Бастард Александра 2 (СИ)

— А что там с наемниками? Как ареопаг решил поступить с ними?
Мое любопытство не испортило Ширазу хорошего настроения, но по своей скупердяйской привычке отвечать он не торопится.
— А что? — Шираз бросил на меня вопросительный взгляд. — Какое тебе дело до наемников?
«Это уже наглость! — возмущаюсь про себя. — Я разбил их в поле, мои воины охраняют их лагерь, а вы, значит, вот как…!»
  
Терпеть подобное отношение я не намерен, о чем прямо и заявляю.
— Ты прав, дядюшка, никакого! — жестко встречаю его насмешливый взгляд. — Сегодня же прикажу снять охрану с их лагеря и пусть идут куда хотят!
Без малого две тысячи вооруженных и голодных бездельников в округе города — это серьезная опасность, с которой Пергаму будет очень нелегко справиться. Делать этого я не собираюсь, но беззастенчиво блефую, и раздраженный огонек в глазах моего «дорогого родича» подсказывает мне, что блеф удался.
— Не горячись, Геракл! — Шираз придерживает мою показную попытку уйти. — Ну что ты такой обидчивый!
Он изобразил примирительную улыбку:
— Мы в Совете посовещались и решили распустить наемников. Чего зря тратить деньги!
Вот теперь я изображаю крайнюю озабоченность:
— Не слишком ли вы торопитесь? Такое решение точно приведет к недовольству наемников, а возможно, и к бунту. — Делаю паузу и в сомнениях качаю головой. — Не просто вам будет подавить новый мятеж без меня!
— Почему без тебя? — Шираз не смог сдержать эмоции, демонстрируя искреннее изумление.
Отвечаю ему с полнейшей невозмутимостью:
— Потому что я вместе со своими всадниками покидаю Пергам в ближайшее время. Я решил примкнуть к войску Эвмена, а он сейчас, по слухам, где-то далеко на востоке.
— Погоди, погоди! — не скрывая волнения, затараторил Шираз. — Зачем спешить? Ты же нас всех подставляешь! Нам сейчас не до наемников! Дай бог с недовольством в городе совладать!
Он уставился на меня своими маслянистыми восточными глазами:
— Подожди несколько месяцев! Обстановка в городе успокоится, а потом можешь идти куда хочешь.
«Грубо, но зато честно! — иронизирую про себя. — Мавр сделает свое дело, и может убираться на все четыре стороны!»
Держу паузу, словно бы обдумываю слова дяди, а потом порчу ему настроение прямым отказом:
— Нет, ждать нельзя! У Эвмена дела складываются неважно, и я могу опоздать с помощью!
Шираз раздраженно взмахнул рукой:
— Да сдался тебе этот грек! Здесь в Пергаме вершится судьба твоей семьи, а ты…! Какое тебе дело до разборок диадохов!
Впиваюсь жестким прищуром в его лицо:
— Если бы мой дед и твой отец рассуждал так, как ты сейчас, то он никогда не стал бы знаменитым Артабазом, а наш род не владел бы сейчас пятой частью всей пахотной земли в Пергаме. — Вижу, что уязвил Шираза, и дожимаю: — Отсиживаться в тиши не всегда безопасней, или ты забыл, с кем разговариваешь и чей я сын⁈
Пережидаю секундное замешательство Шираза и меняю выражение лица на мягкую улыбку:
— Но в одном ты прав, о семье тоже забывать не стоит! Поэтому у меня есть предложение, как одним ходом решить сразу обе проблемы.
В глазах Шираза промелькнул интерес, и я излагаю свой план:
— Я мог бы забрать наемников с собой на восток и тем избавить тебя от лишней головной боли, но… — для убедительности изображаю характерный жест пальцами, — на все нужны деньги!
Едва до моего дядюшки доходит смысл того, на что я намекаю, как он взрывается возмущением:
— Уж больно ты ушлый, племянничек! Хочешь заполучить целый таксис фалангитов, а платить за него предлагаешь мне?
— Так ведь ты сам сказал, что мы одна семья! — усмехнувшись, возвращаю ему его же аргумент. — И вот еще что! Ты подумай о будущем. Например, о том, кем станет твой племянник, если Эвмен возьмет верх благодаря моей помощи.
Делаю многозначительную паузу — мол, дальше сам додумывай. Хочешь ты быть родным дядей царя со всеми вытекающими привилегиями или нет!
Слежу за мимикой Шираза и читаю на лице лишь сомнения. Зная его расчетливый, но опасливый характер, я почти уверен, что сейчас он думает не о победе, а о том, что будет, если его племянник проиграет и как это отразится на нем.
Излучая уверенность, пытаюсь рассеять его опасения:
— Для тебя никакого риска! Если что не срастется, так наемников нанял не ты, а твой предшественник! А то, что они ушли со мной, так в этом опять же Никанор и Ономарх виноваты со своим мятежом.
Кивая на мои слова, Шираз вдруг зыркнул из-под кустистых бровей:
— А деньги⁈ Ты же ведь ради них тут стараешься! За деньги-то с меня спросят!
Изображаю на лице ироничный скепсис:
— Сейчас в городе такой бардак, что недостачу в девять талантов золота ты легко спишешь на Никанора, мол, это он уплатил наемникам за год вперед, чтобы поднять их на мятеж. С него-то уже не спросишь!
Заговорщицки улыбаюсь Ширазу, а тот раздраженно ворчит:
— На все-то у тебя ответ есть! А расплачиваться за твои забавы мне придется!
Несмотря на злое ворчание, я уже вижу, что внутренне он согласился, и позволяю себе немного иронии:
— Не тебе, а городу Пергаму!
  
Глава 6
 
Сатрапия Сузиана, конец ноября 317 года до н.э.
Прикрыв ладонью глаза, смотрю в даль. До самого горизонта стелется бескрайняя равнина, и лишь где-то там, на самом краю, в парящей дымке высится горная гряда.
Словно услышав мой невысказанный вопрос, проводник Сердар тычет в ту сторону.
— То горы Загрос, за ними Мидия и Персида, а там…! — Он махнул рукой на юг. — Город Сузы.
Провожу взглядом за его рукой и кроме бесплодной голой равнины вижу лишь горный хребет в туманной дымке жаркого марева. Проводник же, погладив длинную седую бороду, поясняет:
— Отсель Сузы не увидишь. Дня три-четыре пути.
Похлопав Софоса по холке, уже собираюсь тронуться дальше, как замечаю появившиеся на горизонте едва различимые черные точки. Щурясь, пытаюсь их рассмотреть и через несколько секунд уже могу различить растянутую цепь лошадей и верблюдов.
Показываю на них Сердару.
— Кто это там?
Прищурившись, тот долго всматривается в даль и наконец выдает:
— Купец! — изрекает он безапелляционно и тут же уточняет: — Торговый караван идет.
Молча соглашаюсь с его мнением и, глянув на клонящееся к горизонту солнце, определяю, что караван движется с юго-востока.
Получается, что купцы идут с тех мест, куда мы направляемся, и в голове сразу же появляется здравая мысль:
«Хорошо было бы пообщаться с караван-баши и узнать новости!»
Мы в пути уже чуть больше трех месяцев, позади почти две тысячи верст. Идем скрытно, большие города обходим стороной. Поэтому с информацией у меня не очень хорошо, а услышать новости о последних событиях было бы весьма кстати.
Повернувшись к дремлющему в седле Экзарму, тыкаю его в бок камчой. Вздрогнув, тот вскидывает на меня испуганный взгляд раскосых глаз.
— А…! Чего⁈
Выглядит он в этот момент крайне забавно, и, с трудом сдержав улыбку, показываю ему на караван.
— Пошли десяток бойцов, пусть пригласят купцов к нашему очагу.
Массагет понятливо кивнул и резко развернул своего коня. Вижу, как он подъехал к иларху первой сотни, и уже через мгновение группа стрелков помчалась в сторону каравана.
Хранивший до этого молчание Эней многозначительно глянул на заходящее солнце.
— Скоро вечер! Караван доберется до нас уже в сумерках. Если хочешь их дождаться, то надо вставать на ночевку уже сейчас.
Тоже бросаю взгляд на светило и прикидываю, что часа два можно было бы еще двигаться. Я спешу, и терять время зря не хочется, но своевременная информация дорогого стоит.
  
«Ничего, потом нагоним!» — решаю про себя и даю добро.
— Хорошо! Пусть разбивают лагерь, будем ночевать здесь.
Ткнув кобылу пятками, Эней тронулся к стоящей в ожидании войсковой колонне, и там сразу же началась привычная суета. Таксиарх указал место каждой синтагме, и вырастающие как грибы палатки начали выстраиваться в четкие линии, а весь лагерь — укладываться в почти идеальный прямоугольник. Конница расположилась чуть в стороне от пехоты, и в их лагере такой строгости в линиях уже нет. Не до того! Там все внимание — лошадям: расседлать, накормить, напоить, а затем стреножить и пустить на вольный выпас, чтобы к утру лошадки были готовы к новому дневному переходу.