"Фантастика 2025-173". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)

– И что именно она исследовала?
– То, что находится за границей. И первородный мир.
Воздух потяжелел, внутри заворочалось предчувствие беды.
– У Илзе была теория, – Анита сделала паузу и провела пальцем по столу, рисуя причудливую фигуру, – насчет тьмы. Что ни одна энергия такой силы не берется ниоткуда и не исчезает. Она до сих пор должна быть где-то в Потоке.
Значит, существует настоящая тьма… Реальнее той, из первородного мира. И я догадываюсь, где она может быть. Все померкло: цвета, запахи, звуки. Сковал пронизывающий холод, по спине пробежала нервная дрожь. Казалось, я снова там, в пещере, наедине с жадным черным месивом, по капле вытягивающим жизнь. Только на этот раз помощи ждать неоткуда. Анита тронула меня за плечо. Наваждение рассеялось, а дрожь осталась.
  
– Ясно, – бесцветно произнесла я и отпила из чашки. Чай показался обжигающе горячим и совсем безвкусным. – Интересная теория.
– Нам известно об этом мало, – она сковырнула с печенья орешек и отстранилась, задвинув его на дно тарелки. – Зачем-то Поток поделили на две части и поставили границу. По сути, ты единственная, кто знает того, у кого могут быть ответы на эти вопросы.
Вот как… Возможно. Только Хранитель на них крайне скуп. А если и расщедрится, боюсь представить, какую цену запросит. Оно мне надо?
На плите остывал чайник, сквозняк играл занавеской. Феликс искоса смотрел в мою сторону, словно наблюдая за реакцией. Дым кольцами улетал на улицу, растворяясь в растущих под окном кустах.
– Не спрашивала его, – призналась я честно. Все равно врать не умею. – И другим не советую. Он уже куче людей сердечные приступы устроил.
Взгляд Феликса стал острым и холодным, как тысячи ледяных иголок. Резко захлопнулось окно, загашенная сигарета прицельно приземлилась в мусорное ведро. Он развернулся и вышел с кухни.
Что я такого сказала?
– Ешь пирог, он вкусный! – Анита пододвинула тарелку.
Я уставилась на пирог. Вдох, выдох, тщетная попытка нащупать сбежавший аппетит. Анита забарабанила ногтями по столу и обронила:
– Не волнуйся. Мы вычислили тех, кто балуется с клиниками. Осталось разобраться, кто их покрывает. Несколько дней, и вернешься домой.
Со сроками хоть что-то определилось. Неплохо бы прояснить еще один вопрос.
– Ты ведь мой куратор?
– А, ну да… – беспечно отмахнулась она, качнувшись на табурете. – Пей чай.
Я отпила из чашки и через силу затолкала в себя кусок пирога. Оказался довольно вкусным. Интересно, у Феликса есть подопечные? Как им живется? Они еще не повесились? Любопытство разыгралось настолько, что я не удержалась:
– Он тоже чей-то куратор?
– Феликс? – с легким изумлением отозвалась Анита и усмехнулась. Можно было подумать, что я спросила что-то забавное. – Нет, ничей. Он… не куратор. Ой, не бери в голову. Это все формальности. Я с самого начала против того, чтобы навязывать тебе всякие правила и обязательства. В твоем случае они лишние.
Настала моя очередь удивляться.
– Почему?
– Лера… – Анита устало улыбнулась и намотала на палец фиолетовую прядь волос. – Я много видела. Больше, чем хотелось бы. Я уверена, что ты никому ничего плохого не сделаешь.
Неожиданно… Я кивнула в ответ, переваривая услышанное, и сосредоточилась на печенье. В общем-то, должности в Совете для меня загадка. А Феликса логично подальше от людей держать. Целее будут. Я допила чай и больше вопросов задавать не стала, особенно про него. Они определенно друзья, а я Аните кто? Максимум ей симпатична. Вот и не стоит этим злоупотреблять.
Следующий час я провела на качелях во дворе, разглядывая пестрые клумбы и боясь озвучить себе до боли очевидный вывод. Голова пухла от мыслей, и все были безрадостными. Как я сама не догадалась? Жуткая лужа из первородного мира – лишь воспоминание, часть скопированной реальности. Энергия, которой необходим источник, а он у нас один. Илзе права: тьма родом из Потока. Много веков назад, в той пещере, кому-то удалось ее победить. Но она не могла исчезнуть без следа, как и появиться ниоткуда…
Поток – вечный круговорот энергии. И раз мы до сих пор не столкнулись с этой смертоносной штукой, значит, она за границей, в нижнем Потоке. Что если воронка удерживает темную энергию, и нижние миры представляют собой подобие тюрьмы? Вероятно, его деление банально – на свет и тьму, жизнь и смерть. Только граница двигается, причем благодаря Вестникам. Что будет, когда ее не станет? Тьма вырвется на свободу и уничтожит все живое?
Накатывал липкий страх, под платье забирался холод. Не спасало ни палящее солнце, ни найденный под качелями плед, ни размеренное дыхание с повторением единственной спасительной фразы, которая снова и снова эхом уходила в глубину сознания – «Уже ничего не исправишь».
…комки бумаг на ковре, тарелка с кусочками фруктов, выложенными в виде пальмы. Огрызки карандашей и мусор из точилки. Жуткий бардак. Но сейчас он беспокоит меньше всего. Соня отправляет в рот дольку киви, переворачивается на спину и выставляет перед собой исчерканный ручкой лист. Кривые линии извиваются, образуя не то спираль, не то воронку с замочной скважиной посередине.
– Это полная ерунда, – комментирую я с дивана.
– Это путь, – поправляет Соня, – к чему-то. И оно находится за границей. Я хочу знать, что там.
– Зачем?
– Что зачем? – переспрашивает она удивленно.
– Зачем знать?
Вопрос подвисает в воздухе и растворяется, возвращаясь дымкой ее недоумения. Соня приподнимается на локтях. Смотрит прямо и уверенно, даже увереннее, чем обычно, и говорит:
– В нижнем Потоке что-то прячут. Важное.
– Ага, и внутрь пропускает лишь достойных. Я помню. Хватит фантазировать.
– Уговорила, – фыркает она. Сминает лист в тугой шарик и бросает в меня. Привычно ловлю его на подлете. – Если и узнаю наверняка, то тебе не скажу.
Бумажный снаряд летит обратно, Соня со смехом откатывается в сторону. Тот падает – в кучу других таких же шариков…
В кармане коротко тренькнул телефон, перед глазами снова оказались клумбы с пахучими цветами. Пришло новое письмо. От Паши. В сознание безжалостно впечаталась каждая строчка: «Мария добаловалась с ловушкой, из-за этого и вляпалась. Нашла способ выбираться из нее и других выводить. Как именно – выясняем. Ловушка в глубоком Лектуме. Будь осторожнее».
Очень похоже на правду. В том ослепительно белом пространстве Хранитель за мгновения создал целый замок. В ловушке тоже досконально воспроизводят обстановку, причем берут ее из нашей головы. К счастью, в мелких деталях неизменно прокалываются. Только это и спасает, позволяя вовремя сбежать. Никогда не проводила параллель между подделкой реальности в ловушке и рисованием в Лектуме. Если Лектум – верхний слой Потока, позволяющий людям видеть сны, то что такое глубокий Лектум? И для чего он?
Я бессмысленно качнулась на качелях, набрала: «Спасибо. Держи меня в курсе». Получив через минуту сдержанное: «Ок», спрыгнула на траву и отправилась искать Феликса. Все равно уже прочитал. Правда, вряд ли понял, о чем шла речь.
Они были в гостиной – Анита стучала по клавишам ноутбука в кресле, Феликс стоял за ее спиной, неотрывно глядя в экран и время от времени бросал короткие фразы, казавшиеся абракадаброй с вкраплением знакомых слов. Явно славянский язык. Я остановилась в дверях. Половицы запоздало скрипнули, оба повернулись ко мне – мгновенно и почти синхронно.
– Если бы ловушка в Потоке перестала представлять угрозу, – поинтересовалась я, – как бы в Совете отреагировали?
  
– Некоторые – не очень радостно, – подтвердила Анита мою догадку. Феликс молча оперся о спинку кресла, сохранив привычное равнодушие. – Было уже много попыток научиться избегать ловушки и помочь тем, кто в нее попал. Им никогда не мешали.
– В Мадриде считают, что Мария добилась успеха.