Адмирал космического флота (СИ)

— «Палладе», подходим на максимальное расстояние выстрела, стреляем и уходим, шуганём эту мразь, — сказал я. — «Зоркий», прекратить движение.
— Есть, — отозвались по очереди оба командира.
Мы с «Палладой», наоборот, ускорились. Альянсовский крейсер так и манил, словно приглашал подойти поближе, делал вид, будто не замечает нас. Как виляющая бёдрами девица, призывающая шлёпнуть её по заднице. Вот только за кустами ждёт её подельник, а то и не один.
  
Главный калибр был готов к бою, даже без поднятой тревоги. И как только шанс попадания перевалил за один процент, я приказал открыть огонь.
— «Паллада», огонь, — произнёс я.
— Господин адмирал, мы промажем, — возразил командир крейсера.
— Огонь, — повторил я, не допуская иных трактовок.
Одновременно с ней открыл огонь и «Гремящий», с предельного расстояния. Всё равно что пытаться подстрелить белку в глаз, находясь в соседнем лесу.
— Ждём, прекратить движение, — сказал я.
Снаряды отклонились с ожидаемой траектории, хотя разогнаны были почти до релятивистских скоростей. Пристреливаться здесь придётся по-новому, перенастраивать все прицелы.
Разумеется, оба прошли мимо, но такое послание «Гренландия» не могла проигнорировать. Заметалась, ускорилась.
— Поднять тревогу, — сказал я.
Сейчас начнётся.
И я не ошибся. Из тени звезды В появился «Индепенденс».
  
Глава 13
 
— Твою ж дивизию… — только и сумел вымолвить Андерсен.
Линкор и крейсер против крейсера, малого эсминца и корвета. Расклад совсем не в нашу пользу.
Но это не Вебер. Это какой-то подражатель, подделка. Может быть, её ученик, может, воздыхатель. Госпожа Вебер наверняка придумала бы что-нибудь получше. Её пиратская копия додумалась только до такой очевидной ловушки. Перестаралась.
Однако, лезть на рожон я всё равно не собирался.
— «Паллада», отходим, — приказал я.
Если от меня ждали решительной и стремительной атаки, то пусть ждут дальше. Я в самоубийцы не стремлюсь, хотя кому-то может показаться иначе.
— Погонятся? — спросил Андерсен.
— Конечно, — сказал я.
В командирскую рубку вбежали Магомедов и Козлов, в скафандрах, прогнали Андерсена, заняли свои места, быстро вчитываясь в логи на своих мониторах. Козлов присвистнул, Магомедов чертыхнулся.
— Каргин! — позвал я. — Порадуй меня чем-нибудь.
— Господин адмирал! — воскликнул он чуть ли не обиженно.
— «Эгида» не появилась? — спросил я.
— Никак нет, — ответил он.
— Докричись до неё. И до «Стойкого». Как хочешь, но докричись, хоть в гипер голову суй, понял? — сказал я.
— Так точно, но я обещать ничего не могу! — ответил старлей.
— Дима, надо! Понимаешь, надо! — сказал я. — Давай, за работу!
А мы пока будем улепётывать со всех ног.
В космосе развернуться и полететь в обратном направлении не так просто, как кажется на первый взгляд. Нужно сжечь очень много топлива, просто чтобы погасить первоначальный импульс и дать новый, и это всё при том, что гравитация планеты или звезды пытается постоянно на тебя воздействовать. Поэтому отходить мы стали по широкой дуге, держа прямую связь с «Палладой», командир которой, каперанг Юскевич, пребывал на грани паники.
— Господин адмирал, какой у нас план⁈ — дрожащим голосом спросил он.
— Победить, — процедил я.
Плана как такового не было. Потянуть время, отойти к краю системы. Против одной «Гренландии» мы ещё могли потягаться, но когда здесь появился «Индепенденс», вся затея пошла в чёрную дыру. А ведь если бы их ловушка сработала, всё разыграли бы как по нотам, получилось бы довольно красиво. Для них. Всё-таки они точно перестарались.
— Господин адмирал, нам не победить! — взвыл Юскевич.
— Отставить панику, господин капитан первого ранга, — строго сказал я. — Выполняйте мои приказы, и тогда у нас будет шанс!
Альянсовский линкор начал движение, «Гренландия» тоже изменила курс. На научную станцию всем резко стало наплевать, теперь игра пошла по-крупному. Приманка не сработала, поэтому они будут пытаться достать нас в открытом бою. А мы будем пытаться не дать им такого удовольствия.
Похоже, рисковать альянсовский адмирал не спешил, ждал, пока «Гренландия» сможет к нему присоединиться. Он меня боится… Это вселяло определённую уверенность. Даже при том, что крейсер и эсминец не могут на равных противостоять линкору. Конечно, на моём счету был «Барбаросс Хайреддин», да и куча других славных побед, благодаря которым моя репутация в Галактике была совершенно однозначной, но для меня было удивительно сознавать, что командир линкора и этой эскадры боится меня.
Значит, будет осторожничать. Значит, станет предсказуемым.
Я довольно ухмыльнулся.
— В чём дело, господин адмирал? — осторожно спросил старпом, заметив мою широкую ухмылку.
— Оно боится, — осклабился я.
А это если не половина победы, то значительная её часть. Поселить страх в противнике — значит лишить его воли.
— Мы атакуем? — спросил Козлов.
— С ума сошёл? — фыркнул я. — Нет, конечно. Он понял, что его ловушка не получилась, и теперь ждёт какой-нибудь уловки уже от нас. Будем делать вид, что так и задумано. Пока отходим.
Я запросил справку по «Индепенденсу». Командовало им и в самом деле «оно», существо неопределённого пола в чине контр-адмирала. По фамилии Робертс. И у меня было подозрение, что продвижение по службе этого существа никак не было связано с личными качествами и умениями.
К адмиралу Вебер у меня вопросов не было абсолютно, нам всем было чему у неё поучиться, настоящий талант, без шуток, а вот контр-адмирал Робертс… Но даже с такой неумехой во главе эскадры альянсовцы всё равно могли нам здорово накостылять. С таким-то преимуществом.
Дальность стрельбы у кораблей разного класса практически не отличалась, ровно как и скорость полёта снаряда. Различалась масса, и если «Зоркий» плевался горохом, а «Гремящий» бросался камешками, то «Индепенденс» мог запускать натуральные булыжники, и одно меткое попадание главного калибра точно выведет нас из строя. Если пойти на риск и обстреливать линкор с максимальной дистанции, это ничего нам не даст. Даже броню не поцарапаем, а вот напороться на ответку можем, и значит, нужно что-то другое.
Наименее защищённое место «Индепенденса», как и у всех других кораблей — корма. Но зайти с тыла нам не позволит «Гренландия», которую тоже придётся достаточно долго ковырять, чтобы нанести хоть какой-то урон. Ситуация, прямо скажем, так себе.
Поэтому мы пока что уносили ноги всей эскадрой, превратившись из преследователей в добычу. Если бы только «Кронос» был где-то поблизости… Но он был слишком далеко, даже чтобы просто выйти на связь.
Уйти от аликов, на самом деле, не составит труда, достаточно добраться до края системы и перейти в гиперпространство, но это в мои планы пока не входило. Я рассчитывал выманить их подальше от центра системы, чтобы гравитационные искажения от двух звёзд перестали вносить свои коррективы в каждый манёвр.
Хотя, может быть, это даже лишнее. Какова вероятность, что контр-адмирал Робертс умеет обращаться с кратными системами? На мой взгляд, достаточно низка. А вот другие офицеры Альянса… Ладно, это слишком рискованно. Если в начальниках дурак, то это ещё не значит, что там все такие же, иллюзий по поводу профессионализма альянсовских офицеров я не питал.
Но попытаться перехитрить их всё-таки стоит. Чтобы не жалеть потом об упущенных возможностях и потерянных звёздных системах, которые они непременно захватят.
У нас есть некоторое преимущество разве что в скорости, значит, его мы и будем использовать. Мы находимся чуть дальше от центра системы, обладаем меньшей массой и нам в целом проще набирать скорость, чем неповоротливому линкору.
  
«Индепенденс» и «Гренландия» наконец вышли на курс перехвата, дали импульс, набирая скорость.
— «Паллада», перешлите основные показания, — запросил я.
В центре управления за всем этим следить гораздо удобнее, чем с мостика, но я уже несколько раз поблагодарил свою предусмотрительность и то, что я лично сел за штурвал «Гремящего».