Босс и неподчиненная. Его ходячая проблема (СИ)

— Как раз наоборот. Мне кажется, я проявил чрезмерную фантазию в выборе клички, — отшучивался он, попытавшись пощекотать меня, да только щекотки я не боялась. Лежала себе спокойно на спине и едва ли не урчала от удовольствия.
— А когда у тебя появятся дети, ты как их назовешь? В зависимости от пола, что ли? Если девочка будет, назовешь ее Девочкой? А мальчика — Мальчиком?
  
Оскар деланно задумался.
Я тоже. О наших детях. Надо быть по уши влюбленной маньячкой, чтобы мечтать о малышах, рожденных от Оскара. Но что поделать, влюбленной маньячкой я и являлась.
— А что, звучит неплохо. Как по мне, весьма оригинальные имена, — говорил он с невозмутимым выражением лица, но в глазах при этом таились озорные смешинки.
— Бедные дети, — не удержалась и все-таки рассмеялась, чуть не подавившись пушинкой, залетевшей в рот.
— Эх ты, ничего ты не смыслишь в яркой индивидуальности. Это же новаторский подход, — произнес он с напускной строгостью и сбросил с себя мои ножки, нуждающиеся в ласке.
Оскар сделал вид, будто обиделся. Надул губы и отвернулся от меня.
А я решила принять эту его игру. Села и подобралась к нему со спины. Обвила руками и ногами его туловище, щекой прислонившись к обнаженной спине.
Какое-то время он поглаживал мои голени пальцами, а потом поднялся с кровати. Вместе со мной.
— Эй, ты куда?
Я висела у него за спиной, словно рюкзак, пока он передвигался по номеру, поддерживая меня за попу.
— В душ, — ответил он.
— Вместе собрался душ принимать?
— А у тебя есть еще какие-то варианты? — ущипнул меня за пятую точку.
Но до ванной мы так и не добрались. Раздался телефонный звонок. Оскар подошел к кровати, поднял телефон, затерявшийся в складках одеяла и, глянув на номер, сильно удивился.
— Слушаю, — ответил он на звонок, в мою ладонь, которую я держала на его груди, так и врезалось его бойкое сердце. — Хорошо. Да, в шесть буду на месте.
И улыбка, не сходящая с моего лица на протяжении целых суток, бесследно исчезла.
Потому что его ответ означал только одно — не суждено нам разделить на двоих этот день.
Оскар аккуратно поставил меня на пол и развернулся.
— Планы меняются, — сообщил он, светясь неподдельной радостью. — Мы приглашены на ужин.
— Мы? — округлила я глаза.
Кто может знать, что Оскар отдыхает в Куршевеле вместе со мной?
— Да, Рада, мы. И это, черт возьми, будет судьбоносный ужин, — Оскар громко воскликнул, нелепо танцуя на одном месте.
Он был настолько взбудоражен данной новостью, что я начала теряться в догадках.
Оскар до последнего держал в тайне имя человека, пригласившего нас в ресторан.
— Увидишь, Рад, увидишь, — довольно говорил он, когда мы при полном параде спускались вниз на лифте.
И только когда мы вошли в заведение, где провели вчерашний вечер, я поняла, в чем подвох.
Я поняла мотив нашей встречи с Оскаром в Куршевеле. Поняла, зачем он пригласил меня сюда.
Уж точно не только для того, чтобы провести вместе незабываемый отпуск. Это было не главное.
Я вмиг почувствовала себя использованной.
И то счастье, которое подпитывало меня весь день, испарилось. А в сердечке образовалась огромная дыра, до краев заполняющаяся обидой.
Однако я старалась держать лицо. Через силу улыбалась, ведь осознавала, как Оскару была важна эта встреча. Встреча, которая должна стать судьбоносной.
И она, бесспорно, станет таковой… Не только для него, но и для меня…
  
Глава 32. Как в море корабли
 
Всю встречу с китайцами я держалась на высоте. Была само очарование и вежливость. Источала улыбки, льнула к Оскару и старательно изображала из себя его невесту. Внешне я выглядела самой счастливой на свете девушкой.
Сердце разносило в щепки, тем не менее я умилялась напоказ, когда не отходя от кассы мужчины подписывали долгосрочный договор партнерства.
А внутри разворачивался ад. Я расползалась по швам.
Но если я думала, что Оскара обманет эта показуха, то крупно ошиблась.
Едва новоиспеченные партнеры Адамасова, радостные и довольные, покинули нас, как он сделал разворот на девяносто градусов и с прищуром на меня воззрился.
— Ну как, ты доволен? — я опередила его и задала вопрос первой. Мой приторный голос сочился патокой.
Оскар с хмурой миной наклонил голову вбок. Взгляд его прожигал меня насквозь.
— Более чем. Всё прошло даже лучше, чем я себе представлял. Послушай, мне кажется или ты чем-то недовольна? Ты за меня не рада, Рада?
Каламбур с употреблением моего имени обычно веселил, но не на этот раз.
— Рада. Еще как рада, — процедила, — тебе тарантеллу станцевать?
Глаза Оскара вспыхнули догадкой, но он не успел расспросить меня ни о чем, поскольку я схватила сумочку и резко поднялась с места.
Не хочу оставаться рядом с этим искусным манипулятором!
Это надо догадаться — пригласить меня в такую даль ради подписания контракта!
Вот кто так делает?
Манипулятор — как он есть!
Оскар бездушный и расчетливый, как те самые гаджеты, начиненные искусственными мозгами и способные только на то, чтобы производить запрограммированные действия.
Все это время он играл и изображал влюбленного Ромео. Даже ключ от дома собственного производства мне вручил, чтобы я повелась на его якобы серьезные намерения и никуда от него не делась.
А я и повелась! Дура беспросветная!
А кольцо, быть может, вообще фальшивка!
— Рада, да подожди ты! — Оскар несся за мной, но он не учел, что ему придется расплачиваться по счету, официант выловил его почти у выхода и заставил раскошелиться.
Я слышала чертыханья вслед, а сама торопливо бежала по лестнице на пятый этаж. Миновала пролет за пролетом, желая закрыться в номере и выплакать всю свою боль и обиду.
Однако я не рассчитала, насколько прытко Оскар оплатит счет.
Уже у самой двери в номер он схватил меня за руку, не давая прислонить ключ-карту к считывателю.
— Рада, подожди! Да подожди же ты, черт бы тебя побрал, — процедил он, затем вздохнул, выравнивая дыхание. — Давай поговорим. Расскажи, что могло случиться?
— Ты еще спрашиваешь? — выдернула руку из его цепких пальцев и хмыкнула. — Догадайся сам. Ведь ты же у нас такой умный и искусный делец.
— Нет, я не понимаю, — ощутимо разозлился он и смотрел на меня с полным непониманием во взгляде. — Что я сделал не так?
— Скажи, Оскар, — сладко пропела я, — ты пригласил меня в Куршевель только потому, что тебе понадобилась Ева? Потому что ты представил меня китайцам как свою невесту?
— Что? Откуда у тебя такие мысли в голове? Рада, ты что себе придумала? — сцепил он зубы и говорил, выпуская через них воздух. — Это вообще никак не связано. Черт, да я же весь вечер называл тебя по имени! При них! — объяснил он на нервах, но дело в том, что я была настолько в себе, что даже не помню, как он обращался ко мне во время делового ужина. — Наша встреча с азиатами еще на первое число была запланирована, а тебя я пригласил, чтобы хорошо провести время вместе. Ты смешала мухи и котлеты!
— Не знаю, что я там смешала, но ты сам должен понимать, что нельзя использовать людей для своих целей в черную! Нельзя, понимаешь?! Надеюсь, ты получишь хороший урок. Надеюсь, со своей следующей девушкой таких ошибок ты уже не совершишь!
— О чем ты, Рада? Какая еще девушка? — негодовал он, но наш разговор нарушил внезапный звонок. — Прости, — дернулся он, — я сейчас отключу, и мы договорим.
— Нет уж, ответь. Вдруг важные партнеры звонят, — лебезила я намеренно едко.
— Да? — Оскар всё же ответил и почему-то поглядел на меня, словно звонок и меня касался. Это вряд ли, однако я напряглась. — Я не понял, Ирина, еще раз повторите. Как сбежали? Как они могли сбежать? Куда? Не можете найти? А по питомникам смотрели? Ясно, — помрачнев пуще прежнего, Оскар отключил вызов и убрал телефон в карман. — Кот и Эркюль сбежали из квартиры, поверить не могу, — нервно поведал мне, а я стала хватать ртом воздух, настолько несвоевременно случилось это несчастье.