Лот номер 69

– Согласна, – Стелла неожиданно улыбнулась в ответ. – Красный шёлк тебе подойдёт.
Однако вместо платья в пол, которое я ожидала, женщина вручила мне длинный кусок гладкой ткани.
– Что это? – удивилась я, смотря на красный шёлк в руках.
– Твой наряд, – ответила Стелла. – Заворачивайся, как душе угодно.
Я, недоумевая, посмотрела на неё. Это же просто кусок ткани и ничего больше. Она хочет, чтобы я была на аукционе в этом?
  
– Это традиция, – объяснила Стелла, видя мое недоумение. – У всех лотов одинаковая одежда – красный шёлк, но разное наполнение. Тебе нужно самой придумать, как правильно облачиться в нее, чтобы выгодно продать себя.
 
Глава 5
 
Оставалось пятнадцать минут до начала мероприятия, когда Стелла привела меня в помещение, до отказа забитое другими девушками. К нам навстречу вышел мужчина в чёрном костюме с бабочкой, и традиционно для этого заведения в маске.
– Эстелла, дорогуша, ну где вы пропадаете? Совсем скоро начнётся аукцион, а я никак не мог досчитаться последнего лота! – он манерно всплеснул руками, как типичный городской метросексуал. Никогда таких не любила. Возможно, я старомодна, но ничего не поделаешь. Мужчина должен быть мужчиной. Опорой, защитником, а не модником с ветром голове.
– Лот оказался слишком упрямым, – Стелла сложила руки на груди, а я недовольно покосилась на нее. – Съёмка не прошла вовремя, и вот результат. Кстати, ты видел снимки?
– Да. Отличный стайл, я тебе скажу, – мужчина недвусмысленно посмотрел на меня, а я смутилась от такого комплимента, потому что фотосессия была без одежды.
– Спасибо, – неловко улыбнулась я, поправив красный шёлк, который держался на теле на одном честном слове. Я замоталась в него, как в полотенце. Могла бы придумать что-нибудь оригинальнее, но от волнения в голове не было ни одной мысли. Хотелось только, чтобы все поскорее закончилось. – Когда мой выход?
– Ой, точно! – мужчина в маске дёрнулся с места, побежал к столу у стены, взял оттуда круглый значок с цифрой 69 и вернулся к нам. – Твой браслет на сегодня. Надевай.
Шестьдесят девять? Серьезно? Это же сколько мне ждать выхода?
Эмоции буквально отпечатались на моем лице, поэтому Стелла не смогла промолчать:
– Ради таких денег можно и потерпеть. Сходи, в конце концов, попей водички, посиди на диване… только советую не есть. Некоторые покупатели предпочитают использовать товар сразу после приобретения.
Я не хотела знать, что означает её последняя фраза, но что-то мне стало страшно. Есть я тем более не хотела. Да и не смогу, наверное, ещё долго. От воспоминаний о минете в машине хотелось содрать себе кожу во рту и заменить новой, лишь бы больше не вспоминать об этом унижении.
Вскоре помещение затихло, и из соседнего зала стали доносится обрывки речи ведущего. Я не могла разобрать слова из-за хорошей звукоизоляции, но предполагала, что вечер только начался. Дабы хоть как-то скоротать время, я села на диван рядышком с девушкой, на руке которой был номер 21.
– Как же долго… вот невезуха, – пробурчала она, едва я устроилась рядом. В полутьме помещения мне показалось, что девушка была взволнована не меньше меня. Я решила немного разрядить обстановку.
– Да что ты знаешь о везении? – склонила голову набок. Она глянула меня, затем на мой номер, и на лице, истинные черты которого были скрыты под толстым слоем макияжа, появилась ироничная ухмылка.
– Да, подруга… – протянула она, глянув на меня сочувствующим взглядом. – Очень сомневаюсь, что с последним номером можно поиметь хоть что-то…
– Последним? – возмутилась я. – То есть я выйду в тот момент, когда все желающие потратят деньги?
– Сечёшь фишку. Какой ты раз уже тут? – как бы невзначай поинтересовалась она, заправив рыжую прядь за ухо. Вопрос меня озадачил.
– В смысле, какой раз? Первый… – последнее слово произнесла с такой растерянностью в голосе, что девушка даже не стала ничего говорить, словно не хотела еще больше меня расстраивать. Однако мне уже было интересно, во что же я вляпалась. Кровь застучала в ушах, но я сумела побороть сильную тревогу и спросила: – А что, здесь можно продаваться постоянно?
– Ты же договор подписывала? – спросила рыжая, а я кивнула в ответ. – Читала его перед этим?
– Успела только первую страницу… – разбито произнесла я, ощущая, как сердце в пятки уходит. – Про пятьдесят процентов оплаты мне…
– А вторую страницу? Где сказано, что будет в случае, если тебя сегодня никто не купит?
– Н-нет, – запнулась я и впилась маникюром в ладони, чтобы больше так не делать. – Расскажи, пожалуйста.
– Если тебя никто не купит, то ты обязана будешь отработать затраты на твоё приготовление к аукциону, – пояснила девушка, а у меня камень с души упал. Причёску, макияж и даже фотосессию я, к счастью, потянуть смогу. Заметив перемены во мне, она добавила: – Ты не радуйся раньше времени. Фотки для портфолио и твой внешний вид – всего лишь верхушка айсберга. А дно такое – место на аукционе платное. Заключив договор, ты взяла в долг у клуба несколько сотен тысяч долларов. Я точную сумму не помню, потому что она для меня не важна. Тысячей долларов больше, тысячей меньше… в любом случае, цифра космическая, простой девушке в жизни не расплатиться.
Я опустила голову. Что же это получается? Хотела найти деньги на операцию, а сама попала в долговую яму? Да ещё к кому? К торговцам людьми? Мне стало так больно и неприятно, что пришлось закусить щеку изнутри, чтобы не расплакаться. Глаза намокли очень сильно, но я держалась из последних сил.
– Ты тоже, получается, на это попалась? – спросила я поникшим тоном, более не в силах смотреть ей в глаза.
– Я пришла сюда из борделя, так что мне нормально. Если меня не купят сегодня, то я просто вспомню молодость, так сказать, – слишком спокойно говорила девушка, закинув ногу на ногу. – Ну, придётся некоторое время посидеть взаперти, безвылазно обслуживая клиентов, да раз плюнуть! Так сказать, потренируюсь и снова на аукцион.
Она беспечно махнула рукой, а у меня закружилась голова. Я до сих пор с отвращением вспоминаю, как сосала член незнакомого мужчины, а тут разговор сразу о ежедневном обслуживании нескольких десятков в лучшем случае…
– А… если меня купят? – зацепилась я за вопрос. Может, в этом случае будет не все так плохо?
– Ну, значит, проведешь время в компании богатого папика, – широкая улыбка озарила ее лицо. – А потом обратно.
– Но я ведь… – я осеклась, закусила губу и продолжила: – Как отсюда выбраться?
Она усмехнулась моей наивности.
– Ну, примерно, никак, – девушка развела руками. – Да и не вижу смысла. Деньги есть, работа постоянная, богатые покровители, всё такое… если повезёт, когда-нибудь какой-нибудь сладенький папик покроет все долги и перевезет в съёмную квартиру где-нибудь поближе к его работе, и вот тогда заживёшь…
Она подперла подбородок рукой и мечтательно улыбнулась. По моей спине прошёл холодок. Я была в ужасе. Я просто не могла найти слов для того, чтобы справиться с закипающим во мне гневом. Подняв глаза, я нашла Стеллу, стоящую в сторонке, наблюдающую за толпой собравшихся девушек, и решила, что не дам себя в обиду. Буду стоять за себя до конца, несмотря на совершенную ошибку. Не надо было соглашаться давать номер и садиться в незнакомую машину.
Резко встав с дивана, я сжала руки в кулаки и подлетела к Стелле.
– Я отказываюсь участвовать во всем этом, – прошипела я так громко, что некоторые девушки обернулись на нас. Лицо Стеллы, по крайней мере, нижняя его часть, исказилась в гневе, который она тут же подавила.
  
– Как это понимать? – надменно спросила она.
– Прямо, – процедила я. – Я отказываюсь выходить на аукцион. Я отказываюсь от договора.
Стелла смерила меня презрительным взглядом и положила руку на плечо. Больно сжала, заставив прошипеть и попытаться оторвать её ладонь от тела. Хватка у неё была железной.
– В таком случае, нам стоит обслужить сложившуюся ситуацию с Робертом, как считаешь?