Безумная одержимость (ЛП)

 Я ласкала его языком, издавая хриплые звуки одобрения, будто это единственная страсть в моей жизни. И это начинало ощущаться. Жар расцвел в моем животе, двигаясь ниже, волной, заставляя меня сжать бедра вместе, чтобы облегчить боль. Его рука сжалась на телефоне, напряжение в нем нарастало до крещендо, которое я умирала от желания увидеть.
 — Da, (прим.пер: Да) — сказал он тому, с кем разговаривал, раздраженно. — Ya slyshal vas. (прим.пер: Я слышал тебя)
 Я провела языком по его головке, а затем, наконец, взяла глубоко в рот, подняв на него свой полузакрытый, полный похоти взгляд.
 — Блядь.
 Он отбросил телефон в сторону, а затем схватил мое лицо двумя грубыми руками, поглаживая мою щеку большим пальцем, будто я была чем-то особенным, чем-то драгоценным.
 Это на мгновение заставило меня замолчать. Грубая волна тепла замерцала в моей груди. Только позже я поняла, что именно в этот момент появились первые проблески преданности и началось мое падение.
 —Voz’mi menya glubzhe, (прим.пер: Возьми меня глубже) — прохрипел он.
 Он взял мое лицо и медленно скользнул глубже. Мои глаза заслезились, и я не могла дышать, когда он достигал моего горла, но оставалась неподвижной и позволяла ему трахать мой рот. Потому что я хотела, чтобы он использовал меня так, как хочет. Потому что я хотела быть всем, что ему нужно.
 — Куда я могу кончить, malyshka? (прим.пер: Малышка) — спросил он. — В твой рот?
 Я моргнула в знак согласия.
 Его стон вырвался из низкого горла, превратившись в хриплый звук, когда он кончил мне в рот. Я сглотнула и облизнула губы, моя кожа стала горячей под жаром его взгляда. Теперь я поняла, почему девушки падают на колени, не ожидая ничего взамен, потому что, каким бы унизительным ни казался этот поступок, ничто не ощущалось более сильным, чем доведение такого мужчины до грани контроля.
 — Takaya krasivaya (прим.пер: Такая красивая) — выдохнул он, проводя большим пальцем по моей нижней губе.
 Я хотела спросить его, что это значит, но остановила себя, прежде чем вопрос успел сорваться с губ. Я не хотела этого знать. Я была уверена, что сегодня вечером нам придет конец, как только я стану еще одной третьей, и я знала, что эти два слова только укрепят привязанность, которую я, казалось, строила к нему.
 Он натянул трусы на размягчающуюся эрекцию и застегнул брюки. Тихий визг вырвался у меня, когда он внезапно поднял меня за бедра и усадил на островок. Неожиданный прилив нервов поразил меня. Однажды я уже была голой в его квартире — в конце концов, это не оставило меня в хорошем настроении.
 — Ты не закончил свой телефонный разговор, — выдохнула я, когда он стянул мои трусики вниз по ногам.
 — Ложись на спину и раздвинь ноги.
 — Разве ты не собираешься сначала поцеловать меня?
 Я моргнула, глядя на него.
 Мое сердце горело, когда он действительно сделал это. Он обхватил меня сзади за шею и прижался ртом к моему, наши языки заскользили друг по другу. Глубокая, пустая боль запульсировала между моих бедер, и я знала только одно, что могло бы облегчить ее. Я застонала, зарылась пальцами в его волосы и поцеловала его глубже.
 — Такая жадная, — прошептал он мне в губы.
 Его рука скользнула мне между ног. Когда он ввел в меня два пальца, я застонала и откинула голову назад.
 Он прижался губами к моей шее и издал грубый звук.
 — Ты вся мокрая.
 Он ущипнул меня за горло, словно злился на меня за это. Выскользнув из меня пальцами, он распространил мое возбуждение вокруг. Затем схватил меня за бедра, рывком поднял их к плечам и прижался лицом к моим ногам. Я упала обратно на островок и закрыла глаза, когда удовольствие пронзило меня, наполняя кровь адом.
 Я дрожала и извивалась, когда он лизал и сосал вокруг моего клитора, пока я не стала находится в таком отчаянии, что продала бы своего первенца, чтобы получить желаемое. Я легонько ударилась головой о поверхность, застонала, испуская разочарованные, нуждающиеся вздохи.
 
 Он отстранился.
 — Расскажи мне, почему ты использовала парня на том званом ужине.
 Теперь я знала, чем закончится игра этого ублюдка.
 — Боже, я ненавижу тебя, — выдохнула я.
 Он не ответил, потому что снова принялся меня мучить.
 — Мой папа звонил мне, — выпалила я. — Мне нужно лететь домой, в Чикаго, на свадьбу кузины.
 Я была слабой, слабой девушкой.
 — Когда?
 — В Субботу.
 Я избегала думать об этом так долго, как только могла, но теперь это было здесь. Я знала, что если не покажусь, то папа прилетит и приведёт меня, как и обещал.
 Все, что потребовалось для оргазма, чтобы сильно меня потрясти, это его рот, двигающийся по моему клитору. Свет выстрелил за моими глазами, тепло сжалось в моей сердцевине и высвободилось. Я застонала, зарывшись пальцами в его волосы, пока плыла по остальным волнам.
 Он отстранился, его глаза потемнели, и он вытер рот тыльной стороной ладони.
 Действие было таким первобытным и горячим, что во мне вспыхнула новая волна похоти. Я вдруг так сильно захотела его внутри себя, что не могла думать ни о чем другом. Я соскользнула с островка, провела рукой по его уже твердому члену и поцеловала его грудь через рубашку.
 Легкая дрожь пробежала по его телу. Он запустил руку мне в волосы и поднял мой взгляд.
 — Я не собираюсь трахать тебя сегодня. У меня нет времени.
 Выражение моего лица упала.
 За простой факт отказа. Но было и нечто более глубокое. Если я не покончу с ним сейчас, я никогда не смогу забыть его настолько, чтобы двигаться дальше, найти другого мужчину, который меня заинтересует.
 Копаясь в своих чувствах, я забыла об одном важном факте. Кристиан был настолько проницателен, что с таким же успехом мог читать мысли. И я была уверена, что он прочитал мои мысли на моем лице.
 Его глаза сузились, прежде чем он потянулся за пиджаком, лежащим на спинке стула.
 — Ты слушала сплетни?
 Я пожевала губу.
 — Иногда сплетни просто падают тебе на колени...
 Он натянул пиджак, небрежно, но как-то пугающе.
 — Ты в них веришь?
 Мой пульс задрожал, как натянутая струна. Я не сказала ни слова, потому что мне не нужно было, чтобы он знал, что я верила.
 Он поправил манжеты, сосредоточив взгляд на своей задаче, но что-то темное обвивалось в нем, как веревка.
 В животе у меня похолодело. Я двинулась, чтобы сделать шаг назад, но не сделала этого. У меня вырвался вздох страха, когда его рука метнулась вперед и схватила меня за горло. Я была приучена ожидать худшего от мужчин с самого раннего возраста, и мое сердце загрохотало в груди, пока я ждала, что он сделает.
 Я ожидала боли.
 Настолько, что шок и тепло сотрясло меня, когда он притянул меня ближе к горлу и поцеловал. Сладкое прикосновение к моим губам, а затем мягкий укус зубами.
 Он прижался губами к моему уху, проводя большим пальцем по трепещущему пульсу на моем горле.
 — Я скажу, когда все закончится, Джианна.
 Он отпустил меня, и я повернулась, чтобы посмотреть, как он направляется к двери.
 — Я полечу с тобой в Субботу.
 Я даже не могла запротестовать, потому что все еще была потрясена и стояла с широко раскрытыми глазами.
 — Вылетаем в девять, — сказал он.
 А потом закрыл за собой дверь.
 
Глава 23
 
Кристиан
 
 Мои глаза сузились.
 — Что на тебе надето?
 Джианна посмотрела на свое скромное серое коктейльное платье и короткие белые туфли на каблуках, безуспешно пытаясь поправить выбившийся из французского пучка локон. Затем она взглянула мне в глаза и сказала:
 — Разве это не очевидно? Я пытаюсь превратить себя в девушку, которую ты мог бы полюбить.
 Я не знал, почему сарказм в ее голосе раздражал меня до чертиков.
 — Нет.
 Она приподняла бровь.
 — Нет?
 — Именно это я и сказал, Джианна. Иди надень что-нибудь другое.