На Литовской земле (СИ)

— Вы и правда одарены не только как полководец, — покачал головой Сапега, — но и как политик. Литва в вашем лице потеряет весьма сильного князя, который мог бы привести её к подлинному величию.
Кажется, в голосе его не было и тени иронии, лишь сожаление об упущенных возможностях.
— Вот поэтому и возвращаюсь домой, — ответил ему я. — Я русский человек, московит, если вам, Лев Иваныч, так угодно, не литовец и тем более не литвин. Здесь мне всё чужое: и это платье, вроде и похожее на русское, и отличное от него, и язык, что звучит похоже, но иначе. — А ведь я за эти полгода уже начал вполне сносно изъясняться на здешнем языке, не просто понимать, но говорить мог свободно, да и думал порой на литовском. — Я много сделал для Литвы, Лев Иваныч, но куда больше должен сделать для Родины.
  
— Но ведь здесь вам благодарны, — возмутился он, — а на Родине отправили в опалу! И это после того, как вы спасли царя и столицу!
— Родина, Лев Иваныч, она как мать, — пожал плечами я. — Какая бы дурная ни была, а она родила тебя, и потому её любишь всё равно. И когда она истекает кровью, не можешь оставаться в стороне.
Лев Сапега пробурчал себе под нос что-то про московитов, которых ему никогда не понять, но дальше спорить не стал. Слишком хорошо знал меня, а потому предпочёл откланяться и заверил на прощание, что в Литве моих заслуг никогда не забудут.
Я же отправился спать, и уже лёжа в кровати, думал вовсе не о Литве и её судьбе, не о том, как вернусь в Русское царство и что там застану, а о том, что скоро смогу сбрить опостылевшие уже усы.
Конец
март — сентябрь 2025 года
[1] Врага рода человеческого (лат.)