Новый горизонт (СИ)

— Можете отдыхать, господин Фаберже.
При том что я выполнил задания сложнее, чем все предыдущие кандидаты. Предвзятость была очевидна.
Но я прошёл. Это главное.
Я отошёл к стене, вытирая пот со лба. Другие кандидаты смотрели на меня с уважением — они видели, какие задания мне давали.
Соколов посмотрел в список:
— Следующий…
Прошло ещё три кандидата. Надменный парень провалился полностью — не смог удержать контроль над огнём, создал опасную вспышку. Его немедленно отстранили и вывели из зала.
  
Ещё двое прошли с трудом — минимальные оценки, много замечаний от комиссии.
— Следующий, — Соколов посмотрел в список, — барон Эдуард фон Майдель.
Майдель вышел в центр зала. Держался уверенно, спина прямая, подбородок высоко. Даже слишком уверенно — в этой надменности читалась попытка скрыть нервозность.
— Барон, — начал Соколов, — ваши стихии — огонь и воздух. Начнём с огня. Создайте огненное копьё и метните в цель.
На противоположной стене появилась мишень.
Майдель вытянул руку. Пламя сформировалось в длинное копьё — стабильное, яркое. Он метнул.
Копьё пронзило центр мишени.
— Хорошо, — кивнул Соколов. — Воздух. Создайте воздушный щит и выдержите атаку.
Один из экзаменаторов встал, поднял руки. Майдель создал перед собой полупрозрачную завесу из сжатого воздуха.
Экзаменатор метнул три магических снаряда — светящиеся сферы энергии. Щит устоял, рассеивая удары.
— Удовлетворительно, — сказал Соколов. — Теперь комбинация. Создайте огненный вихрь контролируемой мощности. Диаметр — два метра, высота — четыре метра. Удерживайте тридцать секунд.
Сложное задание. Объединить огонь и воздух в единую вращающуюся конструкцию — это требовало постоянной балансировки двух стихий.
Майдель кивнул. Вытянул руки, начиная формировать магию.
Сначала воздух. Вихрь начал закручиваться — медленно, набирая скорость. Два метра в диаметре у основания, поднимаясь конусом.
Потом огонь. Пламя вспыхнуло внутри вихря, закручиваясь по спирали. Красно-оранжевый столб огня вращался, набирая силу.
Выглядело впечатляюще, но я заметил проблему.
Огонь усиливался слишком быстро. Вихрь ускорялся, выходя за пределы заданных параметров. Майдель пытался сдержать, но стихии не слушались.
— Стабилизируйте конструкцию! — крикнул Соколов, тоже заметив неладное.
Майдель напрягся, пытаясь взять под контроль. Но вместо стабилизации только усугубил ситуацию.
Огонь взорвался ярче. Вихрь завертелся быстрее. Температура в центре подскочила — я чувствовал жар даже на расстоянии.
И тут началось схлопывание.
Вихрь начал втягивать окружающий воздух, создавая вакуумный эффект. Майдель пытался разорвать связь с магией, но не мог — стихии держали его, как магнит удерживает железо.
Барона начало затягивать к центру вихря.
Температура там уже перевалила за полторы тысячи градусов. Контакт с таким жаром означал мгновенные ожоги третьей степени. Или хуже. Гораздо, гораздо хуже…
— Прекратите! — заорал Соколов, вскакивая.
Но вихрь уже было не остановить.
  
Глава 18
 
Остальные экзаменаторы тоже вскочили, но они были на трибуне — слишком далеко, чтобы успеть.
Я не думал. Просто действовал. Рванул вперёд, ударил ладонью в пол.
Земля откликнулась мгновенно. Каменная стена выросла между Майделем и вихрем — толстая, прочная, перекрывающая прямую линию.
Одновременно я схватил воздух вокруг вихря, разорвал его структуру. Спираль распалась на хаотичные потоки.
Огонь остался без основы. Я перенаправил энергию вверх, к потолку, где защитные барьеры могли её безопасно поглотить.
Вихрь коллапсировал за секунду. Пламя погасло. Осталось только тепло и запах гари.
Майдель упал на колени, тяжело дыша. Руки были красными — ожоги, но не критичные. Я стоял рядом, готовый вмешаться снова, если понадобится. Но страшное было позади.
Экзаменаторы прибежали через несколько секунд.
— Что произошло⁈ — Соколов склонился над Майделем. — Ваше благородие, вы в порядке?
Майдель кивнул, не в силах говорить. Глаза были широко раскрыты, лицо побледнело от шока.
— Вызовите лекаря! — приказал Соколов одному из помощников.
Через минуту в зал вбежал дежурный лекарь — мужчина средних лет с седой бородой. Он опустился на колени рядом с Майделем, начал осмотр.
Проверил руки, пульс, зрачки. Провёл ладонью над грудью барона, тестируя внутренние повреждения.
— Ожоги второй степени на обеих руках, — констатировал он. — Ничего смертельного, но болезненно.
Он посмотрел на меня:
— Без вашего вмешательства, господин Фаберже, было бы намного хуже. Наверняка летальный исход…
Майдель медленно повернул голову, посмотрел на меня.
В его взгляде была сложная смесь эмоций. Благодарность — очевидная. Унижение — тоже. Злость на себя за провал. И осознание долга жизни.
Соколов выпрямился, посмотрел на барона строго:
— Барон фон Майдель, экзамен провален. Вы продемонстрировали недостаточный контроль над стихиями. Более того — создали опасную ситуацию, угрожающую не только вам, но и окружающим. Боюсь, вы будете отстранены от сдачи экзаменов на шесть месяцев. Господин Фаберже, — экзаменатор повернулся ко мне, — пожалуйста, проводите его благородие на скамью для отдыхающих. Мы должны завершить экзамен.
Майдель кивнул, опустив голову. Говорить он не мог — то ли от боли, то ли от стыда. Я протянул руку бывшему врагу, помогая подняться. Он взялся за неё — осторожно, из-за ожогов — и встал на ноги.
Я отвёл его к скамье у стены. Майдель опустился, облокотившись спиной о холодный камень. Лекарь начал тут же обрабатывать ожоги мазью, накладывать повязки.
Мы долго молчали. Наконец барон с трудом выдавил:
— Я… в долгу перед вами, господин Фаберже.
Я покачал головой:
— Не стоит благодарностей. Любой бы поступил так же.
Майдель посмотрел на меня тяжёлым взглядом.
— Нет. Не любой. Особенно после… После того, как я вызвал вас на дуэль.
Я промолчал. Что тут скажешь?
Майдель продолжил, с трудом подбирая слова:
— Вы спасли жизнь человеку, который вызывал вас на поединок. Который… желал вам зла.
Я пожал плечами.
— Потому что это было правильно. Смерти я вам никогда не желал.
Майдель закрыл глаза, откинув голову назад.
— За мной теперь долг жизни, — пробормотал он. — По правилам моего сословия — я у вас в долгу. Навсегда. Или до тех пор, пока вы не сочтёте мой долг выполненным.
Экзамен продолжался. Соколов вызывал следующих кандидатов. Но атмосфера в зале изменилась, все стали осторожнее, внимательнее. Инцидент с Майделем напомнил всем, что магия — не игрушка.
А я сидел рядом с бароном, которого спас. И который теперь считал себя мне должным.
Пусть и прошло полторы сотни лет, пусть времена изменились, но аристократия крепко держалась за свои правила, традиции и кодекс чести. Долг жизни был самым тяжёлым испытанием для аристократа, особенно если он задолжал не себе подобному, а человеку низшего сословия.
Благородные старались всеми силами сбросить этот груз. Чаще всего откупались — деньгами, дворцами, автомобилями. Эдуард фон Майдель оказался в неприятной ситуации. Мало того что завалил экзамен, так ещё и сделал свою семью моим должником. Иронично, учитывая предысторию нашего с ним знакомства.
* * *
Экзамен завершился, и теперь наша группа сидела в коридоре, ожидая результатов. Время тянулось медленно, кофейный автомат не работал, люди вокруг нервничали.
Майдель ушёл сразу после инцидента. Ему не нужно было ждать результатов — его экзамен завершился провалом и спасением.
  
Я откинулся на спинку деревянной скамьи, анализируя свою работу.
В теоретической части я не сомневался — всё расписал подробно и точно. А вот практическая часть во многом зависела от мнения комиссии.
Земля — отлично. Все задания выполнены безупречно, даже те дополнительные, которыми придирчивый экзаменатор пытался меня завалить.