Фаберже 1 (СИ)

Телефон снова зазвонил. «Ведомости» хотели получить эксклюзивное интервью. Потом «Фонтанка» с вопросами о планах семьи. Затем радио «Ниеншанц» с просьбой выйти в прямой эфир…
— Студенческие паблики тоже разделились, — сообщила Лена, продолжая мониторить интернет. — Одни требуют справедливости для мастеров и реформы закона об артефакторике, другие говорят о коррупции в Департаменте и подкупе чиновников…
  
— Хотя бы не обвиняют нас во всех смертных грехах, — философски заметил я.
К обеду ситуация начала принимать анекдотичные формы. В сети появились мемы с Пилиным в образе предателя и нашей семьёй в роли жертв системы. Весьма смешные, к слову.
К вечеру накал страстей достиг апогея. В сети появились целые конспирологические теории. Обсуждали мотивы, строили схемы, вычисляли выгодоприобретателей. И свели всё к тому, что Пилин был агентом инопланетной цивилизации, которая нуждалась в самоцветах. Пересказывать эту чепуху и без того впечатлительным родственникам я, конечно же, не стал.
Василий Фридрихович нервно расхаживал по гостиной.
— Слишком много внимания, Саша, — говорил он, потирая виски. — Боюсь, это может нам навредить. Лучше бы всё прошло тихо…
— Ты не прав, отец, — возразил я. — Это лучшая реклама, которую можно придумать. О нас снова говорят. Фамилия Фаберже у всех на слуху. Главное — правильно использовать момент.
— Но репутация…
— Хуже точно не будет. Мы из злодеев превращаемся в жертв несправедливости. Такой образ всегда вызывает симпатию.
Лидия Павловна, молчавшая до этого, подала голос:
— Саша прав, Василий. Лучше быть в центре внимания по хорошему поводу, чем сидеть в тени и ждать, когда о нас забудут.
После ужина, когда журналистский ажиотаж немного поутих, мне пришло сообщение от Самойловой.
«Александр Васильевич, зайдите на мой аккаунт через полчаса. Выхожу в прямой эфир. Думаю, вам будет интересно посмотреть…»
  
Глава 18
 
(бонус)
 
Интригующе. Я показал сообщение Лене.
— Начинает прогрев? — спросила сестра.
— Скорее всего. Момент выбран идеально — все говорят о нашем деле, а тут появляется влиятельный блогер с загадочными намёками.
— Посмотрим, что у неё получится.
Я включил трансляцию на планшете. Лена принесла нам по кружке чаю и устроилась рядом, приготовившись фиксировать реакцию аудитории.
Самойлова появилась в кадре в домашней обстановке — уютная комната, мягкое освещение, она сама в элегантном домашнем платье. Профессионально созданная атмосфера доверительной беседы. Девушка сидела за туалетным столиком и наводила марафет.
— Привет, дорогие подписчики! — начала она с обычной улыбкой. — Сегодня такой насыщенный день… Вы, наверное, уже видели новости о деле Фаберже?
Комментарии посыпались мгновенно:
«Алла, ты что-то знаешь?»
«Расскажи подробности!»
«Они действительно невиновны?»
— Смотри, сколько людей онлайн, — шепнула Лена, указывая на счётчик. — Минуты не прошло, а уже десять тысяч зрителей…
Самойлова мастерски выдержала паузу, позволяя комментариям накопиться.
— Знаете, я всегда чувствовала, что в этом деле что-то не так, — сказала она наконец, покачав головой. — Слишком уж всё было странно… Такие мастера, такая репутация, сто пятьдесят лет искусства — и вдруг такой прокол?
Аудитория оживилась ещё больше:
«Алла права!»
«Всегда говорила то же самое!»
«Кто-то хотел их убрать!»
— Пятнадцать тысяч зрителей, — прошептала Лена. — Растёт быстро.
Самойлова словно невзначай подняла руку, демонстрируя браслет — один из наших готовых образцов. В свете ламп серебро и камни играли особенно эффектно. Она даже свет выставила именно так, чтобы камни сверкали.
Комментарии буквально взорвались:
«ЧТО ЗА БРАСЛЕТ⁈»
«Это у кого новая коллекция?»
«Алла, не томи!»
«Откуда такая красота?»
— Двадцать пять тысяч, — сообщила Лена. — И продолжает расти. Господи, уже тридцать…
Самойлова загадочно улыбнулась в камеру.
— Потерпите немножко, дорогие, скоро всё узнаете.
Она сделала паузу, позволяя интриге достичь пика.
— Следите за новостями, мои дорогие. И за моими эфирами тоже. Обещаю — скучно точно не будет! А пока напишите, чем вы пользуетесь на ночь, чтобы убрать отёки. А то в последние дни я по утрам похожа не пойми на кого…
Самойлова продолжала общаться с аудиторией, показывала какие-то банки и косметику. По нашей теме больше ничего существенного не было. Эфир завершился, но комментарии продолжали сыпаться ещё несколько минут.
— Триста тысяч просмотров за полчаса, — подвела итог Лена. — Больше десяти тысяч комментариев. Я не настолько глубоко погружена в тему, но думаю, что это отличные показатели…
Телефон зазвонил — мне набрала сама Самойлова. Лена сунула нос в чашку, делая вид, что её в комнате не было.
— Алла Михайловна, добрый вечер.
— Ну как? — спросила Самойлова без предисловий.
— Профессионально, — признал я. — Интрига создана, аудитория явно заинтересована. Когда планируете следующий эфир?
— Завтра вечером. Немного поговорим о вас, но без подробностей. Нужно держать людей в напряжении.
— Согласен. Главное — не переборщить с загадочностью.
— Не переборщу, уж поверьте. Катерина уже анализирует реакцию аудитории, завтра скорректируем подачу. Хорошего вечера, Александр Васильевич.
Положив трубку, я обернулся к Лене.
— Думаю, кампания стартовала успешно.
— Думаю, Самойлова на тебя запала, — ответила сестра.
— С чего ты решила?
— С того, что графиня, блогер-миллионник и одна из самых завидных невест Петербурга звонит тебе сама!
Ну, это, конечно, нетривиальный случай, согласен.
— Сдаётся мне, Самойлова просто очень хочет свой браслет.
Лена лишь громко фыркнула в кружку, отчего несколько капель попали ей на лицо. Я усмехнулся и подал ей салфетку.
Сестра со смехом взяла её и вытерлась. Она тоже немного расслабилась, я видел это. Да, работы стало вдвое больше, все мы почти не спали. Но этот проект вытащил семью из уныния. А это — главное.
* * *
Завтраки постепенно превращались в подобие оперативного совещания. Семья собиралась за столом не столько ради еды и кофе, сколько ради обсуждения текущих дел — слишком много всего происходило одновременно.
Хотя кого я обманываю? Сначала всегда был кофе.
— Вчерашняя партия элементов вышла значительно лучше предыдущей, — докладывал Василий Фридрихович, делая бутерброд для матушки. — Выход годной продукции достиг восьмидесяти семи процентов. Ещё пара дней — и выйдем на запланированные девяносто.
— Проблемы были? — спросил я, наливая себе кофе из турки.
— Несколько самоцветов показали нестабильный магический фон, — отец поморщился, будто от зубной боли. — Три агата и два сердолика. Внешне идеальные, огранка правильная, а магия… скачет. То работает нормально, то глохнет.
— Откуда камни? — уточнила Лена, делая пометку в своём неизменном блокноте.
— Из той екатеринбургской партии. Остальные самоцветы оттуда в порядке, так что не думаю, что это системная проблема поставщика.
— Но я всё равно напишу им. Пусть усилят контроль качества.
Лидия Павловна нахмурилась:
— Качество превыше всего. Один провал — и репутация, которую мы только начали восстанавливать, снова полетит в тартарары. Урок с императорскими артефактами был более чем наглядным. У нас больше нет права на ошибку.
— А как с остальными материалами? — спросил я. — Золото, платина, серебро?
— Запасов хватит ещё на две недели работы при текущих темпах, — отчиталась она же, пролистав несколько страниц блокнота. — Потом придётся делать новый заказ. Уже подобрала надёжных поставщиков.
  
— Цены? — поинтересовался я.
— В пределах разумного. Торговалась где могла, получилось неплохо.
Умничка. Лена оказалась прирождённым снабженцем — умела и торговаться, и выбирать качественный товар, и проверять документацию.