Родной. Чужой. Любимый
Он уже собирался спросить, куда Флоранс предпочитает отправиться – к нему домой или к ней, как девушка попросила сама, поглядывая на него из-под ресниц:
– Проводи меня домой.
Значит, к ней.
Что ж, Артём был готов к обоим вариантам. Необходимая защита ждала своего часа в кармане брюк.
У ворот особняка, где так неудачно прошёл семейный обед, Флоранс остановилась и приложила ключ к кодовому замку. Артём распахнул створку, по-джентльменски позволяя ей пройти первой и собираясь двинуться следом. Но уже в проёме француженка вдруг остановилась, перегораживая проход, и обернулась к нему.
Её глаза лукаво блеснули в обманчиво ярком свете фонарей.
– Оревуар, спокойной ночи, – сладко пропела она и нежно коснулась губами щеки Артёма.
Он замер, от неожиданности не сумел даже произнести слова прощания. Так и смотрел, как лукавая француженка скрылась во тьме подъездной дорожки. Дверь закрылась с ехидным щелчком. А Тёма усмехнулся – хороша чертовка. И ведь так хитро его провела. Повёлся как первокурсник.
Он захохотал и двинулся прочь от ворот.
Придётся возвращаться домой и под душем решать свою проблему с полной боевой готовностью.
Нет, ну как она его провела!
Артём знал многих женщин и уже давно не ошибался, разбирая тайные сигналы тела.
Флоранс хотела его и явно намекала на секс.
Ну что ж, он наберётся терпения. Эту крепость Тёма завоюет, совершенно точно. Пусть и несколько позже, чем планировал.
Он снова усмехнулся, вспоминая собственное недоумение, когда за француженкой захлопнулась дверь калитки.
Хороша чертовка! Такую можно и подождать.
* * *
Мне не спалось.
Я крутилась с боку на бок, несколько раз переворачивала подушку прохладной стороной кверху, но найти то удобное положение, которое бы позволило мне расслабиться и заснуть, так и не получилось.
В конце концов я сдалась, откинула простыню, краешком которой укрывалась по случаю жары, и пошлёпала босыми ногами вниз. Одеваться не стала, так и отправилась в коротенькой маечке на тонких бретельках и мягких шортиках, всё равно все спят по своим комнатам. Меня никто не увидит.
Не стала включать свет в кухне. Достала из холодильника бутылку молока, отлила в кружку и поставила в микроволновку греться.
Этому меня научила Саша. В детстве я плохо спала из-за кошмаров, и она приносила мне стакан тёплого молока. Уверена, взрослым это средство тоже помогает.
Когда микроволновка просигналила, что молоко готово, я достала кружку и переместилась за стол. Вздохнула и отпила глоток.
Завтра меня ждёт «Доктор Айболит», работа и пациенты.
Я немного нервничала, но надеялась, что справлюсь. Ведь для меня эта работа – возможность начать новую жизнь.
Входная дверь открылась и закрылась. Раздался звук закрываемого замка. Я замерла. Кто это может прийти так поздно? Конечно же, Тёма. Он ведь только вернулся, наверное, встречался с друзьями.
В Анапе он проводил каждое лето в детстве, прежде чем мы все здесь поселились. И у Тёмки было полно знакомых.
Не важно, всё равно пересекаться с ним сейчас, ночью, наедине совсем не хотелось.
Я замерла, надеясь, что он не заметит меня и пройдёт мимо. Но в тот же миг, как я об этом подумала, раздался щелчок выключателя, и резко вспыхнул свет.
Я зажмурилась, ослеплённая ярким электрическим светом после расслабленной темноты. Но тут же открыла глаза. Больше я не чувствовала себя в безопасности рядом с Тёмой.
Наткнулась взглядом на его нахмуренное лицо и тут же уставилась обратно в кружку.
– Ты что здесь делаешь? – спросил он недовольно.
– Пью молоко, – я попыталась ответить равнодушным голосом.
– А-а, – Тёмка окинул меня странным взглядом и резко отвернулся к холодильнику.
Я поёжилась от холода, который внезапно сменил тепло летней ночи. По плечам побежали мурашки. Я вспомнила, что практически не одета, сжалась в комок и ещё крепче обхватила руками кружку с тёплым молоком.
Артём соорудил себе бутерброд и, сразу откусив большой кусок, прошёл мимо меня к двери. Теперь он повернулся ко мне другим боком. И я увидела на его левой щеке отчётливый отпечаток женских губ, оставленный красной помадой.
В груди сдавило так сильно, что стало больно дышать. Я тихо всхлипнула, но Артём этого не заметил. Он выключил свет и молча вышел из кухни.
Он был не с друзьями, он был с женщиной.
Не знаю, почему это меня так задело. Артём может встречаться с кем угодно. Я и раньше знала, что он не пропускает ни одной хорошенькой мордашки. Вот только прежде меня это так не волновало.
Может быть, потому что тогда я считала его своим братом? И что? Что изменилось теперь?
Где-то глубоко внутри я знала ответ на этот вопрос, вот только ни за что на свете не призналась бы в этом.
Даже себе самой.
«Мне всё равно, мне совершенно всё равно», – повторяла про себя, пока мыла стакан под тонкой струйкой воды.
«Он может спать, с кем ему угодно», – объясняла я себе, пока поднималась по лестнице.
«Между нами совершенно ничего не изменилось», – убеждала я себя, укладываясь обратно в постель.
А потом уткнулась в подушку и самым позорным образом разревелась.
Глава 10Утром я снова проснулась с опухшими веками и красным носом.
Несколько минут умывалась холодной водой, чтобы привести себя в божеский вид. Получилось не очень и пришлось потратить ещё полчаса на скрывающий следы бессонной ночи макияж и причёску.
Вниз я спустилась почти через два часа, и времени на завтрак уже не оставалось.
К счастью, Саша сварила кофе, и я успела сделать пару глотков, выбегая из дома.
Открыла дверь Жука, кинула на пассажирское сиденье сумку… и только тут до меня дошло – это же Тёмкина машина. В смысле он подарил её мне, но подарил до…
Имею ли я право после всего произошедшего оставить подарок себе?
Впрочем, сейчас времени на подобные размышления у меня не было. Я представила поиск Тёмы, объяснения с ним, возвращение ключей… Это всё слишком долго. А я и так опаздываю в первый рабочий день.
Решено. Прокачусь в последний раз на Жуке, а вечером отдам ключи Тёмке. Вообще-то надо было сделать это ночью, но меня слишком поразил отпечаток помады на его щеке, чтобы думать о чём-то другом.
Я завела двигатель и выехала на улицу. Стоит поспешить.
К счастью, ехать было недалеко. Здесь и пешком минут пятнадцать-двадцать. И я решила, что с завтрашнего дня перейду на пеший режим – и машина не нужна, и для здоровья полезнее.