В интересах государства. Дакия (СИ)

Один из хранителей обернулся.
— Все готово, милостивейшая государыня. Можем начинать.
Великая княгиня на миг застыла, словно собиралась с мыслями. А затем вскинула голову, выпрямилась и решительно зашагала к артефакту.
— Прошу, отойдите, — сказала она Воронцову. — Сила Великого осколка слишком своеобразна, и я не хочу, чтобы вас задело.
Воронцов послушно отступил к деревьям. И оттуда он наблюдал за тем, как эта хрупкая невысокая женщина без страха обеими руками прикоснулась к мерцающим граням странного камня. Вздрогнула. Казалось, даже вскрикнула, но рук не отняла.
Осколок заворчал, зарокотал, завибрировал так, что с цветущего куста дождем посыпались белые лепестки. Ксения Константиновна не отрывала рук. Ее окутало темное сияние, больше походившее на дым или туман. Оно искрилось мириадами мелких разноцветных звездочек, и казалось, что этот эфир проходил сквозь тело женщины.
А затем Осколок ярко вспыхнул, и темный туман пропал.
Великая княгиня обернулась к Сергею, и он отшатнулся. Ее глаза были похожи на звездное небо — белки и зрачки заволокло темным, и в них светились те самые искры.
— Вы… Вы в порядке, милостивейшая государыня? — Робко спросил Воронцов.
— В полном, ваше сиятельство.
Женщина обернулась к хранителям.
— Никого не впускать в Зимний сад. Усилить охрану. Мы переместим Великий Осколок в другое место в целях безопасности. Начните подготовку к перемещению.
Хранители синхронно поклонились.
— Как прикажете, госпожа.
А затем она обернулась к Воронцову.
— Мы созываем Малый совет, — она вытащила из внутреннего кармана пиджака небольшой конверт. — Передайте это канцлеру, как только он явится. Это список одаренных семей, которые отныне лишены права владеть Осколками. Пусть процесс изъятия начнется сегодня же.