Ведьма домашнего очага
Лорда Даниэля я видела мельком и толком с ним мы не беседовали. Я подавала еду, пыталась поддерживать дом в порядке, а он частенько стал отлучаться из дома. Как поведал мне Реймонд Пейн, хозяин активно занимался делами по назначению опекунства и вдобавок подбирал для Лорины подходящую магическую школу. Кажется, переезд в столицу был всего лишь вопросом времени.
Магических волн, исходящих от вещей Таниты, я больше не чувствовала. Кто искал меня таким странным способом, пока так и осталось загадкой. Я все же надеялась, что если это все же Рауль или мои родители, то они бросили попытки. А если кто-то из подруг… Ну что ж, мы все равно как-нибудь найдем способ связаться!
На чердак я сейчас заглядывала редко, просто времени не хватало. А ведь там оставались вещи леди Портлейн. Тайну зеркальца я так и не разгадала, но все же успела между кучей дел связаться со столичной библиотекой и выписать несколько книг по артефакторике, магическому поиску и прочим интересующим меня вопросам. Отчасти я понимала, что подставляюсь: если Рауль додумается, то он может и отследить меня через библиотеку, но оформить книги было больше на кого, а разгадать загадки хотелось. Теоретически, конечно, можно было обременить просьбой хозяина дома: для родовитых аристократов доступ в хранилища магических книг был, даже если они не обучались магии и вообще не имели зарегистрированного дара. Наверное, лорд Даниэль не отказал бы мне, но я то ли слишком привыкла полагаться только на себя, то ли из-за нехватки у нас времени на разговоры, – в общем, я так и не решилась этот вопрос поднять.
Сегодня же мне как раз предстояло забрать с местной почты увесистую стопку выписанных книг, и Рон, пользуясь отлучкой хозяина, оказал мне любезность: сходил и донес это все до дома сам. Теперь толстые тома ждали своего часа на столике в моей комнате, а я пока что помогала тетушке Амире на кухне. Мы затеяли пироги с разными начинками, и умопомрачительные запахи разносились по всему дому.
– Что-то его светлость опять сегодня запаздывает, – покачала головой тетушка Амира, месившая очередной кусок теста своими крепкими, сильными руками.
– Да уж, – поддакнула я, выплетая из полосочек теста замысловатый узор.
– Ох уж эти законы, – снова принялась жаловаться тетушка Амира. – Неужели эти крючкотворы не видят, насколько юной леди и лорду будет лучше с дядей, нежели с таким отцом, даже не знаю, как его точнее назвать… Отец – это тот, кто воспитанием детей занимается, а не старается спихнуть своих отпрысков подальше да еще денежек каких-нибудь отхватить. Он же кусок у собственных детей изо рта выдирает! Ох, ладно, что-то разошлась я. Пироги-то не терпят таких разговоров – подниматься не станут. Когда печешь, особенно важно о чем-нибудь приятном говорить, чтобы вкуснее все было…
Я не стала спорить. У нас в Академии мы подробно разбирали, влияет ли настроение повара на вкус и вид готовящейся еды. Наша всезнающая профессорша, например, утверждала, что разговорами о неприятном пищу может испортить только человек, имеющий темный дар – например, к сглазу, а для обычного человека или мага другой специальности разговоры о плохом могут просто испортить настроение, снизить внимательность, а потом и получается: там недосыпал, здесь пересолил, тут не уследил, вот и выходят пироги горелыми или кособокими… Но мне не хотелось грузить этими премудростями тетушку Амиру, да и, подозреваю, ей это все было ни к чему.
– Не случилось бы чего, – сказала я. – На дорогах жуткий гололед, да еще ветер поднимается…
– Я надеюсь, что лорд где-нибудь укроется. Брысь, – беззлобно шуганула она Стеллу, сунувшуюся было к приготовленным кусочкам сырого мяса. – Настырная какая!
Стелла нехотя отошла от вожделенной миски. Она уже давно и хорошо знала, что тетушка Амира грозна только с виду и никогда не ударит, только ворчит. Чаще всего ворчание сопровождалось выдачей небольшого внепланового лакомства. Но сырое мясо к нему явно не относилось.
Мы поставили в духовку последние два пирога и принялись за уборку кухни. Тетушка Амира всегда любила наблюдать, как ловко пляшут под воздействием магии тряпки, губки и щетки, но ее деятельная натура уже через пять минут требовала включиться в работу самой.
Пироги давно поспели, дети и все остальные обитатели дома были накормлены, а лорд Гарингем все не появлялся. Наверное, все-таки заночевал в столице или в какой-нибудь придорожной гостинице. За окном разыгрывался настоящий буран. Я, уняв тревогу, поднялась к себе, намереваясь заняться прибывшими сегодня книгами. Для большего уюта я взяла с собой чаю в зачарованной от остывания кружке и кусочек пирога. Белла, обнюхав его, потеряла интерес к моей тарелке: пирог был сладкий, однако осталась вылизываться на моем покрывале.
Тщательно вымыв руки, чтобы не испачкать ненароком библиотечную книгу, я раскрыла толстый том по артефакторике и принялась изучать, что за такое магическое зеркальце хранила от посторонних глаз леди Портлейн. Белла через некоторое время перешла с покрывала на мои колени и уютно свернулась там клубочком.
Спустя час напряженного изучения написанного в книге, я попыталась воздействовать на зеркальце. Никак! Что бы я ни делала, оно оставалось таким же, как и было. У меня было подозрение, что это что-то вроде того похожего на планшет артефакта, который я видела у лорда Даниэля в кабинете, но нет. Это зеркальце явно использовалось для чего-то другого.
Вздохнув, я отложила книгу. Читать сейчас про альтернативные виды магического поиска не хотелось, да и сил не было. Я решила снова наведаться на чердак, поискать там еще что-нибудь ценное. Тем более что после благотворительной распродажи места там ощутимо прибавилось, а в просторном помещении и найти что-то новенькое легче..
Я выпила свой чай, который совсем не остыл, съела вкусный пирог. Осторожно сняла с колен пригревшуюся там было кошку, переложила ее опять на покрывало, но та, оскорбленно мяукнув, не захотела оставаться в комнате без меня.
Поднявшись на чердак, я слегка прибавила света, создав небольшой шарик-светлячок. Король чердака практически сразу выполз мне навстречу, как будто успел соскучиться.
– Привет, чердачное величество, – улыбнулась я. – Что у тебя тут новенького?
Ну да, я понимаю, что бесполезно разговаривать с паучком, но вдруг я услышала странный шорох, и рядом с моими ногами промелькнула молнией белая тень.
– Белла, кыш! – крикнула я.
Оказывается, кошка проследовала за мной на чердак и теперь решила поохотиться на паучка. Честно говоря, мне стало жалко бедного членистоного.
– Нет-нет-нет, охотница! – Я решительно бросилась ловить кошку. – Найди-ка ты себе другую добычу!
Но Белла не пожелала так просто сдаваться, и минут пять мы с ней играли в догонялки между коробок, мешков и сундуков. Довольно шумные догонялки – то кошка ухитрилась сбросить какую-то коробку, отчаянно зазвеневшую при падении, то я задела локтем какой-то ящичек, который потом свалился с глухим стуком. Наконец я поймала строптивицу, получив в процессе болезненную царапину, и понесла ее к двери на лестницу.