Непокорная невеста, или Аджика по - попадански (СИ)

Я погнал коня вперед, сквозь темный лес, сквозь тьму и страх, молясь всем богам, известным и неизвестным, чтобы она выжила. Молясь, чтобы она осталась со мной.
– Аэлита, пожалуйста, не умирай, – шептал я, сжимая ее в объятиях. – Я люблю тебя. Ты моя жизнь. Без тебя меня не будет. Не оставляй меня, прошу тебя. 
По дороге мне попалась телега. И растерзанное тело старухи. Вернее, я полагаю, что это было она, потому что узнать ее было уже невозможно. Но я не остановился ни на миг. Мне было плевать на все, только бы Аэлита была жива. 
  
Я чувствовал, как ее тело слабо дрожит в моих руках, как ее дыхание становится все слабее и слабее. Надежда теплилась во мне, как крошечная искра в кромешной тьме, но я боялся, что эта искра вот-вот погаснет. Я не сдамся. Я спасу ее. Я должен спасти ее. Потому что она моя Аэлита. Потому что она моя жизнь. Потому что без нее нет и меня. 
  
Эпилог
 
Прошло полгода с той страшной ночи в лесу. Полгода, за которые страх постепенно отступал, словно утренний туман, оставляя место не только надежде, но и сладкому предвкушению счастья, словно я вот-вот должна была вкусить сочный спелый плод. Сегодня был особенный день, день, который должен был навсегда изменить мою жизнь. В моем родительском доме царила приятная суета, словно в улье: слуги сновали туда-сюда, украшая комнаты гирляндами из цветов, стремясь создать атмосферу сказки, повара колдовали на кухне, источая умопомрачительные ароматы, – ведь сегодня моя свадьба. Моя свадьба с мужчиной, которого я любила всем сердцем.
Да, меня вернули домой, но обстоятельства были уже другие. Я долго приходила в себя после того зелья, которым опоила меня старуха Берта. И все это время рядом со мной неотступно был Арион, несмотря на то что и ему знатно досталось в схватке с волками. Теперь у него на щеке был глубокий шрам, который напоминал мне о той роковой ночи. 
Я стояла у открытого окна своей комнаты, вдыхая свежий морозный утренний воздух, и краем глаза поглядывала на свое отражение в зеркале. Кружевное платье, расшитое жемчугом и серебряными нитями, словно сотканное руками фей, идеально подобрано по фигуре, подчеркивая талию и открывая плечи. Мои волосы, тщательно уложенные, украшала тонкая диадема, усыпанная мелкими бриллиантами, которые сверкали, как капли росы на солнце. Я чувствовала себя одновременно взволнованной, словно птица перед первым полетом, и уверенной в себе, словно королева, вступающая на трон.
На подоконнике, грациозно постукивая когтями по дереву, сидел Геннадий и тщательно чистил свои черные блестящие перья, будто готовясь к важному выходу в свет.
– Ну что, новости есть? – спросила я, улыбаясь ему. Его присутствие всегда успокаивало меня, напоминая о дружбе и верности. 
Геннадий прекратил прихорашиваться и повернул ко мне свою умную голову, словно прислушиваясь к невидимым голосам.
– Передал я твое приглашение семейству Марты, – прокаркал он, слегка наклонив голову набок. – Но Марта сказала, что не сможет приехать, не чувствует себя достаточно… прилично, что ли, среди всей этой знати. Говорит, не умеет вести себя в высшем обществе.
Я вздохнула, предчувствуя это. Марта, добрая, но простая женщина, действительно будет чувствовать себя неловко в обществе холеных аристократов, привыкших к шелкам и изысканным манерам.
– Но я взял на себя смелость, – продолжил Геннадий, приосанившись. К слову, Марта и ее семья очень спокойно отреагировали на то, что Геннадий оказался говорящим. Томми был больше все в восторге от этого. – И пригласил их всех после свадьбы, когда ты уже переедешь в дом мужа и будешь там распоряжаться как настоящая хозяйка. Сказал, что им стоит навестить тебя, когда ты освоишься и начнешь принимать гостей. Уверена, что в твоем доме и Марта почувствует себя увереннее.
– И? – с нетерпением спросила я, мысленно хваля Геннадия за его тактичность.
– И Марта сказала, что обязательно приедет вместе с Джоном и Томми. Сказала, что не может пропустить такое событие, как твой переезд в новое гнездышко.
Я улыбнулась. Знала, что у Геннадия получится ее уговорить. Он умел быть убедительным, особенно когда хотел произвести впечатление на дам.
– Спасибо, Геннадий, ты лучший, – сказала я, подойдя к нему и погладив его по голове.
– Да не за что, я же для тебя стараюсь, – прокаркал он, довольно подставляя голову и прикрывая глаза от удовольствия. – Но вот что мне интересно… почему ты так уверена, что свадьба вообще состоится? Все эти аристократические интриги… Я не понимаю этих людей. Они как змеи в террариуме, вечно шипят и плетут заговоры.
Я усмехнулась. Конечно, Геннадий не мог понять сложности человеческих отношений и мотиваций. Его мир был гораздо проще и понятнее.
– Я уверена, что Арион пойдет на все уступки и заключит этот контракт. Он любит меня, Геннадий, и ради меня готов на многое. Я это чувствую.
Я оглядела себя в зеркале, поправила прядь волос, упавшую на плечо, и взяла с комода несколько листов бумаги, исписанных моим неровным почерком. Мои планы по завоеванию мира начинались с малого – с аджики.
– Мне пора, – сказала я Геннадию, вздохнув. – Жених, наверное, уже приехал.
Я уже собиралась выйти из комнаты, когда дверь распахнулась с недовольным скрипом и вошла моя мать, леди Вердена. Заметив Геннадия на подоконнике, она поморщилась и попыталась его прогнать.
– Кыш отсюда, мерзкая птица, – зашипела она, брезгливо морща нос.
– Матушка, не смей! – резко сказала я, останавливая ее жестом руки. Я не позволяла никому обижать Геннадия. – Не трогай Геннадия. Он мой друг.
Леди Вердена недовольно скривилась, но отвернулась, не желая спорить со мной в такой важный день. Ей было не до воронов, когда на кону стоял удачный брак для ее дочери.
– Жених приехал, – бросила она и вышла из комнаты, оставив меня наедине со своими мыслями.
Я, ликуя, крепче сжала в руке бумаги и бросилась к двери.
– До встречи, Геннадий! – крикнула я на прощание, махнув ему рукой.
Ворон каркнул в ответ и, взмахнув крыльями, вылетел в окно, исчезнув в голубой дымке утра.
Я спустилась по лестнице, перепрыгивая через несколько ступенек, и, запыхавшись, прибежала в гостиную. Там меня ждал Арион. Он стоял у окна, погруженный в свои мысли, словно зачарованный видом расстилающегося перед ним пейзажа.
Увидев меня, он улыбнулся, и я почувствовала, как мое сердце забилось быстрее, словно крошечная птичка, пойманная врасплох. Он был невероятно красив, в темно-синем костюме из тонкой шерсти, с расправленными плечами и с искорками любви в глазах, которые выдавали его истинные чувства. Он хотел меня поцеловать, но я остановила его жестом руки, играя по своим правилам.
– У нас сегодня деловая встреча, Арион, а не свидание, – сказала я, стараясь говорить серьезно, хотя мои глаза светились любовью и обожанием.
Он спрятал лукавую улыбку в уголках губ, но кивнул, принимая мои правила игры. Он знал, что во мне живет не только романтичная девушка, но и предприимчивая бизнес-леди.
Я разложила перед ним листы бумаги, которые принесла с собой.
– Это бизнес-план, – пояснила я, указывая на графики и расчеты. – Я хочу, чтобы после свадьбы я открыла консервный завод. Чтобы о моей аджике знало все королевство.
Арион удивленно поднял брови, разглядывая меня с любопытством.
– Консервный завод? Аджика? 
– Ну да, не зря же я сохранила мои чудесные семена! С такой скоростью ни один сорт не вырастет. Ты представляешь, какую прибыль мы получим!
  
Он рассмеялся и взял меня за руку, целуя мои пальцы один за другим. 
– Для тебя я сделаю все что угодно, Аэлита. Я сделаю так, чтобы о твоей аджике узнал весь мир. Но откуда у тебя такой удивительный рецепт? Когда я попробовал ее впервые, то подумал, что теперь не смогу без нее жить, – и мужчина рассмеялся. 
Я замялась, не решаясь открыться ему. Боялась, что он подумает, что я сумасшедшая. Но я любила его и, несмотря на всю абсурдность ситуации, доверяла ему.