Скорость. Дарьяльский дрифт (СИ)
К моему удивлению, она взгляда не отводила.
— Э… Что такое куфт? — поинтересовался Лёня.
— Это праздник в честь вашей победы и не только.
— А сколько друзей могут прийти? — он оглядывался на своих дам, будто надеялся, что сейчас ему скажут, что «женщинам на праздник вход запрещён».
Но его надежды не оправдались.
— Мы приглашаем всех ваших друзей. Приезжайте со всеми, кто у вас есть в Осетии, приезжайте хоть всей экспедицией, можете ещё всю Архонку с собой захватить.
Муся заулыбалась и потянула руку вверх, как ученица:
— Архонка здесь! Завтра будем.
Марина тоже не растерялась, она игриво посмотрела на Леонида:
— Археологическая экспедиция во главе с профессором тоже будет.
Лёня выглядел как побитый пёс.
Девушки засмеялись, глядя на моего штурмана, по-моему, они всё между собой выяснили и прекрасно ладили между собой.
Интересно, куда сегодня он поедет ночевать — в Архонку или в лагерь. Такое ощущение, что он бы готов прямо сейчас сбежать в Москву.
Потом нас обступила ватага местных мальчишек и стала просить автографы, самые бойкие уже оказались в кабине и на капоте Дуремара.
Пацанва играла в «гонщиков», нацепив себе на голову наши шлемы.
Младший из братьев цыкнул на них, и они испарились в мгновение ока.
— Да ладно, пусть. Ключи-то у меня. Главное, что ручник и передачи не трогали. Надо им объяснить.
— Даже не думай, — услышал я приятный девичий голос за спиной, — если не хочешь, чтобы они подняли тебя на смех.
Я обернулся. Девушка стояла сзади со сложенными на груди руками и задорно улыбалась.
— Они чуть ли не с пелёнок умеют водить, дай им волю — они сейчас твой УАЗ разберут и соберут до винтика. Поздравляю с победой, и спасибо за тот раз.
Марина с Мусей прям изменились в лице от любопытства, что было «в тот раз»?
Детвора, услышав, что я не против их игр, снова оккупировала Дуремара.
К финишу одна за одной стали подъезжать отставшие экипажи.
Снова заиграл оркестр, толпа хлынула к судейскому столику.
— Ты не ответил на приглашение. Придёшь? — спросила та, которая волновала моё сердце и тело.
Братья, вежливо отступившие чуть назад и слышавшие до этого каждое наше слово, теперь сердито озирались на источник громкой духовой музыки.
Улучив минуту, я приблизился и ответил девушке на ухо.
— Конечно, с удовольствием! У тебя очень красивые глаза, и вообще ты безумно красивая!
Сказав это, я почувствовал необыкновенную лёгкость.
— Безумно? — она рассмеялась, — по-моему, было безумием ехать в туман по сухому руслу.
— Всё потому, что кое-кто меня сводит с ума.
— Приезжайте завтра, я буду тебя ждать. Нам пора возвращаться, мы и так задержались чуть больше положенного.
Я попрощался с девушкой и её братьями и отправился к столу, где Лёня уже набрал всем еды.
Экипаж Заура и Артёма пришли к финишу почти одновременно.
У меня отлегло от сердца. По сравнению с Дуремаром машина Заура совсем не выглядела убитой.
Наш архонский УАЗик выглядел намного хуже.
После получения карточек с результатами соревнований у судей, Заур направился в нашу сторону.
— Спасибо тебе, дружище! Я у тебя в огромном долгу! Ты даже не представляешь, как сильно ты помог.
Я обнял своего друга и усадил рядом за стол. Вокруг сновали люди, шумели, шутили.
Многие почти бесцеремонно разглядывали нас с Лёней и показывали пальцем. Мы теперь были кем-то вроде местных знаменитостей.
— Сэмипонтэ, сэмипонтэ, — слышалось мне в комментариях, хотя, по правде сказать, мы были просто победителями этапа. До чемпионства ещё очень далеко.
Для меня это была проба пера в этом виде автоспорта. И надо сказать, что очень мне понравилось.
— Да брось ты! Я так и не понял, что им было надо? Кто тот старик? Не его ли ты искал у мечети?
За нашей беседой наблюдало несколько десятков любопытных посторонних ушей.
— Мы с тобой завтра приглашены на праздник, там всё и расскажу.
— А кто приглашает?
— Цеевы.
У моего приятеля отвисла челюсть.
— Ты уверен? Да, а что?
На следующий день на поле с разбитыми армейскими палатками собралось несколько сотен людей.
— Раз уж мне дали слово, то я буду говорить, — профессор поглаживал свою бородку, стоя с бокалом в руках на празднике Цеевых. — Я буду говорить долго и прошу прощения, если я по незнанию нарушу этикет или правила. Но я хочу поднять бокал вот за этого молодого человека, можно сказать, виновника сегодняшнего торжества!
Он указал бокалом в мою сторону, и сотня глаз, принадлежавших гостям и участникам застолья, устремилась в мою сторону.
Я вспотел, не скажу, что это приятное ощущение, когда на тебя смотрят столько людей.
— Дело в том, что Саша Каменев не просто выиграл гонку, а спас, сберёг очень важную и дорогую нашим народам и науке реликвию! А ещё, не побоюсь этого слова, мы вместе совершили величайшее научное открытие.
Ни хрена себе заявления…
Но то, что я услышал дальше, шокировало весь стол.
— Как известно, сфера моих научных интересов — археология. Почти каждый в Осетии знает о нашумевшем кинжале Чёрного Всадника. Не в последнюю очередь благодаря уважаемому роду Цеевых. Сама легенда о Чёрном Всаднике безусловно интересна, но не имеет научного смысла. Простите меня те, кто думает по-другому. Но раз уж принято называть таким образом этот артефакт, то так и продолжим.
Он хитро улыбнулся.
— Так вот, дорогие друзья. Сначала мы все думали, что существует всего один кинжал Чёрного Всадника. Потом, когда ко мне в руки попали оригиналы записей Филатова, я понял, что кинжалов два!
По столам пошёл шум. Цеевы и другие заинтересованные гости переглядывались и не понимали, о чём он говорит.
— Но! — профессор поднял указательный палец вверх, — жестоко ошибался. Это самая крупная ошибка в моей научной жизни. Потому что…
Он выдержал театральную паузу.
Среди гостей начали распространяться предположения: подделка? фальшивка? копия?
— Потому что, друзья мои, Кинжал Чёрного Всадника существует не в двух, а в трёх экземплярах. И каждый из них подлинный…
Глава 27
Да-да! — профессор отхлебнул из бокала, давая гостям успокоиться. Шум стих, все ждали продолжения. Даже братья Дзерассы, обычно невозмутимые, наклонились вперёд.
— Три кинжала… — он улыбнулся, глядя на осетинских старейшин, — вы знаете легенду о Чёрном Всаднике. Но знаете ли вы историю Алдар-Безроева, князя Верхнего Ларса?
Профессор поведал удивительную историю о персидской царевне и князе Верхнего Ларса.
* * *Однажды Алдар из рода Безроевых ночевал в одном из своих многочисленных постоялых дворов, расположенных на торговых путях возле Аланских Ворот.
Глухой стук в ворота караван-сарая прозвучал сквозь вой осеннего ветра.
Алдар-Безроев, разбуженный неожиданным шумом, натянул халат и вышел во двор, держа в дрожащей руке масляный светильник.
В небольшом окне-бойнице перед ним открылось зрелище, от которого кровь застыла в жилах.
В клубах холодного пара, окутывавшего поздних путников, стояли два десятка всадников в золочёных доспехах.
Их лица скрывали стальные маски с прорезями для глаз, но по выправке и оружию Алдар сразу узнал шахских гвардейцев — тех самых, что охраняли персидский трон.
А в центре…
Алдар отправил мальчика-служку в селение за своей стражей.
Когда он отодвинул тяжёлый засов и вышел к прибывшим, то увидел, как на носилках из чёрного дерева, украшенных бирюзой и жемчугом, под парчовым балдахином, скрывавшим фигуру от посторонних глаз, восседала молодая женщина.
Даже сквозь несколько слоёв тончайшего шелка, предписанного придворным этикетом, угадывались царственные очертания её прекрасного лица.
Алдар-Безроев почувствовал, как от взгляда этой неземной красавицы у него подкашиваются ноги.
Его глаза скользнули по отряду.