"Фантастика 2025-157". Компиляция. Книги 1-25 (СИ)

На словах это было просто. Но на деле… Простейшее упражнение — создание светящейся искры меж двух ладоней — я завалила дюжину раз. И вроде бы чего сложного: на уровне груди расположить ладони друг напротив друга и представить, как между ними появляется сгусток энергии.
Первые несколько попыток у меня выходила столь слабая искра, что, не успев возникнуть, гасла. Один раз она вырвалась и пищащим комаром взвилась ввысь, чтобы там лопнуть.
  
Я краснела под насмешливым взглядом Рига, пытаясь сосредоточиться. Наконец у меня получилось. Свет между моих ладоней вышел ровным, ярким, но… Тут возникла другая проблема: искра начала разрастаться, стремительно превращаясь в пульсар.
— И до какого времени мы будем тренироваться сегодня? — решила я задать резонный вопрос.
Сумерки вокруг густели, до отбоя оставалось не так уж и много.
— До полного офонарения. Ну или пока у тебя не получится.
Светлый во время моих потуг достал от нечего делать метательный нож и сейчас подкидывал его в ладони. Давал тому совершить несколько оборотов и ловил за рукоять. Но, когда он увидел, что происходит, выкинул нож и закричал:
— Бросай!
Я тут же бросила. И попала. Когда дым рассеялся, даже могла сказать, в кого именно: в Йежа.
Распрямившись и опустив руку, которой машинально прикрыла лицо, я смогла разглядеть хорошую такую воронку, оставшуюся на месте столба. Да уж…
— Йежу конец, — констатировала я.
А ведь еще пару мгновений назад это был высоченный чурбан с намалеванной на, нем мордой…
Риг в данный момент взирал на мини-кратер, оставленный на месте столба.
— М-да… Крис. Главное, запомни: столб взорвали не мы и нас вообще тут сегодня не было.
— Иначе заставят новый нести? — догадливо уточнила я, изобразив раскаяние.
И вроде бы была убедительна. Вот только отчего мне показалось, что светлый не поверил ни на медьку?
— Вот именно. И давай еще пару раз. — Риг глянул на вызвездевшее небо и передумал: — Нет, пожалуй, один раз.
Я согласно кивнула. Прислушалась к себе, отсекая все внешнее. Выпрямилась, чуть развела ладони, нахмурилась, стараясь унять напряжение внутри: это дичился, бурлил источник, рвясь наружу.
И тут поверх моих пальцев легли руки Рига. А сам он оказался у меня за спиной.
Он чуть наклонился, отчего его волосы коснулись моего уха, щекоча.
— Твоя сила — в спокойствии, Крис. — Теплое дыхание скользнуло по шее. — Ты контролируешь силу, а не она — тебя.
Риг говорил, а я смотрела на его аккуратные пальцы, жилистые руки, отмеченные еле заметной паутиной белых шрамов. Едва уловимо пахло мятой и кедром.
Спиной я ощущала, как близко он стоит. И что на светлом распахнута куртка… И он почти прижимается ко мне.
Первый раз я чувствовала себя будто подросток: щеки пылали, в горле пересохло.
«Ты просто перенапряглась, Крис. Успокойся, возьми себя в руки», — уговаривала я сама себя. Ведь и до этого меня обнимали. И даже целовали. С другими золотошвейками мы ходили на вечерние танцы раз в седмицу. Ко мне, игравшей роль приличной горожанки и послушной дочери, подходили знакомиться. Провожали до дома, назначали свидания. Не то чтобы я задумывалась всерьез о семье… Скорее, чурайся я парней, затворничай, — это вызвало бы вопросы и подозрения. А так Крис, помощница золотошвейки, была такой же, как и все, а значит, незаметной.
— Расслабься. — Голос прозвучал над самым ухом, чуть насмешливый, уверенный. — Пропусти силу через себя. Через ладони. Медленно. На выдохе.
И я почувствовала, нутром осознала, ясно увидела, что сила… Она словно кудель, из которой я медленно тяну клок, скручиваю его в нить и выпускаю из ладони.
Искра в этот раз получилась ровной, яркой. И, самое главное, я ее контролировала. Так же медленно втянула силу, и она ушла в ладони. Я ликовала. Первый раз. Осознанно!
Получилось!
Получилось!
Получилось!
В эйфории я порывисто повернулась к Ригу, обняв его. Но вот чего я не учла, это того, что он все еще стоял, чуть наклонившись. Краткий миг, когда я вскользь коснулась своими губами его теплых губ, заставил вздрогнуть. Я отпрянула. Впрочем, и светлый тоже отшатнулся.
— Извини… — прошептала я.
— На сегодня занятие окончено, — сухо ответил Риг.
Я пошла прочь, не оглядываясь. Да что там пошла, я бы побежала, если бы это не выглядело откровенным паническим отступлением. А потому я, все ускоряя шаг, покидала поле. Вздернутый подбородок, прямая спина, в которую между лопаток уперся взгляд.
Мне стоило больших усилий не оглянуться. А себе дала зарок: во время тренировок держаться подальше.
В комнату вернулась уставшая и разбитая, а потому и уснула мгновенно. Но вместо черноты и пустоты, которые обычно бывали у меня при сильной усталости, в этот раз в мире грез меня ждало яркое зрелище. Наверняка небесный странник, что по легенде рассыпает на подушки песок из сновидений, ошибся кроватью.
Я вновь стояла на полигоне. Риг так же — за мной. И радость от осознания того, что я смогла создать искру, была точно такой же. Вот только когда я повернулась… Касание губ было не мимолетным.
Светлый сглотнул, притянул меня к себе, не давая отстраниться. Это было сумасшествием, чистой воды сумасшествием. Мы пробовали друг друга, пили до дна, до последней капли. Мне казалось жизненно важным, чтобы Риг меня целовал.
Я вцепилась пальцами в его плечи, кожей ощущая жар его сильного тела. Голову дурманил запах кедра и мяты. Риг проник языком в мой рот, завоевывая, утверждаясь… И я ответила. Со всей страстью и отчаянием. Сейчас он был мне нужен больше, чем воздух.
Риг застонал, глухо, сдавленно. На миг отпрянул и шумно втянул воздух. Я затуманенным взором увидела, как обозначились мышцы шеи, дернулся кадык. Почувствовала его закаменевшие мускулы.
А в синих глазах Рига плясал огонь, который меня манил, завораживал, сжигал… И я хотела сгореть в этом огне.
— Крис… — Хриплый голос вызвал в моем теле дрожь.
Сильные руки обхватили мои бедра. Я зарылась пальцами в жесткие волосы, выгибаясь навстречу и шепча:
— Риг…
А потом… резко проснулась. Села, распахнув глаза. Кожа пылала жаром, а сердце так бешено колотилось, что было удивительно, как оно вообще не выскочило наружу и не покатилось по полу. Приснится же такой кошмар! Определенно, это — кошмар. И последнее даже не обсуждается!
Выдохнула, провела ладонью по лицу, стирая испарину, и откинулась на подушку. Вот к чему приводит переутомление. Нужно просто спать. Желательно — не два удара колокола в сутки.
Утро началось с жизнерадостной заи, сидевшей на подоконнике.
— Тьфу, — она выплюнула клок рыжей шерсти из пасти, — ты, конечно, высоко забралась, и я даже благодарна, что в этот раз окно было открыто и не нужно было тебя будить, но все же спать с настежь распахнутыми створками не стоит.
Я ошарашенно посмотрела на подоконник, на котором отпечатались грязные лапы заи. Судя по всему, она только что залезла. Но вот что я отчетливо помнила — это то, что окно было закрыто.
— Ты теперь охотишься на лис? — Я кивнула на клок рыжей шерсти, валяющийся на полу.
— Нет. Я сражаюсь за свою любовь! — пафосно заявила Кара. — И побеждаю.
И что-то мне подсказало, что «сражаюсь» в данном случае было отнюдь не фигурой речи. А потом я заметила проплешину на боку у воинственной заи. Но указывать пушистой на боевое ранение и умалять тем самым ее победу не стала.
В первый день седмицы меня ждала радостная новость: наконец-то была готова моя форма. Об этом сообщил дежурный, принесший записку от гоблина.
К кладовщику после построения я бежала едва ли не вприпрыжку. А уж сколько вертелась перед зеркалом в парадном кителе. Всего курсантам было положено три комплекта: для тренировок, для учебы и парадный. Плюс меч и походный мешок со всем содержимым.
  
Впрочем, и учебный комплект был хорош: черная куртка и штаны сидели как влитые, облегая, но в то же время давая простор движениям. И, самое главное, сапоги оказались точно по ноге!