"Фантастика 2025-173". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)
Одна из девиц, та что в розовой блузке (кажется, Светка), восторженно ахнула:
— Боже, вы правда на «ты» с самим виконтом Страховым?
— Разумеется, — Макс снисходительно улыбнулся, — Мы из одного круга, понимаешь?
Вторая девица (наверное, всё-таки Машка) захлопала ресницами и прижалась к его руке:
— Максим, а правда, что тебе разрешают пользоваться личным тренировочным залом для элиты? Тем самым, с золотыми барельефами?
— Бывает, захожу размяться, — он небрежно положил руку ей на талию, опуская чуть ниже с каждым шагом, — Ничего особенного. Просто там… спаринг-партнеры получше.
Обе девицы захихикали, переглядываясь с видом заговорщиц. Та, чью талию (а теперь уже и пониже) обнимал Макс, чуть отстранилась. Ровно настолько, чтобы создать иллюзию недоступности, но не настолько, чтобы он убрал руку.
— А ещё говорят, — вторая девица таинственно понизила голос, — что ты дружишь с Семёном Ветровым. Это правда?
Макс споткнулся на ровном месте.
— С кем?
— С Ветровым, — повторила девица, — Ну, с этим, с алхимического.
— Ага-ага! — первая девица энергично закивала, — Говорят, вы с ним вдвоем половину боевого факультета на тренировке уложили!
Макс остановился. В его голове происходила мучительная перезагрузка, словно у дешёвого процессора, пытающегося запустить новейшую игру.
— Ветров? Тот самый плебей со второго курса? — его лицо исказилось от гримасы, — Да с чего вы взяли, что мы…
— Ой, так это правда! — восторженно воскликнула первая девица, хлопая в ладоши, — Я так и знала! Говорят, вы с ним такое боевое слаживание показали на межфакультетском турнире, что сам Твердохлёбов аплодировал стоя!
— Какой ещё, к дьяволу, тур…
— Познакомь нас с ним! — вторая девица схватила его за рукав рубашки, не обращая внимания на перекосившееся лицо Макса, — Ветров такая загадка! Он постоянно исчезает, его невозможно поймать даже в столовой! А после того случая с дуэлью…
У Макса начало предательски дёргаться веко. Пульсирующая вена на виске грозила вот-вот отделится от кожи.
— Вы что… серьёзно думаете, что я… что этот плебей… что мы с ним…
— А что такого? — невинно хлопнула ресницами первая, — Все знают, что вы с ним лучшие друзья. Вечно вместе тренируетесь… А ещё говорят, что он тебя однажды спас от какого-то страшного проклятия!
— ЧТООО?!. — взревел Макс, окончательно выходя из образа аристократического соблазнителя, — ДА Я ЭТОГО…
Но прежде чем его гневная тирада достигла финальной точки, что-то странное привлекло внимание всей компании. С раскидистого дуба неподалёку от дорожки раздавалось тихое поскрипывание, словно кто-то качался на невидимых качелях.
— Эй, — прошептала одна из девиц, побледнев, — там… там что-то висит…
Макс прищурился, вглядываясь в густую листву, и в следующую секунду его колени едва не подогнулись от ужаса.
С нижней ветви дерева, вниз головой, свисало голое по пояс человеческое тело. Запястья и лодыжки были туго перевязаны чёрными кожаными ремнями, а всю спину, плечи и грудь покрывали тонкие красные полосы от ударов кнута. Но самым страшным было лицо — перевёрнутое, с блаженной улыбкой и остекленевшим взглядом.
Макс узнал его мгновенно.
— Тимур⁈ — выдавил он, отступая на шаг, — Тима?
Висящее тело медленно повернулось на скрипящем ремне. Тимур улыбнулся ещё шире, демонстрируя неестественно белые зубы.
— П-привет, Макс, — произнёс он странно растянутым голосом, словно говорил под водой, — Какая… встреча… Передай Борису… пусть никогда… НИКОГДА… — его глаза внезапно расширились, зрачки сузились до точек, — не трогает алхимика… иначе мы все… превратимся… в горшочки…
От Тимура исходил резкий запах антисептика, смешанный с чем-то сладковатым, напоминающим аромат экзотических цветов.
— Господин Кайлов… вы в порядке? — пискнула одна из девиц, прячась за плечом Макса.
— Может, его надо снять оттуда? — предложила вторая, прячась за вторым плечом.
— Госпожа сказала… три часа висеть… — радостно сообщил Тимур, раскачиваясь на ремне, — Для… лучшего кровообращения… в мозгу… — он хихикнул, и этот звук был настолько не похож на обычный смех надменного Кайлова, что у Макса волосы встали дыбом, — Она… переделала… меня… АБСОЛЮТНО… переделала…
— Г-госпожа? — прошептал Макс, чувствуя, как внутри что-то сжимается от ужаса.
— О да! — глаза Тимура закатились, показывая белки, — Госпожа… милая… строгая… у неё много… плёток… и она очень… ОЧЕНЬ… не любит, когда трогают… её… её… Господина…
Кончики пальцев Тимура начали странно подёргиваться, словно он перебирал невидимые струны.
— Рогов… беги… — внезапно произнёс Тимур совсем другим голосом, на миг становясь похожим на себя прежнего, — Беги, Она… смотрит на тебя прямо сейчас…
И тут Тимур начал хохотать — громко, надрывно, совершенно безумно. Его тело раскачивалось всё сильнее, а из-за перевёрнутого положения кровь прилила к лицу.
Что-то в этом зрелище окончательно сломало тонкий барьер мужественности в душе Макса Рогова. Он издал пронзительный визг, и рванул прочь по дорожке, сметая кусты и мелкие деревца.
Он утараканил в считанные секунды, словно за ним гнался демонический Семен Ветров с гигантской мухобойкой. За его спиной остались две ошеломлённые девицы и хохочущий, раскачивающийся на ремне Тимур Кайлов.
— Передай… Бориске-Барбариске… — крикнул Тимур вслед убегающему Рогову, — что скоро… его очередь… на процедуры… У Госпожи… ОСОБЫЙ… интерес… к роду Страховых!
Его хохот эхом разносился по всей академии, заставляя птиц взлетать с деревьев, а студентов в панике оглядываться по сторонам.
Девицы переглянулись и, не сговариваясь, рванули следом за Максом, визжа не хуже него.
— А вы куда⁈ — крикнул им вслед Тимур, продолжая раскачиваться, — Я только хотел спросить… не поможете ли… затянуть ремни? Они немного… ослабли…
Но девушек уже и след простыл. Тимур вздохнул, насколько это было возможно в его перевёрнутом положении, и философски заметил в пустоту:
— Никто не ценит… правильного… кровообращения… Госпожа будет… недовольна… если я свалюсь раньше времени…
Где-то вдалеке продолжали звучать затихающие вопли Макса Рогова. Ему ещё предстояло объяснить однокурсникам, почему он ворвался на лекцию с мокрыми штанами и воплем: «ОНА ИДЁТ ЗА НАМИ!»
* * *Столовая Академии в обеденное время гудела как растревоженный улей, в который кто-то ради шутки бросил петарду и стакан энергетика. Привычный запах подгоревшей каши и тоски сменился чем-то совершенно невообразимым — ароматом свежей выпечки, пряностей и, кажется, даже трюфелей.
Мы с Кирой сидели за столиком в углу. Я тыкал вилкой в неопознанное блюдо на тарелке с таким выражением лица, будто оно в любой момент могло ожить и укусить меня за нос.
— Что это? — я задумчиво поковырял вилкой нечто коричневое и пористое, — Оно выглядит… съедобным? Это точно из нашей столовой? Пахнет вкусно…
— Конечно, — Кира улыбнулась, элегантно отрезая кусочек от своей порции, — Ты что, совсем не в курсе?
— В курсе чего? Я что-то пропустил? — я непонимающе уставился на неё, — Столовую купил какой-то миллиардер с кулинарным комплексом Наполеона?
Кира изумлённо покачала головой, её зелёные глаза расширились от удивления.
— Сеня, ты совсем заучился! Вчера полгорода на ушах стояло, мэр прятался в бункере, полиция носилась с мигалками как в последний день перед концом света, а ты ничего не заметил?
Я нервно улыбнулся, старательно изображая неведение:
— Э-э-э… был занят. Зубрил реакции. Соколов грозился на тесте спрашивать номера страниц по памяти.
В этот момент мимо нашего стола с восторженным улюлюканьем пронеслись двое студентов, бренчащие подносами. Они обсуждали меню так громко, будто пытались перекричать стадион.
— Ты пробовал эту индейку в апельсиновом соусе? — кричал один, — Клянусь Яйцами Первых Архимагов, я чуть не заплакал от счастья! Неужели повара наконец смогли перенастроить те молекулярные устройства?