я бросилась к трубке. Неужели на работе ещё что-то случилось, и мне придется ехать обратно? Нет, они не могут меня заставить продинамить день рождения мужа! Не позволю!