Как улучшить дракона. Если он тот еще ящер (СИ)
Он не закончил фразу, но и не нужно было. Я видела всё в его глазах — боль, страх потери, и глубокое, искреннее чувство, которое он больше не мог скрывать. Значит, вот она какая, помолвка с нормальным мужчиной вместо этих чешуйчатых и других чудаков с кадками? Вот он какой, сдержанный Тиар.
Я подняла руку и мягко коснулась его лица. Моё сердце билось так громко, что, казалось, весь город мог слышать этот звук.
— Я не вернусь к Латору, — сказала я тихо. — Никогда. И не только из-за гордости или обиды. А потому что моё сердце... оно здесь. С тобой.
Глаза Тиара расширились, в них промелькнуло недоверие, сменившееся робкой надеждой:
— Лиралин... ты уверена? — его голос слегка дрогнул. — Я не хочу, чтобы ты чувствовала себя обязанной ответить... Мы говорили о свадьбе. Но это немного другое. Это…
Я улыбнулась:
— Конечно, другое. Видано ли это, чтобы два предпринимателя женились по любви.
Он тихо рассмеялся, напряжение начало покидать его плечи:
— Да, действительно.
— Ты меня любишь? — спросила я, чувствуя, как щёки заливает румянец.
Видимо, любой из нас нужно подтверждение. Будь ты хоть тысячу раз акулой бизнеса и пятьсот раз ставь всяких людей и оборотней на место.
Тиар кивнул, не отводя от меня взгляда:
— Да. С того самого дня, как увидел. Ты потрясающая, Лиралин. Твой ум, твоя деловая хватка. Твой талант. Все это восхитительно и погружает в другой мир. В твой мир.
Его искренность тронула меня до глубины души. В моей прошлой жизни, в мире корпораций и деловых соглашений, подобные признания казались сценами из романтических фильмов — красивыми, но нереальными. Но здесь, под звёздным небом Атала, с человеком, который видел меня настоящую, они ощущались естественно и правильно.
— Я не знаю, когда это началось для меня, — призналась я. — Может быть, когда ты защищал меня перед Гильдией. Или в те вечера, когда мы сидели над счетами и планами, и я чувствовала, что могу доверить тебе любую мысль, любую мечту.
Тиар смотрел на меня так, словно я была чудом, внезапно материализовавшимся перед ним. Медленно, давая мне возможность отстраниться, если я захочу, он обнял меня, притягивая ближе. Я почувствовала тепло его тела, его дыхание на своей коже.
— Могу я... — начал он, но я не дала ему закончить.
Поднявшись на цыпочки, я коснулась его губ своими. Это был не бешеный поцелуй страсти, настоящая ласка. С полным осознанием того, куда мы двигаемся. К свадьбе.
И это прекрасно.
Мы стояли, обнявшись, под звёздным небом, и на короткий, драгоценный момент все проблемы казались решаемыми, все препятствия — преодолимыми. Я чувствовала, как его сердце бьётся рядом с моим, в том же ритме, с той же силой.
Башня Гильдии Магов возвышалась над городом, как застывшее напоминание о могуществе тех, кто владел тайными силами этого мира. Ежемесячный визит в Гильдию был частью соглашения, которое позволяло мне легально заниматься "магией улучшения".
Обычно эти посещения были формальностью — я сдавала документы младшему клерку, он ставил печать в регистрационной книге, и на этом все заканчивалось. Но сегодня что-то подсказывало мне, что все будет иначе.
Предчувствие оправдалось, как только я вошла в просторный приемный зал с мозаичными полами и колоннами из белого мрамора.
Вместо обычного клерка, дремлющего за стойкой, меня встретил высокий мужчина в темно-синей мантии, расшитой серебряными рунами — архимаг Дион. Я узнала его мгновенно.
— Ринтана Раднал, — он слегка склонил голову, — рад, что вы пунктуальны.
Его седые волосы, собранные на затылке в свободный хвост, контрастировали с удивительно молодым лицом, которое, казалось, не имело возраста. Но самым поразительным были его глаза — пронзительно-голубые, словно озера высоко в горах, и столь же холодные.
— Архимаг Дион, — я сделала вежливый реверанс, — не ожидала встретить вас здесь.
Тонкие губы тронула едва заметная улыбка:
— У Гильдии появился особый интерес к вашей работе, ринтана. Особенно после вашего... впечатляющего успеха при дворе.
Он сделал приглашающий жест рукой:
— Не могли бы вы пройти со мной? Думаю, нам будет удобнее обсудить ваш отчет в моем кабинете, а не посреди холла.
Это не было вопросом, скорее — вежливо сформулированным приказом. Я кивнула и последовала за ним, чувствуя, как между лопаток пробегает холодок. Мы поднимались по спиральной лестнице, проходя мимо дверей с загадочными символами и табличками на языках, которых я не понимала. Чем выше мы поднимались, тем прохладнее становился воздух, наполняясь тонким ароматом трав и древних пергаментов.
Наконец, мы остановились перед массивной дверью из темного дерева с серебряной ручкой в форме свернувшегося дракона. Архимаг прикоснулся к ней кончиками пальцев, прошептал несколько слов, и дверь бесшумно распахнулась.
Кабинет Диона оказался совсем не таким, как я ожидала. Никакой помпезности или нарочитой демонстрации магической мощи.
Вместо этого — просторное круглое помещение с высоким сводчатым потолком, на котором была изображена карта звездного неба. Вдоль стен тянулись книжные полки, заставленные древними фолиантами и свитками. Между полками располагались стеклянные шкафы с диковинными артефактами — кристаллами странной формы, механизмами неизвестного назначения, амулетами и талисманами всех возможных видов.
В центре комнаты стоял массивный рабочий стол, на котором лежали раскрытые книги, карты и пергаменты, испещренные сложными формулами и диаграммами. Вокруг стола свободно парили несколько светящихся сфер, обеспечивающих мягкое, но яркое освещение.
— Присаживайтесь, ринтана, — архимаг указал на удобное кресло напротив стола.
Я осторожно опустилась в кресло, положив папку с отчетами на колени. Дион обошел стол и сел напротив, внимательно изучая меня взглядом, от которого становилось не по себе.
— Итак, — начал он, сложив пальцы домиком, — расскажите мне о ваших последних работах. Особенно интересны, конечно, артефакты аэллэ.
Я глубоко вдохнула, пытаясь собраться с мыслями. Нужно было быть предельно осторожной — не сказать ни слишком много, ни слишком мало.
— Как указано в отчете, — я протянула ему папку, — я создала несколько защитных артефактов по заказу аэллэ. Их функции включают обнаружение ядов, защиту от ментального воздействия и создание временного защитного барьера в момент опасности.
Дион не спешил брать отчет, продолжая изучать меня взглядом: