Магия беды

– Кирк.
Ее сестра поковыряла отсутствующий ноготь на большом пальце.
– Хорошо, но тебе придется провести с ним серьезный разговор перед ритуалом.
– Я поговорю. И он будет не против. Обещаю. – Мерси обрадовалась, что ее голос прозвучал уверенно, потому что интуиция была не столь убедительна. Она оттолкнула это чувство. «Серьезно, у нас нет выбора». – Как насчет того, чтобы встретиться с Джексом и Кирком завтра после футбольной тренировки? Мы скажем им, что хотим встретиться с ними обоими. Сама знаешь, Кирк ненавидит выглядеть неженкой перед другими парнями. Надеюсь, это сделает его достаточно сговорчивым, и он выслушает нас.
Хантер открыла рот, чтобы заговорить, но Зена опередила ее.
– Будьте крайне осторожны в том, что рассказываете этим мальчишкам. Сообщите им только то, что от них потребуется, чтобы установить цели для усиления и исцеления деревьев. Им не нужно знать истинную историю Гудвилля. Не следует знать о вратах.
– Но, Зена, разве не проще будет ввести их в курс дела…
– Нет! – Глаза кошки вспыхнули желтым, а волосы вздыбились, когда она встретилась взглядами с девочками, и вся нежность исчезла с ее лица. – Я охраняла и берегла ведьм Гуд на протяжении нескольких поколений. Современным жителям этого не понять. Однажды Сара Гуд сбежала из-за невежества и истерии. Та трагедия не может повториться. Вы меня поняли?
– Да, Зена, – в унисон проговорили девочки.
Зена вздохнула и приподняла руки, чтобы погладить сестер по щеке.
– Простите, что приходится быть строгой с моим котятами, но вы должны прислушаться ко мне. Чем меньше они знают, тем лучше.
– Мы скажем лишь то, что поможет установить намерения, – сказала Мерси.
– Не волнуйся, Зена. Мы будем осторожны, – добавила Хантер.
– Отлично. А теперь я хочу спать. Мне нужно принять ванну и съесть пару-тройку трюфелей с семенами кошачьей мяты. – Зена поднялась на ноги и откинула свои волосы назад. – Увидимся утром, мои милые котята. – И наклонилась, лизнув каждую из сестер в лоб, после чего с кошачьей грацией удалилась вверх по лестнице.
Девочки обменялись взглядами.
– Иногда ее бывает слишком много, – прошептала Мерси.
– Иногда? – съязвила Хантер с улыбкой. – Я напишу Джексу, что хочу встретиться с ним после тренировки.
– Хорошо, напишу Кирку через секунду. Хочу удостовериться, что прочитала все части ритуала Сары. – Мерси просмотрела оставшуюся часть страницы, составляя на телефоне список необходимых вещей: подношение для каждого и инструменты, чтобы пролить кровь. Мерси прикусила губу. «Маленькие ритуальные ножи? Где, черт возьми, мне их достать?»
Она перевернула страницу, добравшись до конца заклинания, которым заканчивался и сам гримуар. Когда она закрывала книгу, ноготь зацепился за уголок чистой страницы, приклеенной к внутренней стороне задней обложки. Подцепив угол, Мерси осторожно отклеила лист от картонной обложки. Под ним оказалось стихотворение, и этого не вызвало удивления. Гримуары Сары были полны стихов, хотя большинство из них записывались на полях рядом с заклинаниями. Их прародительница определенно была начинающей поэтессой. Будучи не поклонницей поэзии, Мерси обычно быстро просматривала другие стихи Сары, сосредотачиваясь в основном на колдовских заклинаниях. Но именно этот стих чем-то привлек ее внимание. Он был выведен, судя по всему, рукой Сары, но буквы размазались из-за чего-то, что приклеило лист к обложке. Проведя пальцами по странице, Мерси прищурилась, чтобы разобрать слова.
 
 
 
 Однажды день забвенья настанет, 
 
 Болезнь деревья разом поразит. 
 
 Их серой гнилью корни задурманит, 
 
 И тьмою вечной листья окружит. 
 
 И ярость смерти все вокруг захватит, 
 
 И ведьмы Гуд не смогут им помочь — 
 
 Им много силы вылечить не хватит 
 
 И защитить деревья будет им невмочь. 
 
 Врата останутся по-прежнему открыты, 
 
 Пока не будет божество истреблено. 
 
 Минуя время, станут вновь они закрыты, 
 
 Как только бремя будет вновь одолено. 
 
 
У Мерси перехватило дыхание, когда ее взгляд снова и снова пробегал по строчкам. «Как долго это стихотворение – это пророчество – было приклеено к обложке старой копии и никем не замечалось? Неужели раньше, в других копиях древних гримуаров, никто и никогда не обратил внимание на то, что один из стихов Сары предвещал крах врат?» В глубине души Мерси Энн Гуд знала правду, и это вызывало у нее тошноту.
– Что это, Мэгс?
Уставившись на написанные давно умершей прародительницей слова, Мерси сказала первое, что пришло ей в голову.
– Я не хочу, чтобы ты на меня злилась.
Хантер присела на диван рядом с сестрой и повернулась лицом к Мерси.
– Злилась на тебя? О чем ты говоришь? Мы можем рассказывать друг другу обо всем. И если речь пойдет о Кирке, я обещаю не злиться. Просто выслушаю.
– Нет, это не про Кирка. – Мерси прочистила горло. – Дело в больных деревьях и вратах. Я… эм-м… довольно много размышляла о том, что стало причинной их болезни, что отличает нас от поколений, живших до нас.
Хантер кивнула.
– Да. Я тоже.
– Есть одна мысль, к которой продолжаю возвращаться. Я ничего не говорила, потому что боялась расстроить тебя, и могу ошибаться. Я хочу ошибаться. Но я наткнулась на запись Сары, которая заставила меня убедиться в своей правоте. – Мерси прикусила щеку и выпалила: – Хан, что если все началось из-за того, что ты выбрала Тюра вместо богини?
Яркие бирюзовые глаза Хантер сузились, и ее рука автоматически схватила талисман.
– Если бы Тюр был проблемой, мама бы знала, остановила бы меня от этой ошибки.
– Я постоянно себя в этом убеждаю, но что если Эбигейл не знала? Что если ни одна ведьма Гуд не знала об этом, потому что никогда с таким не сталкивалась?
– Нет, – твердо произнесла Хантер. – Это не так.
– Хан, просто прочти это. Я только что нашла этот стих на листе, приклеенном к обложке гримуара Сары, и кто знает, как долго он там пробыл. Обычный стих, но в нем заложено гораздо больше. Будто предупреждение или даже пророчество, которое начинает воплощаться в жизнь. И в котором довольно четко сказано, что проблема в боге, а не богине. – Мерси взяла копию старого гримуара и протянула ее Хантер, но сестра встала и оттолкнула книгу от себя, отказываясь даже посмотреть.
– Я не буду читать давнишнюю чушь, которую ты нашла, чтобы оправдать свои выдумки. Тюр – мой бог. Мы близки с ним, в отличие от тебя и Фрейи.
Мерси отпрянула, будто Хантер ударила ее.