Отмели космоса
Бубнов направился к синему фургону. Сначала я решил, что он грузовой, но, когда открылись задние двери, я увидел два продольных сиденья внутри. Повинуясь жесту капитана, я залез внутрь и закрыл за собой двери. Инес села за руль, капитан расположился подле неё.
– Ненавижу левостороннее движение. Бубнов, может, ты поведёшь?
– Привыкай, понадобится.
– У меня даже прав местных нет.
– Плевать. Едь.
И мы поехали по кривым и пустынным улочкам, изредка останавливаясь на где работающих, где нет светофорах. Инес вела аккуратно, но отсутствие постоянной практики периодически давало о себе знать резким торможением и кривой траекторией поворотов.
Следуя указаниям капитана, Инес вывела машину сначала в пригород, а потом и вовсе выехала из городской черты. Попытка заснуть, лёжа на сиденьях, провалилась, потому что дорога изобиловала выбоинами и колдобинами. Я постоянно трясся и бился головой. После того как под ругательства Инес и шумный вздох Бубнова фургон проехался по особенно глубокой яме, я свалился на пол, заныли многочисленные травмы. Вставая и отряхиваясь от песка, который, кажется, никто никогда отсюда не выметал, я решил оставить эти бесплодные попытки и, высунув свою голову из пассажирской зоны, начал пялиться на дорогу через лобовое стекло.
Мы ехали по пустому шоссе. Слева и справа проносились деревья, поля, пару раз попадались стада коров. В их кривых рогах я не признал какого-то известного мне классифицированного вида и для себя решил, что это местная порода. С другой стороны, я со школьного курса биологии в эти классификации не заглядывал. Сколько уже лет прошло с тех пор, учитывая, сколько я болтался по космосу в анабиозе? Лень считать, уж лучше дальше смотреть на смешанный лес, в котором иногда даже можно было заметить свисающие стебли то ли плюща, то ли лиан. В целом даже напоминало джунгли. Хе. Коровы в джунглях. Какая глупость.
Я вернулся на сиденье и продолжил трястись, лениво думая в сущности ни о чём. Схрумкал полпачки крекеров. Немного подремал до следующей колдобины. На второй час езды, когда уже начал думать, что время идёт как-то иначе, мы съехали с остатков асфальта на грунт.
Ещё двадцать минут тряски, и мы выехали на посадочную площадку, расположенную посреди леса. Тут были только гигантский ангар, внушительная площадка перед ним и деревья с содранной корой. Около единственного строения, в импровизированной обеденной зоне, представлявшей собой пару столов, скамеек и навес, нас ждал Сэнду. Мы подъехали к нему и первым делом я отметил, что недовольство всё так же было постоянной деталью его физиономии.
– Опаздываешь.
Капитан проигнорировал замечание и, кивнув чиновнику, вошёл в боковую ангарную дверцу. Тот зыркнул на нас с Инес, и мы все вошли следом.
– Ты тут один? – в голосе Инес звучала детская невинность.
– Да. Не хватало чтобы ещё кто-то вас здесь увидел. – Каким был тон Сэнду догадаться несложно. – Короче, вы в курсе. Малый грузовой корабль, федеральный стандарт. По крайней мере, был таковым до твоих запросов, Бубнов. Переделку продолжим как перегоните, так что быстрее.
Сэнду дёрнул пару рычагов, после чего крыша ангара и ворота начали раздвигаться. Солнечный свет озарил судно, на котором нам предстояло отправиться в космос.
Начнём с того, что оно было однозначно красивее нашего предыдущего корабля. Тут был единый замысел, созданный федеральными проектировщиками, воплощённый федеральными же инженерами и, скорее всего, собранный на федеральной фабрике. Конечно, космолёт был заметно меньше, чем предыдущий, но это компенсировалось тем, что это был корабль, созданный нормальными людьми для нормальных людей. Никаких тупых проектных планировок, ненужных функций, пренебрежения элементарными правилами внутренней компоновки и так далее.
Приятные прямоугольно-треугольные формы корабля, размером с четырёхэтажный дом, нарушали только округлые двигатели, представленные турбинами, совмещёнными с реактивными соплами. Мне судно сразу понравилось, а Инес так и вовсе влюбилась.
– Сами разберётесь, я надеюсь. И приберёте за собой, нам ещё это всё проверяющим сдавать.
После этих слов чиновник сел в какой-то внедорожник, припаркованный тут же в ангаре, и уехал, щедро напустив выхлопных газов. Мы зашли в корабль, сразу поднялись в рубку, откуда и начали изучение судна. Капитан, судя по его уверенному быстрому шагу, был тут не первый раз, в отличие от меня и Инес.
Итак, корабль. Начнём с того, что грузовой отсек расположен внизу. Корабль не предназначался для перевозки живого груза, поэтому этот отсек никак не был отгорожен от остального пространства корабля, но, к счастью, это было и не нужно, по крайней мере, пока. Конечно, если нам не соврали и груз действительно будет представлять собой капсулы.
Корабль имел четыре яруса, на два из которых расползся грузовой отсек. Над ним была батарейная. В передней части корабля, за грузовым и батарейным отсеками находились помещения для экипажа и основные топливные баки. Дополнительные были раскиданы по кораблю.
– Матерь божья, наконец-то нормальный, чёрт его дери, корабль. – Инес не скрывала эмоций и носилась по рубке как ребёнок. Бубнов глядел на скачущего туда-сюда второго пилота несколько насмешливо, но детской радости не мешал.
– Так, а куда мы летим, капитан? – Я непозволительно поздно задался этим вопросом.
– Ближе к городу. Площадка в лесу.
– Капитан, а, капитан, будем заряжаться, капитан?
Даже на треть разряженная батарея не омрачила настроение Инес. А заряжать аккумуляторы корабля – это тот ещё геморрой. У контрабандистов это долгий, напряжённый и незаконный процесс, в течение которого ты воруешь электроэнергию прямо с магистралей.
– Сэнду всё сделает. Переоборудование ещё не закончено. Пары стелс-систем нет, – на этом моменте Бубнов, судя по всему, устал говорить, – и прочего.
– Топливо?
– Полные баки.
– ИИ есть?
– Стандартный.
– Автопилот?
– Стандартный.
– Потребление энергоячеек на скачок?
– Две-четыре.
– А чего так много-то? Всего сколько?
– Двадцать семь.
– То есть, если я правильно помню формулу, получается…
Дальнейшее развитие диалога я пропустил, так как покинул рубку и пошёл осматривать ярусы корабля. Закончив с этим, я вернулся к команде. Предо мной предстала необычная картина – Инес заняла место первого пилота, а над ней нависал Бубнов. Встретившись с ним взглядом, я обнаружил в голубых глазах нездоровое оживление.
– Ян, садись на место второго пилота.
– Чего?
– Она будет первым.
– Ты чего? Я же никогда таким не занимался!
– Да не ссы, – слова Инес показались мне не очень убедительными, – в атмосфере второй пилот всё равно ничего не делает. Почти.