Я (не) твоя пара, двуликий! или Игры со временем (СИ)

Пожимаю плечами.
— Кто из нас ведьма?
— Ну, я. Ой, всё, забыли. Только, надеюсь, в этот раз ни одна из беременностей не прервется. А знаешь, что? Сделаю-ка я девочкам обереги.
— Сделай. Лишним не будет, если это безопасно.
— Безопасно, конечно, — возмущается Льяна. — За кого ты меня принимаешь?!
Входим в частично восстановленный собственноручно подвал, остальное обещал ведьме возвести к следующему утру. Занимаю у стены прежнее место.
  
— Эм. Может, всё-таки притащим кровать, а?
— Не требуется.
Льянка закатывает глаза.
— Как хочешь, но подушку всё-таки выделю, и не спорь! — она уже собиралась уйти, как вдруг обернулась в дверях, устремляя на меня ведьминский взгляд. — Дин…
— Что, ведьма?
— Как ты думаешь, почему с нами всеми такое приключилось? Ведь это… выкидыши только у тех, кто входит в род Фрост, точнее, у тех, кто входит в близкий круг Леонардо Фроста. Я проводила параллели. Могу с уверенностью сказать: это так.
— На проклятие проверяла?
— Шутишь? Конечно, проверяла! В первую очередь, когда узнала о… ну, ты понял.
— Кого конкретно?
— В каком смысле? Так нас с девочками. Мы все чистые.
— Глупо. Если ты подозреваешь род Фрост или самого Леонардо, что на нём проклятие лежит, то его проверять и следовало, как и весь род со стороны мужского населения, раз вы чистые.
Красноречиво гляжу. У Ульяны вытянулось лицо.
— Святые зелья, вот я дурища! Мне такое даже в голову не пришло! Спасибо, Дин, — кричит, мчась на всех парах наверх.
Смеживаю веки.
Не стоит благодарности, Фрост и мой род. За себя и Снежану не переживаю, у меня и у моих детей врожденный иммунитет не только на проклятия, но и на всякий вред.
...И сомневаюсь, что дело в каком-то проклятии. Не потому, что не верю, потому, что чую: здесь нечто иного характера.
  
Глава 13
 
Леонардо
Заглушив мотор, Леонардо повернул голову к адаптированному по современному дизайну поместью рода ГолденЯр, где племя ягуаров прожило не одну сотню лет. С ходу было заметно: работы в поместье по-прежнему предстоит очень много, однако в нём вполне можно было жить. Красную прохудившуюся крышу заменили на черепичную зеленую, наполовину заменили кирпичную кладку, — ранее она была грязно-серая. Облагородили лужайку перед особняком, насадили деревьев и туй. Конкретно сейчас, судя по всему, братья усиленно занимались ремонтом центральной башни.
Двустворчатая железная дверь приоткрылась, наружу выскользнула сама хозяйка Яр-Холла, устремив на тачку Фроста тщательно замаскированный тревожный взгляд. Лео дернул уголком рта. Прошло чуть больше трех лет с неприятной, в целом мирно завершившейся истории Алекс и братьев, а Александра по-прежнему ему не доверяла, собственно, как и обещала ведь.
Оставив машину, предварительно захватив из салона подарки для детей, Фрост поднялся по щербатым каменным ступеням.
— Леонардо Фрост, — процедила сквозь зубы Алекс, а в вишневых глазах — лукавые огоньки.
— Александра ГолденЯр, — слегка поклонился оборотнице. Этакое традиционное несколько шутливое приветствие происходило у них каждую встречу, и он, и Александра получали от этого в некотором роде словесного реверанса искреннее удовольствие.
— Что привело в наш дом Стража рода Фрост?
— Страж рода Фрост прибыл просто проведать своих соклановцев. Могу войти?
Алекс фыркнула и посторонилась, буркнув в его спину:
— И, как обычно, не посчитал нужным предупредить.
— Это тоже традиция, не находишь?
Отпустив смешок, Александра пригласила его на кухню, предупредив:
— Дети на занятиях. Братья в центральной башне, хлам расчищают. Думаю, сейчас спустятся. Не могут же они не поприветствовать своего начальника. Выпьешь чего-нибудь?
Фрост не хотел, но отказываться — странность с его стороны, поэтому согласился на зеленый чай. Алекс послушно загрузила чае-машину, после чего принялась доставать из шкафов сладкие угощения.
— Не голоден? Нет? Ну, и супер. Корми тебя ещё.
Леонардо отпустил в кулак смешок.
— А где близнецы?
— Ты хотел сказать – сорванцы, — фыркнула ягуар. — Ладан с отцами, а Мар пожелал присутствовать на географическом уроке старших. Тебе сколько сахара?
— Без сахара.
— А, точно.
Несколько лет назад Александра родила от братьев близнецов-мальчиков. Биологически Ладан – ирбис был сыном Ярина, а Мар – Картера. Понятное дело, мальчишка был черным лисом. Леонардо был на родах, страховал Ярина. Пусть сама Александра была от его личности и присутствия на таком событии не в восторге, но препятствовать не стала. После рождения детей, пока Александра сокрушалась, что таким образом популяцию ягуаров она никак не стабилизирует, а отцы пребывали в счастливом ментальном обмороке, он незаметно взял у новорожденных по пробирке крови. Вот только и она не подошла. Жаль.
Фрост начинал подозревать: дело в происхождении детей, вероятней всего, нужен ребенок именно рода ГолденЯр. Ягуар.
И вот Александра вновь беременна. Возможно, теперь ему повезет.
Леонардо прищурился, наблюдая за несколько дерганными движениями оборотницы.
Несколько лет назад
Спустившись на шестнадцатый уровень, которого нет ни в одном плане, он остановился перед толстой дверью, из стены выдвинулись огнеметы, сверху активировалась сеть, одно неосторожное движение — и эта красная штучка изрежет постороннего на мелкие ошметки.
— Подтверждение личности, — открылась выемка с отпечатком ладони, на уровне лица биометрический код. Приложив к скану руку, Фрост наклонился, позволяя устройству просканировать сетчатку глаза и взять инъектором кровь. — Пожалуйста, не отнимайте ладонь и не двигайтесь до завершения анализа.
Через несколько минут Фрост вошел в кипенно-белое помещение, в центре — цинковый саркофаг, от которого тянулись длинные трубки, соединенные с ироскандером.
— Добро пожаловать, мистер Фрост, — раздался механический голос ироскандера. — Докладываю. Объект по-прежнему в состоянии анабиоза, кровь объектов AS KAT KOS не пригодна для операции.
Леонардо вздохнул, подошел к саркофагу и открыл люк, придирчиво взглянул на находящуюся в ирро-жидкости женщину с трехмесячным ребенком. Он никому не говорил: ему удалось вытащить из того ада мать Александры и её маленького брата, в телах которых едва теплилась жизнь, он сначала даже не поверил… Вот только чтобы вернуть их к жизни, нужна подходящая кровь, подходящей не имелось, а если вывести из анабиоза без операции, женщина и ребенок умрут через секунду.
Жаль.
…Однако Алекс снова беременна, возможно, кровь будущих малышей подойдет.
Фрост усмехнулся. Александра снова его возненавидит и, возможно, попытается убить, но обнадеживать кого-то он не мог себе позволить, он не исключал, что женщина и маленький ягуар навсегда останутся в анабиозе на шестнадцатом уровне Сейда.
Вера. Всё, что есть всегда у оборотней и людей, и Леонардо Фрост верил: когда-нибудь и эти сердца смогут полноценно биться, обретут счастье и покой.*
(отрывок из эпилога истории братьев Флайм, вставлен для читателей, не читавших историю братьев, для большего понимания контекста)
Сейчас
Алекс поставила перед ним чашку.
— О чём задумался? — спросила с подозрением. — Небось, просчитываешь какую-нибудь очередную гадость по захвату чьей-нибудь жизни.
— Ты права.
Алекс нахмурилась.
— Шутка, — хлебнул из чашки, и от ядреного вкуса его перекосило, с трудом проглотил содержимое рта и буднично сказал: — Ты положила специю.
  
— Ой, это я машинально.
— Я понял. И перепутала сахар с солью.
— Что, правда? — девушка закрыла рот ладонью, сдерживая смех. — Прости.
— В твоем положении это нормально.