Фантастика 2023-189". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)
Говорили мы о Новой Сицилии. С одной стороны, Этну колонизовали именно с нее, с другой — они душители нашей свободы и независимости. Из многословных пассажей синьоры Будрио я понял, что Новая Сицилия — планета скучная и заорганизованная, слишком много там законов, бюрократов и юристов. Тете Бланке это нравится: все предсказуемо, одинаково. Дни похожи друг на друга, как горошины из одного стручка. Я бы там умер со скуки.
После ужина проф играл с Виктором в шахматы в гостиной, синьора Будрио болела за сыночка, а мы с синьором Мигелем шептались в кабинете.
Диск с «Историей Этны» синьор Мигель мне пришлет.
А лейтенант Верчелли влип в процессе операции против каких-то торговцев наркотиками. Меня это не слишком заинтересовало, откровенно говоря: пили, пьют и будут пить, обдолбывались, обдолбываются и будут поступать так же.
* * *В четверг я позвонил Гвидо и поздравил его с днем рождения. Слегка его утешил, а то допекли беднягу отцовские деловые партнеры.
А вечером я держал в руках настоящее сокровище — диск с историей Этны.
Итак, откуда что пошло?
Этну начали колонизовать с двумя целями. Во-первых, чтобы перегнать Новую Британию по числу колоний, а во-вторых, на Новой Сицилии решили искоренить организованную преступность. Всех выловленных мафиози (и не только мафиози, но и подозреваемых, а заодно тех, с кем полиция сводила счеты) высылали терраформировать новооткрытую планету. Тогда она совсем не была благодатной: огромные болота, полные ядовитых растений и опасных животных, занимали большую часть Северного континента и островов тропической и субтропической зоны так же, как сейчас занимают большую часть Южного. А когда на Этне нашли тетрасиликон… Месторождения на Северном континенте уже истощились. А вот как их истощали: доставить на Этну несколько сотен каторжников гораздо дешевле, чем большой горнодобывающий комбайн. Да и эксплуатация их обходится дешевле. А бежать попросту некуда.
Корпорация Трапани, самая старая из корпораций Этны — вполне традиционный мафиозный клан, на каторжных работах они начали специализироваться на стукачестве и другой «организующей» деятельности в интересах колониальной администрации.
Вальгуарнеро — тоже слегка привилегированные: ссыльные фермеры, когда-то кормившие всю планету. На терраформированных чьей-то кровью территориях.
Кремонцы так до сих пор и терраформируют. Они — потомки колониальной администрации с Новой Сицилии. Вот это да! Новосицилийцев они ненавидят за «предательство». Когда-то эта корпорация контролировала все шахты Северного, а после их истощения — Южного континента. До сих пор вся их экономика только на этом и держится.
Джела — потомки каторжников с одной из тетрасиликоновых шахт. Взбунтовались, смогли отстоять свою свободу, а несколько грамотных инженеров не позволили обмануть себя на цене тетрасиликона. Шахта с тех пор давно уже выработана. Теперь Джела — это лучшая на Этне электроника и софт. Хм, ну это еще как посмотреть, наши тоже хороши.
Больцано — группа преподавателей первого, а когда-то единственного колледжа на Этне. Теперь — десяток университетов и еще бог знает сколько колледжей. Ужасно мирные люди. Попробуй их тронь: огребешь войну со всеми сразу.
Каникатти — коммунистическая секта, на Этну прибыли по доброй воле и поначалу занимались только сельским хозяйством. Продолжают им заниматься, а еще делают кучу хлама, который называют военной техникой. А еще продают на Новую Сицилию какой-то особенный кофе. Хм, разве мы у них не все плантации отобрали? Или это устаревшие сведения. И тетрасиликон этот, вот надоел!
Наконец, Кальтаниссетта — самые неисправимые бунтари. Место ссылки — Селено, только чтобы замерзли там насмерть и под ногами не путались. Бог помогает тому, кто сам себе помогает. О селенитах колониальная администрация узнала уже тогда, когда они превратились в контрабандные, привезенные с Новой Британии бластеры, катера, ракетные установки, снаряжение… Жаль, что мы не задержались на острове, там есть памятник этим бунтарям. И музей. Не всегда этнийцы пренебрегали историей.
Кстати, традиции всеобщей военной подготовки возникли именно там и тогда. Похожие традиции есть у клана Джела, у всех остальных их нет, но быть новосицилийским пентюхом, в общем, нигде не принято. А в тяжелом положении двадцать лет назад мы оказались потому, что лет сорок назад эти традиции начали забываться. Учимся на собственном горьком опыте? Не самое разумное решение.
Попасть в другую корпорацию я не мог: ни у кого больше не могла возникнуть такая безумная идея.
Небольшие корпорации появляются и исчезают, добровольно или принудительно вливаясь в большие. Вместо них тут же возникают новые. Кальтаниссетта — последняя маленькая корпорация, которая смогла стать большой. С тех пор такого не случалось.
Девяносто три года назад все корпорации, кроме Кремоны, объединились в первый и последний раз для того, чтобы свергнуть новосицилийское иго. Свергнув каковое, сразу же передрались снова.
Глава 36
Вечер пятницы я потратил на превращение Лабораторного парка почти в настоящие джунгли. Виктор бродил вслед за мной, послушно перетаскивая с места на место огромную бухту каната, и печально вздыхал в надежде растопить мое ледяное сердце: я категорически отказался принимать его в завтрашнюю игру. Поэтому время от времени, изгрызенный своей не знающей техники безопасности совестью, я вновь объяснял, почему нельзя, и соблазнял его возможностью полюбоваться на все это с вышки в обществе наших девочек.
Когда канат почти кончился, Виктор смирился со своим поражением.
— А когда мы через год снова приедем, можно будет? — жалобно спросил он.
— От тебя зависит, — ответил я со всей присущей мне жестокостью. — Будешь весь год заниматься как проклятый, научишься падать, бегать, ползать, лазать по деревьям — будет можно.
Мне его жаль. Черт, вдруг его мама откажется приезжать сюда через год? И тут меня осенило: пусть проф пообещает Виктору премию за достижения в спорте. И проверять эти достижения раз в год на Этне. Тут уж тетя Бланка сама погонит сыночка в спортзал, если он начнет лениться, — для нее деньги много значат. Хорошая идея, странно, что она так поздно пришла мне в голову. У меня в голове зазвенел звоночек: «Опасность!» Маленькая, но все-таки не нулевая. Хм, синьора Будрио ждет смерти своего брата? После того, как он включит ее или Виктора в завещание? Может быть. Предупредить профа? Понадеяться, что он сам догадается? Вообще-то, скорее всего, проф уже догадался, и давно, и даже мне намекнул, а я, дурак, не понял. Ладно, если проф решит переписать завещание, он мне об этом скажет: сказал же он, когда меня усыновлял, что я его законный наследник. На меня это, помнится, не произвело впечатления: у меня было много других проблем. И до сих пор есть.
М-мм, устроить, что ли, в воскресенье веселую прогулку? Километров на тридцать. И взять с собой Виктора, может, он утешится? А что? Весна, погода хорошая, тепло… Только надо сначала спросить у профа. Вдруг он наметил на послезавтра маленькую победоносную войну.
Войну проф не наметил. Точнее, конечно, наметил, но не на послезавтра. Я ехидно, как только мог, попросил его не портить моим друзьям весенние каникулы — они начинаются через неделю. Проф серьезно сказал, что примет это во внимание при разработке планов на ближайшее будущее.
— Кстати, — заметил я, — не кажется ли вам, что ваш бедный племянник зря старается, занимаясь кемпо. Он вернется домой, и уж там его убедят не мучиться. И все пойдет прахом.
— Вполне возможно. А что? У тебя есть конкретное предложение?
— Это невозможно, это точно! Заключите с ним официальный договор, и так, чтобы синьора Будрио знала: Виктор продолжает заниматься, через год возвращается, и вы оплачиваете его достижения. Сами же говорили, что синьора Будрио приехала, потому что узнала, что вы разбогатели.
— Интересная идея, но нуждается в проработке.