Отмели космоса

– Впрочем, никакой разницы. Тебя два раза подряд видели с осведомителями картеля. Есть что сказать?
– Умоляю, это не я!!!
– Бутч, заткни ему рот.
На команду Ангела среагировал андроид и исполнил приказ. Следующим подал голос меченый дружок Ангела.
– Не марай о него руки, я сам всё могу сделать. – Она лишь кивнула ему и протянула нож. Мой сраный нож, который Гнидой, по его заверениям, вогнал Ангелу в сердце.
Владелец двухцветной хари взял протянутый клинок и воткнул его в область, какое совпадение, сердца, вырывающегося человека. Я рассудил, что увидел достаточно и, тихонько развернувшись, начал уходить так же, как пришёл. Дьявол в мелочах. Крепло искреннее убеждение в том, что предводительница по прозвищу Ангел – настоящая, так что я, пожалуй, свалю до того, как произойдёт ещё что-то.
Но это что-то произошло раньше, чем я смог смыться. Уже на повороте к лестнице, меня окликнул райский голосок.
– А куда ты это собрался, сладкий?
Уже второй раз за день меня так называют, но сейчас это было несомненно приятнее. Я оглянулся, убедился, что слова были адресованы мне, после чего припустил со всех ног.
– Бутч, огонь!
Я забежал за угол и резко прижался к стене, после чего стал вытаскивать из кармана светошумовую. Как оказалось, это меня спасло. Спустя секунду после остановки стена подле меня была продырявлена точными последовательными выстрелами. Если бы я не встал тут, а продолжил бежать, то каждая бы из этих пуль угодила бы прямо в меня.
После этого события способность рассуждать здраво меня покинула – перспектива сражаться с боевым алгоритмом нечеловечески угнетала. Я просто спрыгнул вниз, перемахнув через перила. Ударился сильно, но это было неважно. Выдираю кольцо из светошумовой и закидываю наверх в целях задержания преследователей. Бегу к двери, за которой ещё недавно я рассовывал трупы по шкафчикам. Когда заворачивал в комнату, ставшую баром, отметил, что хлопка светошумовой не было, и единственный звук, который я слышу, это топот ног. Кажется, проклятый торгаш впарил мне неработающий хлам. Несмотря на это, я успел скрыться в комнате до того, как меня обнаружили преследователи.
Попытаться спрятаться? Нет, дебильная идея, нужно бежать. Единственный путь – в окно, через которое я проник ранее. Выбираюсь на пристройку, уже собираюсь прыгать вниз, но останавливаюсь. Тут нужно сначала думать, а потом делать. Если я прыгну с третьего этажа, то могу сломать ногу. Я и, сигая со второго, получил растяжение, а тут и место приземления пожёстче будет. Попытаюсь спуститься так же, как и поднялся.
Свешиваюсь с края крыши. В обычном своём состоянии я бы таким скоростным паркуром не занимался, но приближающаяся смерть неплохо подбадривает разум и тело. Пытаюсь аккуратно перелезть на раму, но мои руки начинают соскальзывать. Последнее, что я успеваю сделать – слегка качнуться вперёд. Этого усилия хватает, чтобы не полететь до самой земли, а упасть на раму, попутно насадившись ягодицей на слегка торчащий осколок стекла. Какая боль.
Дёрнувшись в попытке прекратить страдания, теряю подобие равновесия и лечу вниз, к полу спортзала-мастерской. К счастью, успеваю в полёте замедлить своё падение, цепляясь за всё подряд. Долетев до низа и отбив руку, пробую вскочить и убежать. Получилось бы лучше, если бы с полок, которые я зацепил по пути вниз, на меня не падали различные запчасти. Больше всего урона нанёс кусок автомобильного генератора, попавший мне по стопе и по ощущениям сломавший какую-то косточку. Ну у меня будет достаточно и поводов, и времени, чтобы порыдать от боли, если я выберусь отсюда.
Выбегая из гаража под окрики механиков, я так же слышал завывания с третьего этажа, которые мой переводчик распознал однозначно.
– Чужой на территории! Найти и убить! – Там ещё много всякого орали, но в этот момент я уже завернул за здание и, бегло оглядевшись, перелезал через забор.
Не думаю, что эта придурковатая шпана успеет сообразить, куда именно я девался, а опытных бандитов-уркаганов там можно по пальцам пересчитать.
Уже на другой стороне забора, баннеры на котором некстати измазались моей кровью, я увидел Двадцатку. Она стояла на другой стороне улицы и, казалось, осуждающе глядела на меня. Хотя какое осуждение могут передать окуляры шлема? Понадеявшись, что она отсечёт возможную погоню – а для чего ещё ей тут стоять – я припустил по улицам до сносной подворотни, в которой смогу хотя бы отдышаться.
 
Глава двадцать третья. Поспешное планирование
Ощущения были такие, как будто весь день вкалывал на заводе, а потом меня по пути домой сбила машина. Понимая, как выглядит моя помятая морда вкупе с окровавленными штанами, я шёл дворами – сейчас случайная встреча с силами правопорядка для меня стала бы последней. Обрыган со стволом за пазухой – достойный кандидат для избыточного членовредительства со стороны силовиков. А я сейчас не в состоянии убежать даже от старушки с клюкой.
Пройденный путь не откладывался в памяти, но по ощущениям я прошёл уже километров двадцать. В какой-то момент передо мной просто появилось знакомое здание и дверь, ведущая в бар. У порога, разбавляя заурядную будничную картину, лежала огромная, плешивая и, несомненно, мёртвая крыса, на которую, кажется, кто-то наступил. Раз пять.
Хлопок двери за спиной привлёк к моей персоне несколько взглядов, утомлённых алкоголем. В них я не увидел ничего хорошего, но после того как я подошёл к столу, за которым сидели Бубнов и Доржи, меня перестали буравить, а бармен, уже направившийся ко мне, остановился и, немного подумав, вернулся обратно за стойку.
– Официант, ваша отбивная пахнет помоями, уберите этот кусок мяса! – Доржи острил. Посредственно.
– Иди в жопу, а? – шлёпнувшись за стол, я неожиданно для себя обнаружил силы огрызаться.
Собеседник лишь усмехнулся и толкнул в мою сторону стакан с пойлом, который я проигнорировал.
– Воды, будь человеком.
– Это бар, Ян. Если хочешь воды, иди и попроси её у бармена. – Я встретился взглядом с человеком за стойкой. На его лице было желание выкинуть меня из помещения. – Ну или присосись к кулеру Флюгера. Он вроде ещё не созрел для того, чтобы залить туда бухла. Ладно, садись уже, я тебе пива поставлю.
– Сел бы, да не могу.
Я без дальнейших комментариев пошёл наверх, чувствуя спиной неодобрительные взгляды капитана, бармена и посетителей. Постойте, а какое вообще моральное право последние имеют меня осуждать? Я что, по их мнению, не вписываюсь в антураж бара? Это неправда, не согласен. Истерзанные плоть и одежда замечательно гармонируют с ободранным линолеумом.
Каждый этаж давался с трудом, но жажда достигла той стадии, когда было уже начхать и на усталость, и на Флюгера, который очень агрессивно отнёсся к незваному гостю, который без каких-либо приветственных слов ввалился в комнату и, прежде чем новый владелец кулера опомнился, смог выдуть пол-литра прямо из крана.