Да здравствует магия! 3 (СИ)

И, скорее всего, увезу с собой.
Последнюю мысль я озвучивать не стал, так как отлично понимал, что шансов на успех гораздо больше в том случае, если сестре эта идея придёт в голову первой.
— Ты был у императора? — Маша вычленила главное, и её глаза распахнулись ещё шире. — Что за тема разговора?
— Я учил его людей магии, — пояснил я. — Кстати, там были все преподаватели нового магического университета. Их я тоже учил.
  
— Ты владеешь магией? — Девушка вскочила с дивана и через секунду уже сидела на широком подлокотнике моего кресла. — Каким типом⁈ Покажи!
— Всеми типами.
Я поднял обе ладони и на правой зажёг пламя, а на левой создал маленький фонтанчик, который тут же замёрз.
— Ух ты! — Маша захлопала в ладоши, но тут же нахмурились. — Но ведь можно владеть только одной магией!
— Именно это заблуждение я разрушал сегодня во дворце. Смотри!
Я убрал огонь и воду и тут же создал идеально круглый камушек, а потом с помощью магии воздуха подвесил его прямо у сестры перед глазами.
— Это далеко не всё, что я умею, но остальное покажу, если поедешь со мной в гостиницу.
— Ах ты жук! — Девушка стукнула меня кулачком по плечу. — Но как ты всему этому научился⁈
— И об этом я расскажу потом.
Маша вскочила и ткнула пальчиком мне в грудь.
— Ты сможешь меня этому научить?
— Ну, если я научил несколько сотен своих подопечных, почему не могу научить сестру? Вот только у меня в эти дни не будет времени, а потом я уезжаю.
— Я с тобой! — решительно заявила Маша, но потом смутилась и опустила взгляд. — Мне ведь можно? Сашка только ругаться будет, если я в Рязанку не поступлю.
— Не будет, — хмыкнул я. — Он знает, что скоро в Волхове откроется крутой университет магии.
— Что, правда⁈
— Правда, правда. — Я рассмеялся и не стал уточнять, что открою его сам. — Вот только всю прислугу придётся здесь оставить. За домом смотреть.
— Зачем? — испуганно воскликнула сестра. — Что они здесь делать будут? А вдруг мы надолго? Может, вообще дом продать? Ты же хотел! Ты знаешь, сколько денег на его содержание уходит⁈
— Ну, не знаю. — Я сделал вид, что задумался. — Ладно, и их тоже возьмём почти всех, только кого-то одного оставим, чтобы присматривал. Тимофея, например.
— Нет! — вырвалось у Маши, но тут её лицо осветило озарением. — Ты издеваешься надо мной⁈ Тебе Сашка, что ли, наболтал⁈
— О чём?
— Ой, всё! — Сестра топнула ножкой и отвернулась к окну. — Если он не поедет, и я не поеду.
По её голосу я понял, что шутка затянулась, и, подойдя, обнял сестру за плечи.
Сашка действительно сказал, что ему кажется, будто Тимофей, двадцатичетырёхлетний младший сын Петровича, странно смотрит на Машу. Тогда я чудом сдержал смех — брат всегда был невнимательным к таким вещам, сам же Миша уже давным-давно знал про взаимную симпатию пары, более того, полностью её одобрял.
Тимофей был умным, преданным и целеустремлённым. Он тоже закончил РГУ, что для простолюдина было не так-то и легко сделать, и сейчас работал у того же Подушкина. Он, кстати, помогал Маше, подтягивая её по нужным предметам.
— Все поедут, а Тимофей мне нравится, — тихо сказал я. — И насчёт продажи дома — это к Сашке. Он хозяин.
Сестра не обернулась, и мы молчали не меньше минуты.
— Странно всё это, — наконец тихо заговорила она. — Я три года к этому юридическому готовилась… Ещё пять минут назад была уверена, что буду там учиться. А сейчас вдруг решилось, что я еду в деревню, и знаешь…
Маша вдруг обернулась, и я увидел на её глазах слезы.
— У меня будто камень с души свалился. Миша… Мне так плохо было, когда ты уехал, а когда ещё и Сашка… Я боюсь выходить из комнаты, мне чудится, что под окнами прячутся то монстры, то австрийцы со шведами. Правда, что война будет?
— Похоже на то. Завтра о дополнительной мобилизации объявят.
Я поморщился, вспомнив то, что слышал сегодня во дворце и что напрямую влияло в том числе и на меня. Точнее, на моих людей.
— Но всё будет хорошо, — добавил я и провёл ладонью по волосам сестры. — А сейчас собирайся. Пора ехать.
Три дня спустя.
— Василий, моё почтение!
Я с уважением посмотрел на довольного собой имперского гвардейца. Только что потоком усиленного воздухом пламени он расплавил связку стальных прутьев, расположенных в десяти метрах от него.
Впрочем, и другие ученики не сильно отставали, ведь сейчас я проводил предпоследнее занятие для пятидесяти самых способных, и каждый из них по потенциалу не уступал Пете, а по боевому опыту многократно его превосходил.
— Так! — Я поднял руку, привлекая внимание. — А теперь каждый верните эти прутья в первоначальный вид.
— Это как? — после нескольких секунд тишины спросил Василий.
— Это моё благородие так шутит, — рассмеялся я. — Давайте сделайте по ледяному снеговику, и чтобы глаза, зубы и морковки были из камня — и все свободны.
Ученики с энтузиазмом взялись за дело, а я принялся расхаживать между ними и поправлять, если кто-то косячил.
Уже три дня я ходил в левое крыльцо дворца как на работу. Почему для занятий выбрали именно расположенный тут и похожий на ангар подвал, я так и не понял, возможно, чтобы правитель оперативно получал самые свежие данные.
Чаще всего занятия посещали воины, но учёные и будущие преподаватели магической академии тоже заглядывали. А ещё врачи. Точнее, это я заходил к ним и с утра и поздно вечером после занятий и уже, наверное, отдал им не меньше литра крови и прошёл целую кучу исследований.
Завтра должно было состояться последнее занятие, следом за ним встреча с императором, а потом наконец возвращение в Волхов, которого я очень ждал.
Но ещё больше я ждал сегодняшней ночи, ведь Литвинов решил сделать мне царский подарок и здорово подставился.
— Готово! — снова первым доложил Василий.
Я посмотрел на творение бойца и не сдержался от улыбки. Кроме скорости гвардеец продемонстрировал фантазию и сделал ледяному снеговику не только нос, зубы и глаза, но ещё и ирокез из острых камней. Он явно наслаждался приобретённой силой.
— Молодец! — Я поднял большой палец.
— Звезда шведам! — довольно оскалился Василий и тут же рявкнул на весь ангар: — Работаем быстрее! Враг не будет вас ждать!
Да, бойцы уже давно не стеснялись меня и вовсю обсуждали предстоящие сражения, к которым я, видимо, их и готовил.
Война объявлена ещё не была, но армия шведов уже подходила к Выборгу, а австрийские части стягивались к Минску и Бобруйску. По всему выходило, что самые сильные западные соседи договорились и совсем скоро все начнётся.
Размышляя, я продолжил принимать работы, и уже через пятнадцать минут последний гвардеец справился с заданием, и мы, довольные друг другом, разошлись.
Когда я покидал дворец, солнце уже спускалось к крышам домов. Машина ждала меня и с ветерком доставила в гостиницу. Там я пять минут поболтал о всяких пустяках с симпатичной рыжей девушкой, сидящей за стойкой, а потом снова вышел на улицу, но через другую дверь.
Такси уже ждало, и вскоре я с комфортом катил по улочкам вечерней Рязани. Впрочем, катался недолго — уже через пятнадцать минут вышел и пешком пересёк небольшой скверик, свернул в тихий сквозной дворик и сел в непримечательную серую машину.
Макс расположился за рулём, Снегирь сзади, и через две минуты на переднее сиденье прыгнул Сергей.
— Чисто, поехали!
Мы снова запетляли по наполненным людьми и машинами улочкам, но до того, как покинуть город, ещё раз остановились, прошли один из многоэтажных домов насквозь и снова сменили машину.
  
Это была последняя предосторожность, и вскоре мы выехали из столицы.
На место мы прибыли около десяти вечера. Пункт назначения представлял собой участок, окружённый деревьями, с небольшим двухэтажным домиком и баней. Всё это предназначалось для сдачи в посуточную аренду тем, кто хотел провести выходные недалеко от кольцевой, но всё-таки на природе.