"Фантастика 2025-173". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)

Я молча кивнула. Первородный мир: пустыня, храм, поверженная тьма. Вот что тогда случилось со вторым Вестником…
– Выжившие вемы не стали ждать, пока за ними снова явятся, – Соня закинула в рот оливку, задумчиво пожевала и пододвинула к себе всю банку. – Проникли в самый глубокий слой Лектума, бросили ненужные уже тела помирать в реальности и остались в Потоке на правах энергетических сущностей. Отгородились в нижней половине, создали себе мирок со всеми удобствами. Пять тысяч лет там квартируют. Хапают энергию вемов с помощью ловушки, чтобы поддерживать границу. Периодически предотвращают нападения тьмы. Такой расклад.
  
Ах, вот как это называется. Предотвращают нападения! Выслеживают и убивают Вестников до того, как те вышвырнут их из захваченного Потока.
– Какие милые… – осторожно высказалась я.
– Те еще сволочи, – отмахнулась Соня, и меня отпустило. – Один другого пакостнее. Выше только звезды, круче только яйца. Мы для них так, батарейки…
– Как тебе удалось вернуться?..
– Тео отправил. Баш на баш. Я ему тут кое с чем помогаю, он меня отпускает.
– С чем помогаешь? – застыла я, отчаянно пытаясь задушить в себе панику. Может, таким образом они веками и добираются до Вестников в реальности?
– Да так… Покер в звездном домике. Кто-то из четырех крокодилов шулер, и мне надо выяснить кто именно.
Не похоже, чтобы дело касалось Артема. Пока не похоже.
– Ты ведь уже здесь. Пошли этого Тео в… Поток поглубже! Вместе с его интригами.
– Не прокатит, – покачала головой Соня. – Он меня легко выдернет отсюда в любой момент. При входе в портал зацепил основательно, моей энергии у него полно. Получит, что хочет, – отпустит.
То есть она фактически в заложниках. И не факт, что этот Тео сдержит слово. К тому же влезать в чьи-то разборки всегда чревато – может прилететь с любой стороны. Я обхватила чашку ладонями, тщетно пытаясь согреться, и прошептала:
– Ты ему веришь?
– Лейка… – укоризненно протянула Соня и, обняв меня обеими руками, крепко прижала к себе. От нее пахло оливками и лавандовым шампунем. – Вообще-то я вижу ложь, и их в том числе. До сих пор не врал. А потом… На фига им там лишний квартирант. Насчет сожрать – хотели бы, давно слопали.
– Я могу чем-нибудь помочь?
– Нет! – Она убрала руки и выпрямилась. – Да и дело пустяковое – проверить несколько миров в верхнем Потоке, сдать ему имя. Большего сказать не могу. Сейчас не могу.
Соня справится. Если кто и способен выпутаться из подобной истории – то только она. Главное, не мешать. Долгожители не знают о моей связи с Вестником и считают случайным интерес Хранителя, иначе бы дали Соне совсем другое поручение. Лишь бы сама она не нарыла нечаянно чего-нибудь, что откроет им глаза.
Передо мной появилась тарелка с аппетитной абстракцией: сливочно-желтые сырные шарики, ярко-красные помидорки, зеленые оливки. Выглядело потрясающе, пахло так же. Я стащила один шарик, потом второй, и не заметила, как съела абсолютно все, вместе с оливками и черри. Соня копалась в пакете с конфетами, на столе шуршала целая стайка бабочек, скрученных из оберток. Ни сомнений, ни суеты. Лишь умиротворяющее молчание и шелест цветных бумажек. Упорно не верилось, что мы сидим здесь, вместе. Разговариваем. И не о неправильно раскрашенных тиграх или пропавших с потолка звездах…
– А чего ты в бабушкиной квартире отсиживаешься? – неожиданно спросила Соня, разворачивая очередную конфету. – Опять с Пашей поцапались?
Скатерть слилась в сплошное цветастое пятно. Я сморгнула его и тихо ответила:
– Мы расстались.
– Как? Когда?.. – ошеломленно пробормотала она, выронив конфету в горстку мгновенно разлетевшихся бабочек.
– Четыре года назад. Как только он после вашего путешествия за границу очнулся.
Соня помолчала, а потом расплылась в медленной, отстраненной улыбке и рассмеялась. Взахлеб. Черт! Зачем я про четыре года упомянула… Только нервного срыва сейчас не хватало!
– Хорошо, что не сорок четыре, – сквозь смех простонала Соня, вытирая слезы. – А то бы очнулась, посмотрела в зеркало, а там седая обезьяна. С бородавкой на носу…
– Откуда бородавка-то?..
– Да кто поймет этих обезьян!
Я невольно улыбнулась. Она поковырялась в конфетах и разочарованно выпятила губу. Наверное, все вкусные уже слопала.
– А что еще есть? – вскочила и распахнула холодильник. Мгновение спустя в ее руках звякнули бутылки. – Лейка! Ну как можно было превращать закуску в еду?
– Легко. И я это пить не буду, даже не проси.
В итоге вишневое недоразумение мне все-таки всучили. Сопротивляться не было сил, от избытка событий последних дней звенело в ушах. Я сдалась. Пузырьки в голове, постепенно отпускающее напряжение. Уютное гудение холодильника, пустые контейнеры и пакеты на столе.
Потом мы сидели в комнате. Я на диване, Соня на ковре, подложив под спину диванную подушку и пристроив голову мне на колени. На стуле сохло полотенце, я перебирала пальцами влажные светлые пряди. Фены она ненавидит. Их шум напоминает ей о той аварии. Машина на огромной скорости врезалась в столб, родители мгновенно погибли, а Соню два часа вырезали из машины. Все это время она была в сознании.
В телевизоре беззвучно мелькали картинки, я рассказывала обо всем подряд – нейтральном и не имеющем к нам никакого отношения. Об успевших выйти фильмах, о новом торговом центре, об ужасно неудобных сенсорных телефонах. Соня слушала, прикрыв глаза, лениво посмеивалась над моей любовью к технике. Выглядела усталой. Неудивительно, если вспомнить о двух ночах ее кружения по городу.
– Тебе бы отдохнуть, – предложила я.
– Нет, – Соня выпрямилась и решительно вскочила на ноги. – Пойдем, прогуляемся. Не хочу сидеть взаперти, понимаешь?
Понимаю. Четыре года с этими крокодилами, постоянной борьбой за жизнь и невозможностью сбежать. Зачем она туда пошла, почему не вернулась вместе с Пашей?
С кресла надрывно заорал телефон. Соня подпрыгнула, я метнулась и сбросила звонок. Ну, Влад! Что за привычка таскать мобильный в заднем кармане джинсов?! Два треснутых экрана ничему не научили, теперь и вовсе выронил.
– Это моего друга телефон, – объяснила я.
– У тебя есть друг? – оживилась Соня. – М-м-м… Друг или дру-у-уг? А я-то думаю, что за пьяная фея залетала в твой холодильник.
– Ему двадцать три, – осадила я ее.
– И что? – хмыкнула она. – А, ну да. Теперь он для нас вроде как мелкий?
Я смущенно пожала плечами, Соня хихикнула, кинулась к сумке и выудила плащ.
– Что стоишь? Собирайся! Отвезем телефон ребенку. Небось, плачет, думает, что потерял!
– Не удивлюсь, если он не заметил пропажи, – буркнула я и взглянула на часы. Стрелка под крышей декоративной избушки подбиралась к десяти. – К тому же Влад сейчас на работе.
– Тем более! Я так давно мечтала побывать в… – Соня вопросительно посмотрела на меня. – Где трудится наш молодой друг?
– В дизайнерской студии.
– Вот! Я так давно мечтала побывать именно в дизайнерской студии.
Соня решительно затянула пояс плаща и вышла из комнаты.
– Надо будет отвезти пальто в клинику, отдать хозяйке, – сдалась я.
– Откуда сапожки – не скажу! – донеслось из коридора. – Они мне самой нравятся. А тебе дай волю, все имущество разбазаришь!
– Соня, почему граница нам тогда открылась? – выпалила я, почему-то ужасно боясь услышать ответ.
Она появилась на пороге в одном сапоге, второй держала в руках. Помолчала и серьезно произнесла:
– Я расскажу тебе… потом. Все расскажу. Когда буду полностью свободна. Ладно?
В такси Соня прилипла к окну и рисовала что-то на стекле, расслабленно улыбаясь. Это было так привычно, так естественно. Неужели она пропадала из моей жизни на столько лет? Сейчас уже и не верится.
  
Но, чем ближе становилось многоэтажное офисное здание, тем сильнее меня охватывал страх. Надо признать – я изменилась за эти годы, особенно за последний. Сони не было рядом, она не знает. А ведь столько всего произошло… У меня теперь есть Артем, Влад, Кира, диафильмы по выходным, ночные прогулки по торговым центрам, секретные пароли на случай похищения, в том числе инопланетянами. То, чего раньше и в помине не было. А еще спасение Вестника, секреты с Хранителем и намерение стереть с лица земли гадов из нижнего Потока, от которых у нее таинственное задание. Как ни крути – откровенный разговор светит нам нескоро…